Брейкмич
Шрифт:
– Хороший выбор, что ещё сказать.
– Он напился в том баре рядом с тобой, и у него остановился электро стимулятор! Бедный мальчик, у него была вся жизнь впереди! Он был хорошим мальчиком! А ведь Лоуренс просто хотел спокойной жизни.
Я во все глаза таращился на Коула, утирающего скупую слезу.
– Я его убил?
Не мог не уточнить.
Лицо Коула вмиг изменилось. Стало абсолютно собранным и немного жутким.
– А теперь кара вернётся тебе за содеянное. И будь уверен, что твоя девчонка не вернётся такой же красивой, какой ты её запомнил, пока я не получу желаемое, – уже
Я с силой сжал кулаки. Сдерживал себя до такой степени, что скрипели зубы. Ради неё только ради неё, я держу себя в руках, чтобы не прикончить этого лощеного ублюдка прямо здесь.
– Вот и правильно, малыш, – Коул усмехнулся, – скрепи зубами, но выполняй условия, чтобы твоя девчонка дышала.
У меня перед глазами опустилась красная пелена, было трудно дышать от гнева, который требовал вырваться из меня и снести к чертям половину черепа Коула.
Но…
Лицо чокнутого бизнесмена резко изменилось. Он вновь стал спокойным, инертным. Глаза слегка сощурились. Он внимательно смотрел на моё лицо. Я не мог скрыть свой гнев. Ведь он забрал мою Летти, убил не причастную девушку из бара. Смотрел на него. С минуту мы молчали. И когда взгляд Фрейда опустился вниз, а на губах заиграла странная полуулыбка, я понял, что настоящий наш разговор начнётся только сейчас.
– Вы очень интересная личность, мистер Йон. Так вы представились на должности менеджера в компании, не так ли?
Он поднял на меня глаза, и они сияли безумством. Сейчас я уже разговаривал не с деловым бизнесменом, ведущий лицензированные дела по всей стране, а с фанатиком. Терпеть не могу их! Они словно одержимые. Ими не управляет разум. А та хрень, что прочно втесалась на место здравого рассудка.
Когда я не ответил, Коул продолжил:
– Как я уже сказал ранее, вы заинтриговали меня. Но все же более интересен для меня, – он бросил на стол передо мной несколько фотографий, – ваш неуловимый друг.
Все фото были сделаны в церквях. На кадрах всегда я и Симон. Вот только мой интересный друг совершенно не фотогеничен. На всех фото его фигура словно засвечена, лишь присмотревшись можно различить одежду и лицо. Я знал причину, а Коул…
– Как сказали мои мальчики, ваш друг не только отличается от всех нас тем, что не получается на снимках. Но и обладает неожиданной способностью буквально испаряться в воздухе. Потому что он не выходит из здания церкви, но в помещении его нет, когда вы уходите.
Мистер Фрейд состроил гримасу, словно он воспитатель, а я провинившийся ребёнок, стоявший перед ним
Я молчал. Посмотрел на мужчину. Коул наклонился ближе ко мне.
– Я знаю кто вы, мистер Йон. Ну, или догадываюсь, не суть!
Вновь откинулся на спинку стула.
– Вы можете молчать сколько угодно, но ваша девочка будет дышать только два дня, пока вы не принесёте мне редкое издание одной очень важной для меня книги. Так сложилось, что вы убили моего младшего братца-недотепу, и вы же можете принести эту книгу от вашего поистине неземного друга.
Коул швырнул в меня листок бумаги. Он лёгким перышко опустился на стол, между моих ладоней.
– Я предполагаю, что вы довольно… Способный… Человек, полагаю?
Коул усмехнулся.
– Я долго размышлял, как вам выставить изящно требование о выкупе похищенной. Такому редкому экземпляру нужен особенный подход, – Коул подмигнул, в один глоток допил оставшееся вино. – Вы немного поторопили со своими кровавыми разборка и с моими людьми. У меня на вас счёт очень интересные методы воздействия.
Я пошевелил челюстью.
Поднял листок, что он мне кинул.
– Замечательно.
Коул поднялся, как только я взял лист. Для него это был знак моего согласия и повиновения. И не скажу, что в этот раз он не ошибался.
– Жду свою книгу в назначенное время, адрес написан ниже, —швырнул на стол купюру, оплата за выпивку и блюдо.
Поправил дорогой костюм.
– Советую вам дождаться фирменное. Оно здесь и правда великолепно приготовлено. И да, спасибо, что убрали Крэша. Всё руки не доходили до этого обдолбыша. Вы поистине нужный человек в нашем мире! Но больше таких нам не надо.
Хохотнул Коул и скрылся вместе со своими громилами.
Пелена злости не спадала, я почувствовал как ладони стали важными от прорезанной ногтями кожи, с такой силой я сжимал кулаки. Не шевелился, молча наблюдая за дерзким бизнесменом. Подошёл официант, поставил передо мной ароматное блюдо.
– Молока, – буркнул я, свирепо вгрызаясь в кусок мяса.
В это раз мне придётся всё честно рассказать Симону. Мне не стоило влюбляться в прекрасную Летти. Все должно было быть по-другому. Все, как говорил мне Симон несколькими неделями ранее. Но я не усмотрел, влюбился как мальчишка. Не учёл такую серьёзную неприятность в виде чокнутого мистера Коула.
И вот опять....
Мне не видать света…
Я лежал на полу в багровой луже крови.
Не моей.
Хотя моя в этом хаосе, разумеется, присутствовала. Любимая куртка, впрочем, как и вся одежда на мне была измазана алым. Спине было не комфортно от влаги на полу огромной комнаты. Сладковатый дым тянулся от кончик моей сигареты вверх вместе с запахом пороха. В правой руке я отчётливо ощущал тяжесть пистолета из своей "засвеченной" коллекции пушек. Не хотел светить не стрелянных красоток. Пусть полиция рыщет по следам былого убийцы, который орудовал этим пистолетом раньше. Я захватил его из дома после того, как заехал на работу по просьбе Фреда.
У меня есть дурная привычка. На самом деле их много. Но конкретно в этом случае, моя пагубная страсть к огнестрельному оружию порой играет мне на руку. Я забираю пистолеты у убитых мной негодяев. Ну, просто пушки у них были чудесные! Кто-то собирает значки, кто-то спортивные тачки, а я – пистолеты. Трофейного оружия у меня немного, ибо частенько использую его в своих грязных делишках, чтобы убрать хвост со своей нечистой личности.
Я поднёс ещё тёплый ствол к лицу, левой рукой убрал сигарету из разбитого рта. Жадно вдохнул запах оружейного масла. Терпкого, горького с нотками жженной травы и мазута. Никогда не перестану любить этот запах!