Бремя любви
Шрифт:
Она устало прошла мимо Джеймса и вышла из кухни.
В классе аэробики Вин невнимательно выполняла упражнения, все время думая о словах Джеймса. После занятия она сразу же схватила свою сумку, даже не приняв душ и не переодевшись.
Эстер пригласила ее домой на чашечку кофе, но Вин отрицательно покачала головой.
— Извини, не могу! — Она поджала губы. — И вообще мне не следует так часто выходить из дома, — продолжала она, передразнивая Джеймса; — Если у меня ребенок, то я не могу поступать
Эстер недоверчиво посмотрела на нее.
— Безответственно? Да кто же мог сказать такое?
— Джеймс! — раздраженно ответила она и затем быстро заговорила:
— Знаешь, Эстер, если я начну сейчас все тебе рассказывать, то не остановлюсь до утра. Но клянусь тебе, если он еще раз осмелится мне сказать, что я мало забочусь о Чарли, то я…
Ее голос сорвался. У Вин затряслись губы и на глазах выступили слезы. Эстер никогда не видела подругу в таком состоянии и теперь растерянно смотрела на нее.
— Ну-ну, дорогая! Тебе нужно посидеть и что-нибудь выпить — это поможет тебе успокоиться.
— Я должна была успокоиться на аэробике, — сердито сказала Винтер, — я не могу остаться. Эстер, ну почему всегда и во всем виновата женщина? Я всю жизнь делала для Чарли все, что могла. Может быть, я и не верх совершенства, ну а кто идеален? Но вот является Джеймс и за несколько дней превращает меня из довольно спокойной, зрелой, уверенной в себе женщины в комок нервов, в эдакую неумеху, сомневающуюся в том, способна ли она вообще растить ребенка.
— Ерунда! — отрезала Эстер. — Ты — самая лучшая мать из тех, кого я знаю. Даже моя свекровь считает, что ты отличная мать, — с чувством добавила она.
Вин заставила себя рассмеяться. Уж она-то знала, как на самом деле подруга относится к своей любящей покомандовать свекрови с ее непомерно высокими требованиями ив высшей степени непрактичными взглядами на жизнь.
В машине Вин начало знобить. Она включила отопление, ругая себя за то, что не заставила себя остыть и принять душ после таких интенсивных упражнений.
Она не хотела думать о том, что ее трясет лишь от одной мысли о встрече с Джеймсом. С чего вдруг она стала бояться его? Она, взрослая женщина!
Выходя из машины, Винтер почувствовала, как болят уставшие мышцы. Она медленно прошла на кухню, оттуда в гостиную. Чарли сидел вместе с отцом на диванчике, внимательно глядя на экран телевизора.
— Тихо, мам, — не отрываясь от экрана, скомандовал Чарли, как только она сказала первое слово. — Сейчас начнется самое интересное.
Приятно услышать такое, сорвавшись с занятий домой! Винтер печально удалилась на кухню. Там она уныло придвинула стулья поближе к столу. Как ей хотелось сесть! Но если она сейчас опустится на стул, то вряд ли потом сможет найти в
— Пойди посиди. Я все сделаю.
Винтер вздрогнула от неожиданности. Ей и в голову не пришло, что Джеймс может последовать за ней на кухню. Не скрывая удивления, она повернулась к нему и тотчас же заметила его странный, почти брезгливый взгляд.
Словно защищаясь. Вин заслонила лицо руками. Как ужасно она, должно быть, выглядит! Ее волосы были еще влажными от пота, так же как и трико под спортивным костюмом.
— Я вернулась, не приняв душ, — неловко сказала она. — Я думала, что Чарли…
— Чарли смотрит свое видео и прекрасно себя чувствует. Зачем ты ушла с аэробики, не ополоснувшись? — Он рассерженно смотрел на нее. — Неужели ты не знаешь, как важно остыть и расслабиться после физических занятий? Ты что, не понимаешь, что может случиться, если этого не сделать?
Вин молча проглотила упрек. Она слишком устала, чтобы возражать. В подтверждение слов Джеймса комната вдруг поплыла у нее перед глазами. Ноги больше не держали ее. Конечно, она знала, что обязательно нужно было посидеть и остыть, но сегодня она так спешила к Чарли…
Вин с трудом подняла руку, поправила упавшую на лоб прядь и хрипло выдохнула:
— Я… Я не подумала. Зачем она сказала это?
— Ты всегда была слишком порывиста. Вин отметила, что голос Джеймса тоже изменился. Но она была слишком измучена, чтобы понять причину.
— Давай-ка, сними все это. Ты перегрелась.
Как во сне она следила, как Джеймс дотрагивается ладонью до ее разгоряченного лица, словно желая убедиться, нет ли у нее температуры.
Она смертельно устала и чувствовала себя жалкой и больной. Все ее тело пылало. Неужели она и вправду заболевает? Или…
Винтер резко запротестовала, увидев, что Джеймс берется за молнию ее спортивной куртки. Не обращая на нее внимания, он аккуратно расстегнул застежку и быстро стащил куртку с Винтер.
Кто из них опомнился первым? Джеймс сразу напрягся, заметив, что внизу у нее практически ничего не было, кроме хлопчатобумажного трико. Да и оно было настолько тонким, что не скрывало нежной округлости грудей и мягкой ложбинки между ними.
Его руки тяжело легли на худенькие плечи бывшей жены, и она испуганно замерла. О Боже, только не дай вспомнить, что этот человек был когда-то ее любовником, ее мужем, что когда-то у нее сладко кружилась голова при одном его прикосновении, что он когда-то целовал и ласкал каждый сантиметр ее тела, дарил ей ни с чем не сравнимые наслаждения. Нет, если она сейчас вспомнит об этом, если поддастся порыву своего изменившего здравому смыслу тела…