Бремя императора
Шрифт:
Около входа в родовой зал посольство на некоторое время задержали. Храт переглянулся с Керталом, затем с остальными. Все они прекрасно понимали, что сейчас их берут на прицел десятки стрелков. К своей безопасности урук-хай относились очень серьезно. Тем более, что в Оркограре боялись горных мастеров до дрожи в коленках. Придется вести себя очень осторожно, чтобы не спровоцировать охрану. Ведь против нескольких десятков карабинов и горные мастера будут бессильны. Перестреляют издали, как куропаток.
– Чрезвычайный и полномочный посол его величества императора Марана V-го к Кагалу Старейшин и Хранителю
Посол поежился и решительно шагнул вперед, сопровождаемый уважительными и даже порой восхищенными взглядами егерей. Со стороны он представлял собой внушительное зрелище. Молодой, сумрачный орк в серо-серебристой тоге, украшенной алмазным шитьем. На его правом плече висели три кисти, обозначающие посольский ранг, на левом – черный шнурок младшего горного мастера. Из-за плечей видны были рукояти картагов. Ему не предложили оставить оружие, урук-хай прекрасно знали, что горные мастера никогда не расстаются со своими мечами. Вслед за послом следовали четверо его кровных братьев и мастер-наставник Кертал. Последними шли четверо старших мастеров-ветеранов с белыми шнурами.
Все-таки Храту при виде Кагала Старейшин и трона Хранителя Очага стало не по себе. Дважды в жизни ему довелось бывать в рурк-дхаладском родовом зале. В детстве, вместе с отцом. И две недели назад, во время испытания. Лицо Хранителя Очага молодой орк тоже узнал. Да и трудно было бы не узнать лицо того, кто изгнал тебя. Значит, не наваждение… Он едва не сбился с шага, но заставил себя выглядеть невозмутимым.
– От имени его величества Марана V-го я приветствую Кагал Старейшин и Хранителя Очага! – заговорил Храт, смотря в пространство перед собой. – Да будет наш союз вечным!
– Приветствуем в вашем лице его величество и всю элианскую империю, господин посол! – встал опираясь на посох Хранитель очага, очень старый, но еще крепкий орк с поросшим жесткими, черными волосами сморщенным, темно-красным лицом. – Да будет наш союз вечным!
Краем глаза Храт заметил сидящего на одной из скамей отца и едва не упал от изумления. Его избрали в Кагал?! Когда? Глаза старейшины клана Сломанный Клык светились гордостью. Гордостью за сына, молодой орк понял это четко. Странное что-то происходит… Хорошо, пусть отца изгоя, что само по себе невероятно, избрали в Кагал. Чудо? Да. Но, наверное, чудо возможное при каком-то редкостном стечении обстоятельств. Но с какой стати ему гордиться таким сыном? Вот что непонятно. Растерянный Храт повел глазами по скамьям, на которых с удобством расположились сто двадцать старейшин самых крупных кланов Оркограра. И все они смотрели на молодого орка с явно заметным одобрением.
– С какой целью его величество прислал чрезвычайного и полномочного посла? – спросил Хранитель Очага, сверля Храта взглядом маленьких желтых глазок.
– Как вы знаете, Карвен, Нартагаль и Даркасадар без объявления войны напали на империю. Первые морские бои уже идут. Десанты альянса готовятся к высадке. К сожалению, пока еще неизвестно, где они высадятся. Но Манхен будет атакован однозначно. Также вполне вероятно нападение на Яриндарский полуостров, находящий неподалеку от Оркограра. Империя Элиан обращается
Старейшины встревоженно загудели. Многие из них впервые слышали о большой войне и теперь пребывали буквально в шоке. Ни один из них дураком не был, да и не мог быть, каждый понимал, что случится с Оркограром в случае проигрыша империи. Морские промыслы, земледелие и охота давали не более двух третей необходимого стране продовольствия, все остальное поставлялось элианскими купцами. О том, что случится после прекращения этих поставок, не хотелось даже думать.
Кертал досадливо поморщился. Предупреждал ведь, что нельзя говорить прямо, что нужно осторожно подвести старейшин к цели посольства. Все забыл, идиот молодой. Да уж, из орка дипломат, что из него самого девочка-балерина. Какого дорхота император назначил послом Храта? Что задумал его величество? Вечно он что-нибудь как выдумает, так хоть стой, хоть падай.
– Народ урук-хай никогда не оставлял друзей в беде, – задумчиво сказал Хранитель Очага, резко помрачнев. – Но о какой конкретно помощи идет речь? Помощи оружием? Транспортом? Или?..
– Не знаю… – опустил голову Храт. – Я не хочу ничего скрывать. Я случайно оказался на военном совете и услышал, что имперские генералы опасаются союзника, вместо того, чтобы попросить о помощи. Меня это возмутило, никогда народ урук-хай не поступал вопреки законам чести, и я высказался. Тогда его величество и назначил меня послом…
Старый мастер едва не схватился за голову, проклиная про себя краснорожего дурня. Совсем с ума сошел? Да как можно говорить такие вещи Кагалу?! Ой, что будет-то… Остальные имперцы выглядели ничуть не лучше его самого.
– Я рад твоим честным словам, мальчик! – довольно оскалился Хранитель Очага, переходя на «ты». – Благодарю за то, что ты выступил в защиту чести своего народа.
– Разве я мог поступить иначе? – опустил голову Храт. – Пусть я изгой, но все-таки орк…
– Изгой?! – едва не выронил посох Хранитель Очага. – Когда и кто тебя изгонял? За что?
– Как кто? – растерялся молодой горный мастер. – Вы сами и изгоняли… Чуть больше декады назад… В этом же самом зале.
– Я?! Мальчик, да ты в своем уме?
– Храт! – не выдержал Кертал. – Тебе же его величество сказал, что это было наваждение! Не поверил. Вот ведь дубина упрямая! Ну, ничего, вернемся, я тебе устрою веселую жизнь. Ты у меня дни последних тренировок с ностальгией вспоминать будешь.
– Всегда пожалуйста! – просиял молодой орк, окончательно осознав, что никто его не изгонял.
– Приношу свои извинения уважаемому мастеру-наставнику, – прищурился Хранитель Очага, – но не могли бы вы просветить меня на тот счет, откуда у юноши столь странные идеи возникли?
– Испытание… – вздохнул Кертал. – Оно нелегко дается. И главное даже не боевое мастерство, а проверка на то способен ли ты совершить подлость. Храт увидел себя здесь, в рурк-дхаладском родовом зале. Сначала его чествовали, как героя, а потом Кагал предложил ему предать кровного брата. Не смертельно, просто остановить, не дать пройти испытание. А иначе – изгнание. Вы сами понимаете, что выбрал парень. Если бы он выбрал предательство, то с полигона не вышел бы. Жестоко, но иначе нельзя. Подлец не должен владеть боевыми искусствами.