Бригада
Шрифт:
— Генерал!
Винсент поднял голову. К нему неслышно подошел адъютант. Хотя его внимание было сосредоточено на своем начальнике, Винсент заметил, что он бросает любопытные взгляды в сторону дирижабля, производство которого было пока секретом.
— Да?
— Телеграмма из главного штаба, сэр. Винсента охватил неожиданный страх. Пока он распечатывал телеграмму, к нему подошла Оливия.
— Телеграфные линии к северу от Рима перерезаны. Им нужны машины для воздушной разведки.
— А Эндрю?
— Пока неизвестно.
Винсент еще раз посмотрел, как Джек кружит над полем. Началась осада Рима.
Глава 6
— Рим, мой кар-карт.
Наклонившись вперед и опершись руками на луку седла, Гаарк одобрительно кивнул. Почти четыре месяца он ждал этого, терпел проливной осенний дождь и лютый мороз и вот наконец достиг цели.
Спешившись, он достал из чехла подзорную трубу. К Гаарку подошел один из его телохранителей, чтобы он мог положить трубу ему на плечо. До города было еще полдюжины лиг, но благодаря холодному зимнему воздуху он казался гораздо ближе и был виден как на ладони.
Гаарк ожидал увидеть Рим горящим. Чертов скот поджигал каждое здание, каждый сарай — все, что могло послужить укрытием его воинам. Ведь они привыкли к более теплому климату и плохо переносили холод. Начиная войну на севере, Гаарк имел в своем распоряжении сорок один умен, почти столько же было и у мерков, когда они воевали со скотом. Но, в отличие от мерков, более половины его воинов были вооружены современными винтовками, у него было свыше двухсот артиллерийских орудий и еще больше минометов плюс пятьдесят броневиков.
Проблема состояла в том, что почти половина его воинов была рассредоточена вдоль железной дороги протяженностью в пятьсот миль. Они занимались транспортировкой продуктов и боеприпасов, а также перевозкой рабов. Кроме того, они пасли и доставляли в войска лошадей и четвероногий скот. Кроме двуногого скота, который постоянно погибал, в убойную яму ежедневно отправлялось свыше тысячи голов четвероногих животных, так как двуногие были настолько изнурены работой, что не могли обеспечить полноценного питания.
Гаарк надеялся, что скот примет его предложение, оставит Рим и отправится на свою драгоценную Русь. Это решило бы проблему с транспортировкой, поскольку Карфаген тогда мог бы доставлять им продукты по морю и они бы не были так привязаны к этой несчастной железной дороге.
— Не видно поездов в сторону Руси? Глава разведки покачал головой:
— Нет, мой кар-карт. — Но перед тем как взорвать железную дорогу и перерезать телеграфные провода, мы заметили, что в город прибыли два поезда с ящиками. А в обратную сторону отправили три поезда с ранеными, детьми и стариками.
— Они собираются держать оборону, — предположил Джурак. — Ну и черт с ними. Окружим город, и пусть они там подохнут с голоду. Оставшаяся часть армии может убираться на Русь.
— Там было еще вот это, мой кар-карт, — офицер разведки подошел к Гаарку и передал ему лист бумаги. — Вы приказали принести эти листы вам. Их нашли сегодня в руках мертвого солдата.
Гаарк развернул заляпанный кровью лист. Это была газета. Он немного разбирался в их письменности, так как многие пленники, работавшие у него на заводах, были русскими. И бантаги заимствовали их письмо, так как необычное пиктографическое письмо чинов не могло использоваться для технических
Он просмотрел газету, прочитал заголовок, написанный вверху жирным шрифтом, и с довольным видом взглянул на своих штабных офицеров. Игра продолжалась.
— Да, я тоже это видел, — заявил он, — духи моих предков поведали мне об этом во сне. И эта газета все подтверждает.
— Что подтверждает? — спросил Джурак.
— Что Кин мертв.
Все радостно закричали, а Гаарк торжественно закивал, как будто он был причиной этой смерти.
— Тогда надо идти на Русь, — сказал Джурак. — Если Кин мертв, их армия деморализована и они не смогут напасть на нас сзади.
Предложение было заманчивым. Оглянувшись на город, Гаарк взвесил все за и против и отрицательно покачал головой.
— Нет, неужели ты не понимаешь? — огрызнулся Гаарк. — Смерть Кина — только первый удар. Армия — это то, что препятствует нашей победе. Если мы раздавим их здесь и захватим город, Русь будет вынуждена сдаться. Если бы Кин был жив, они бы оборонялись до последнего, но сейчас мы легко с ними справимся.
Гаарк снова посмотрел в подзорную трубу. Между ним и городом, построенным среди холмов по обеим берегам реки, раскинулась степь. Холмы, соединявшиеся друг с другом городской стеной, давали прекрасный обзор артиллеристам. Рим оказался гораздо больше, чем он ожидал, почти таким же большим, какими были постоянно разрастающиеся обветшалые города чинов до того, как там поселилась его орда. Кое-где город выходил за пределы стены приблизительно на пол-лиги. Снаружи Рим окружали землянки, между которыми были прорыты траншеи. Хотя на таком расстоянии было не очень хорошо видно, Гаарк понял, что эта внешняя линия обороны не даст им приблизиться к городу настолько, чтобы Римский порт оказался в пределах досягаемости его минометов. А порт был ему просто необходим. Его надо было заполучить во что бы то ни стало, поскольку только через него бантаги могли пополнять свои запасы.
— Эта позиция очень неудобная, — заметил Джурак.- Они разрушили все здания вокруг города и оставили только голую местность. Кроме нескольких холмов для артиллерии, здесь больше ничего нет.
Гаарк молча кивнул.
— Может, имеет смысл пройти мимо и двинуться прямо на Суздаль? Я думаю, недели за три мы преодолеем степь и доберемся до Руси.
Гаарк отрицательно покачал головой:
— Такую же ошибку допустили мерки. Тамука и его воины оказались посреди открытой степи, и единственным их запасом пищи были лошади. Если мы пройдем мимо, получим нож в спину. Они только этого и ждут.
— Тогда давай повернем на юг и нападем на них с восточного побережья.
— Я пошлю туда несколько уменов, но всю артиллерию и всех стрелков нужно оставить здесь. И, кроме того, если воины будут находиться в нескольких днях пути отсюда, где они возьмут боеприпасы?
Несколько секунд Гаарк стоял молча и думал, правильно ли он поступает, заставляя бантагов воевать по новым законам, современным оружием. Раньше все, что им нужно было сделать перед сражением, — это собрать стрелы с поля боя и наточить меч. Теперь он был в ловушке у этой чертовой железной дороги и не мог думать ни о чем другом. Его успокаивало лишь то, что у янки была такая же проблема.