Бремя чисел
Шрифт:
Жизнь устроена совсем не так. Для Джорджа важно, что в течение нескольких ближайших дней, недель — или сколько там времени для этого потребуется — он объяснит этому юному созданию, этой невинной овечке, что собой на самом деле являет жизнь. Он ткнет ее носом в эту суровую жизнь. Он очистит ее от всех индивидуальных черт, покажет, какое она на самом деле мерзкое животное. Потому что люди глупы. Люди притворяются, будто они люди, хотя в действительности ничем не лучше животных. Кто-то же должен показать им, кто они такие. Кто-то же должен, черт побери, постоять за правду.
Среди деревьев, подальше
Истина состоит в том, что Джорджу Бриджмену неведомо чувство настоящей победы. До сих пор его жизнь была цепочкой крошечных злорадных побед, которые он выгрыз собственными зубами — вопреки всеобщему безразличию. Если бы эта малышка вдруг принялась сопротивляться, кричать, стукнула его между ног и бросилась бежать или если бы после двадцати лет работы на скотобойне он не сумел нанести точный удар и обрызгал ее мозгами собственные ботинки, то Джордж мог бы найти удовлетворение в том, что мир в очередной раз восстал против него.
Однако все прошло как нельзя удачнее. Джордж затолкал девочку в багажник машины. Она прекрасно там поместилась. Девочка не слишком мала, но и не чересчур велика. Хорошенькая бледная девочка. Интересно, как она будет смотреться, если ее раздеть? Скоро он это узнает. Джордж еще раз внимательно осматривает свою жертву. Обувь на ногах. Заколка в волосах. Он захлопывает багажник и смотрит туда, откуда недавно пришел. Никаких следов насилия. Никаких пятен крови, никакого оброненного носового платка. Прекрасно. Джордж садится в машину, поворачивает ключ зажигания и…
Мотор оживает.
По ухабистому проселку он выкатывает из подлеска на узкую дорогу, идущую параллельно главной трассе. В любую секунду какая-нибудь кочка на дороге может разбить ходовую часть «форда» или вывернуть колесо…
Ух, кажется, пронесло.
Мир решительно отказывается мешать его замыслу, так что, если его постигнет неудача, вина ляжет исключительно на самого Джорджа.
Бриджмену неожиданно приспичило помочиться, ему даже немного больно, особенно дает о себе знать кончик пениса. Лежащие на руле ладони становятся влажными. Все теперь зависит только от него.
Я, должно быть, пропустил ее, пытается убедить себя Гарри Конрой. Он отправляется на поиски Деборы и наталкивается на родителей Сары — это лучшая подружка дочери. Те просят его успокоиться и начинают расспрашивать свою дочь. Удивившись, девочка качает головой — сегодня она вообще не видела Дебби. Гарри подводят к другой палатке, поменьше размером, где собрались организаторы детского праздника. Отец Питер, отец Нил и отец Джерри усаживают его на стул, а сами один за другим отправляются на поиски пропавшей девочки. Гарри остается один.
Гарри ждет в маленькой палатке…
…где-то с полминуты. Он встает и выходит наружу. Поблизости не видно никого из детей или родителей. Все уже разошлись. Конрой видит лишь каких-то незнакомых людей. Солнце светит ярче обычного, но в противоположном углу неба на горизонте видна черная полоса — тяжелая угольно-черная клякса.
И тогда из его горла
Ник ловко, не думая, заряжает ружье. За два года он научился прилично стрелять. Ему даже не приходится прицеливаться, чтобы без промаха поразить жертву. Руки и плечи Ника достаточно окрепли, так что ему не страшна даже сильная отдача. Крысоловка превратилась в живую машину, способную вмиг преодолевать любые расстояния. У нее острые зубы и крепкие челюсти, а слюна, пенистая, словно гребень волны, сжигает все, на что попадает. Там, где оказываются бессильными челюсти собаки, на помощь приходят сильные конечности и острые когти. Она убивает крыс одним ударом лапы, как кошка.
Месть за унижение Старого Хозяина была стремительной и неотвратимой. В это утро полегли целые крысиные семейства. Полностью деморализованные крысы выталкивают вперед юных крысят в качестве живого щита. Ник Джинкс и Крысоловка не поддадутся шантажу. Грохочет выстрел, и пищащие слепые крысята превращаются в кровавые ошметки, забрызгивая кровью своих трусливых родителей. Тем временем старые крысы с раскрошенными зубами и ослабевшими от времени конечностями собираются в кучу в своих гнездах, свитых из ржавой проволоки и сгнившей резины. Одна из них, обезумевшая от отчаяния, вонзает зубы в брюхо соседки, набив полный рот желтого, похожего на пену жира. Третья крыса, разъяренная истошным писком жертвы, резко дергается и находит случайную смерть от удушения в мотке стальной проволоки. Молодые здоровые особи, дрожа, затаились в гнездах из обрывков картона, тогда как мамаши, оглушенные залпом дробовика, выскакивают наружу и бросаются к дому, совершая тем самым своеобразный акт самоубийства.
Чертыхаясь, Ник ворошит мусорную кучу. Крысоловка безмолвно наблюдает за тем, как копошатся под слоем хлама обитатели крысиного гнезда. Постепенно гнездо рассыпается. Крысы неуверенно замирают на месте, не зная, куда бежать. Привычное жилище разрушено, и перед ними открываются новые смертельные горизонты. Яркий дневной свет уничтожил старую светотень крысиного гнезда, сделав его убогим и ненадежным, что приводит его обитателей в еще большее смятение. Грызунам не остается ничего другого, как устремиться вниз и вглубь, в норы и извилистые ходы, где они непременно наткнутся на своих красноглазых сородичей, никогда не видевших солнца.
Одна из крыс, с разодранным в лохмотья ухом, сломанной правой передней лапой и кровоточащим правым глазом, выбирается наверх и тем самым совершает роковую ошибку.
Серый зверек бросается вперед и, юркнув между ног Ника, устремляется к углу дома. Ник испуганно вскрикивает, а собака даже не тявкает. Крыса скрывается за углом. Взметнув ввысь облачко кирпичной пыли, грохочет выстрел. Крыса выскакивает на дорожку. Мальчик и собака устремляются за ней вдогонку. Грызун оказывается на открытом пространстве. Но вот и канава, а вместе с ней и надежда на спасение. Смерть настигает мерзкую тварь так неожиданно, что она не слышит нового выстрела. Ее подбрасывает вверх, она отлетает в канаву на противоположной стороне дороги.