Братья
Шрифт:
— Зря ждешь, сержант, обломайся. Твоих гаденышей на моей станции нет.
Карт резко обернулся и обомлел, перед ним стоял полковник Орлов собственной персоной.
— За тобой должок, пацан. Или ты из тех сопливых трусов?
Рядом с полковником находились двое настоящих гиганта, каждый шире Ларсена раза в полтора. Где Орлов таких и подбирает? Они с любопытством рассматривали вновь прибывших рейнджеров.
— Я помню свои долги, Орлов, — Карт намеренно не употребил слово «сир». Офицер побагровел и зло сплюнул, — А вот ты, похоже, не все.
— Ну, это все слова, сержант —
— Где?
— Найди мастера палуб, он все объяснит. Я не зверь, все будет по правилам.
Орловские громилы заулыбались. По всей видимости, правила у них были своеобразные.
— Попали, мы блин! — Ларсен выглядел серьезно встревоженным. Друзья нашли, наконец, отсек для командированных и устраивались в темноватом кубрике.
— Мы и не из таких переделок выбирались, брат.
— Я тут с кое-кем переговорил. Орлов в этой дыре — единственная реальная сила. На этой базе находится временная аккредитация спецотряда штурмовиков. Он все под себя подмял. Может, свалим по тихому?
— А стоит ли оно того, Олд? — Карт задумался и почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. На угловой койке сидел вихрастый капрал пехотинец. Тот, заметив к себе внимание, вскочил и пересел поближе.
— Парни, а вы те самые?
— Возможно, — уклончиво ответил Алекс.
— Значит, те. Я Златан Ибрагимович, сто девятая механизированная бригада.
— Привет, Златан.
— Я тут краем уха про ваши проблемы услышал.
— Уши у тебя что-то длинные, парень. Могу оборвать, — Ларсен злобно глянул на пехотинца.
— Какие есть, брат. Я же в разведке служу, у самого майора Дрозда даже пришлось как-то поработать, вашего знакомца.
— Офигеть! — Карт радостно ударил по коленам. — Тесен мир!
— Тесен, но нам что с того? — норвежец не утратил своей подозрительности.
— Орлов слишком на себя много берет. Официально главным на станции майор Дерягин из инженерных. На этом и сыграйте. Армейский устав ведь еще никто не отменял?
— Это, пожалуй, дело — Ларсен встал и начал одеваться. — Пойду, прошвырнусь.
— Ага, — Алекс задумался. — Постарайся найти «братьев» и лучше с оружием.
— Не круто, Ал?
— Нормально, в самый раз!
Перед боем Карт разогревался в маленьком спортзале. Ларсен внимательно наблюдал за ним и давал советы. У выхода стояли несколько гренадеров, знакомцев Ибрагимовича. Рядом с Олдом остановился высокий и жилистый парень, техник, также любитель рукопашной. Он еще по гражданской жизни знал Ларсена в лицо и был рад его увидеть на базе. Техник и наставлял будущего участника нелегального боя:
— Алекс, учти, что Орлов не любит играть по правилам, на базе он быстро заткнул рот всем недовольным, и он очень сильный боец. Может, лучше пусть Ларсен вместо тебя выступит.
— Не получится. Это наш личный спор.
— Карт, ты парень, конечно, авторитетный, но драться со старшим офицером? — техник покрутил с сомнением головой. Полковник был раза в два больше Алекса.
— Ничего, не привыкать, — Карт вытирал пот полотенцем, а Ларсен давал последние наставления.
— Ал, вырубай его сразу. Никаких финтов и красивостей. Надо ошеломить
Бой проходил в многофункциональном зале, обычное дело для дальней космической базы подскока. Народу собралось немало, люди висели везде, как гроздья, даже на инженерных конструкциях. За стороной Орлова находились угрюмые рослые штурмовики, в большинстве своем ветераны. Они с любопытством осматривали щуплого сержанта, кинувшего их прославленному командиру до невозможности наглый вызов. У выхода тесной группой стояли крепкие гренадеры, некоторые прятали в амуниции оружие. За всем этим настороженно наблюдала пара военных полицейских. Им явно не нравилось это сборище, но поделать ничего они не могли, в отдаленных подразделениях частенько играли по своим правилам. Хочешь дожить до дембеля — подчиняйся им, а не закону.
Наконец вперед, вышел станционный старшина — богатырского сложения сверхсрочник. Он был на станции борцовым рефери.
— Бьем по правилам. Друг друга не калечить, — дал он последние наставления. Орлов выглядел напряженным и очень злым, а Карт, напротив, был спокоен и насмешлив, чем еще сильнее бесил полковника. Офицер подошел к Алексу и выплюнул с бешенством:
— Сосунок, я в курсе твоих приготовлений. Но ты так просто отсюда не уйдешь! Никому не позволено меня оскорблять!
— Посмотрим, Орлов — с усмешкой ответил Карт. Он чувствовал себя на удивление спокойным, наблюдая за презрительными взглядами штурмовиков Орлова и недоуменными технического персонала. Похоже, что никто в зале не верил в его победу. Спор шел только о том, на какой минуте этот непонятный сержант ляжет на пол, и как сильно его побьют. Ну что же, тем еще больше будет ступор.
Старшина выкрикнул о начале боя, и Орлов тут же стал деловито приближаться к Карту. Затем он резко выскочил вперед и нанес мощный удар, видимо, тоже не хотел затягивать комедию. Дальнейшее поразило весь зал. Алекс каким-то образом сумел увернуться и взлетел в воздух, сильно изогнувшись. Одной ногой он ударил по голове опешившего от такой скорости полковника, а правым кулаком нанес мощнейший удар в основание черепа. Орлов упал на ринг как подкошенный. Алекс силы сейчас не пожалел, тому точно обеспечено многомесячное лежание в госпитале.
В зале между тем, воцарилась поистине мертвая тишина. Пока все находились в ступоре, Карт бросил на поверженного бойца свое полотенце — знак победителя и кивнул рефери.
— Ну что, есть сомнения в победе?
Удивленный донельзя старшина только покачал головой. Ларсен тем временем махнул рукой, и они двинулись к люку. Первыми опомнились телохранители Орлова. Они с рычанием догнали друзей на выходе из зала, но тут же натолкнулись на кулаки Ларсена. Неистовый норвежец жалеть орловских псин не стал, и те с окровавленными лицами рухнули на палубу. Рыпнувшиеся, было, полицейские наткнулись на очень недобрые взгляды друзей Ибрагимовича и как-то сразу расхотели устанавливать законность.