Брон
Шрифт:
Брон впился в нее взглядом.
– Я буду жить с тобой?
– Он недовольно поджал губы.
– Мне правда очень жаль, что это не соответствует твои ожиданиям, но никто не спросил меня, прежде чем поселить тебя сюда. У отца не было никакого права предлагать мой дом, но я готова поделиться им с тобой.
– Справа от входной двери висит запасной ключ. Возьми его в пользование.
Брон поднял подбородок, расправил плечи и выпятил грудь.
– Я понимаю. Я здесь, чтобы узнать о людях и научиться жить среди них. Делить с одним из них дом будет
Бекку восхитило то, что он воспринял новости лучше, чем она ожидала.
– Хорошо. Я уйду, чтобы ты мог приготовить свой ужин. Вернусь в гостиную и напьюсь как матрос. Скоро ты заметишь, что я делаю это после каждой ссоры с отцом. Он вынуждает меня пить.
Она развернулась и ушла, прежде чем он успел задать ещё больше вопросов. После разговора о муже она чувствовала грусть и уязвимость. Сердце сжималось от сильной боли, и она зашла в гостиную, села за барную стойку и налила себе ещё одну рюмку.
Самым дерьмовым было то, что отец был прав насчёт Брэдли, но она никогда не признала бы этого вслух, потому что тогда папа никогда не позволил бы ей об этом забыть. Он припоминал бы это и использовал против неё в каждом споре.
Он станет делать это постоянно, и будет не до шуток. Бекка опрокинула следующую рюмку, зажмурилась и зашипела, когда выпивка оказалась в желудке.
* * *
Брон смотрел вслед Бекке и вздохнул. Он знал, что значит "напиться как матрос". Она собиралась пить так много, чтобы спать совершенно нетрезвой, и он лишь надеялся, что его новая соседка не была из тех людей, которые делают это часто. Он ненавидел запах алкоголя и видел в фильмах достаточно пьяных людей, чтобы не желать с ними встречаться.
Всё шло не так, как он думал. Совсем не так. Ему обещали отдельный дом, уединение, а вместо этого он живёт с человеческой женщиной. Хуже того, он счёл её привлекательной.
Воспоминание о том, как она наклонилась к его кровати будет преследовать Брона какое-то время. У неё было пышное тело с изгибами, так отличающееся от тел женщин Видов. Она выглядела мягкой, хрупкой, и, вероятно, кричала бы, если бы он когда-нибудь не сдержался в отношении неё.
Когда они при встрече пожали друг другу руки, то её ладонь была маленькой и мягкой. От одной мысли о её прикосновении его член дёрнулся. Конечно, мысль о том, чтобы иметь Бекку под собой, сделала всё только хуже. Он бы, наверное, раздавил её или как-нибудь иначе навредил.
Брон тихо зарычал, и начал осматривать кухню. Нагрел сковородку, взял несколько стейков, тарелку и щипцы, которыми переворачивал мясо в процессе готовки.
Он сел ужинать за обеденный стол, но мысли о Бекке Оберто продолжали его терзать. Она стала проблемой, которую он вряд ли хочет решать. Можно было бы попросить её отца разрешить ему пожить в доме у дороги.
Это было простым выходом, но трусливым. Брон начал рассматривать висящие на холодильнике фотографии, на
Что не соответствовало действительности, если она употребляла большое количество алкоголя. Брон не был уверен в своих познаниях по части людей, но ему всё же казалось, что у неё серьёзные проблемы. Смерть её пары стала этому причиной.
Закончив ужинать, он убрал на кухне и вымыл посуду. Когда Брон выключил воду и вытер руки, до него донеслись звуки музыки. Ложиться спать было рано, а в его спальне не было телевизора. Нужно было попросить его привезти, так как он уже скучал по кабельному телевидению и даже начал жалеть, что ради своего народа взвалил на себя эту миссию.
Но кому-то нужно работать с человеческой рабочей группой. Для этого идеально подошла бы женщина Видов, но он не хотел, чтобы одна из них контактировала с человеческими мужчинами. Всё, что он до этих пор знал о них, подтверждало, что они будут к ней приставать. Таков был человеческий мир за воротами ОНВ, или, по крайней мере, так ему сказали.
Женщин нужно защищать любой ценой. От мысли о том, чтобы подвергнуть одну из них опасности, он напрягся всем телом. Брон всё вытерпит и столкнётся с чем угодно. Лучше он, чем женщины.
Он уже шагнул на лестницу, намереваясь вернуться в свою комнату, но забеспокоился о Бекке. Она не была крупной женщиной, и воспоминание о фильме, который он смотрел, заставило его вернуться. Она могла выпить достаточно, чтобы ужасно заболеть, и он хотел убедиться, что она здорова.
Он пошёл на звуки рок-музыки и через арку заглянул в гостиную. Бекка сидела за барной стойкой с бутылкой и крошечным стаканом, стоящими перед нею. Она словно почувствовала его присутствие и повернулась
По адресованной ему широкой улыбке и слишком яркому цвету голубых глаз он понял, что она выпила слишком много. Она неуклюже ему помахала.
– Привет, красавчик. Хочешь выпить?
Бекка говорила немного неразборчиво и его шокировало то, как она его назвала.
– Меня зовут Брон. Я не знаю ни одного Вида, кто выбрал это имя.
Ее плечи затряслись от смеха и она фыркнула.
– Я знаю, как тебя зовут. Ты симпатичный, но ты и сам это знаешь, верно?
Она считает его привлекательным. Этот факт лишил его дара речи.
Она похлопала по ближайшему к ней стулу.
– Хочешь выпить? Теперь уже не обжигает.
Он осторожно зашел в комнату.
– Я не пью алкоголь, но спасибо за предложение. Сколько ты уже выпила?
– Не знаю.
– Она поерзала на стуле и чуть не упала.
– Недостаточно. Я все еще в сознании.
– Употребление алкоголя опьяняет тебя, замедляет реакции и делает нелогичной.
Бекка рассмеялась.
– Ты такой милый.
Брон поднял брови. Так его ещё никто не называл. Обычно использовали "жестокий", "ублюдок" и другие подобные слова, ни одно из которых не подразумевало под собой подобное определение. Он начал беспокоиться о её психическом состоянии.