Брутфорс 3
Шрифт:
— А она бы тебе «на» по морде, — ухмыльнулся Марш.
— А ты бы что сказал? Что предлагаешь?
— Я бы ничего. Я переполнен ненавистью. Точно знаю, что в таком состоянии хрен кто клюнет. Надо нам найти кого-то, глядя на кого, девушки думают меньше.
— Это кто?
— Для начала кто-то симпатичный. Чтоб глаз радовался.
— А от нас, типа, глаз не радуется?
— Фантом. Давай без вот этого. Ты себя в зеркале видел? Не будем никого обманывать, у меня девушка была пять минут на первом курсе, и то все время говорила, что я душный.
Решение пришло в виде бывшего соседа
Прошерстили списки сотрудников инкубатора. Старый университет выступал в своем репертуаре, и в списки Марш зашел как к себе домой. Обнаружил там группу «Трилобит рефакторинг», и предположил, что, судя по идиотизму названия, это то, что нужно. Проглядел участников и нашел там того самого персонажа, с которым они срались на берегу реки перед тем, как их повязали Минсвязники. Тесен мир, усмехнулся Марш. Теперь моя очередь портить тебе жизнь.
В жертвы он наметил Рапунцель. Она выглядела взрослой, смелой и яркой, и не должна была стушеваться от внезапного поклонника.
У Марша промелькнула мысль, не посоветоваться ли ему с актером, какую девушку ему было бы проще окучить. В группу Трилобитов входили еще какие-то Хмарь и Олич, а в большом инкубаторе были Зима, Влада и Василиса. Теоретически они тоже годились для охмурения. Хотя идеально было заселить цветок именно в группу Трилобитов. Но была вероятность, что актер сообразит, что дело нечисто. Не может Марш быть влюбленным во всех девушек сразу. Нет, надо было сконцентрироваться на ком-то конкретном.
Еще была вероятность, что Рапунцель понесет розу домой, а не в инкубатор. Поэтому надо было перехватить ее тогда, когда она идет на работу, а не куда-то еще. Но на неделе перед сессией и каникулами девушка должна была только в инкубатор и ходить, поэтому годился любой момент. Оставалась еще библиотека, но вряд ли бы она бросила цветок там.
План магическим образом удался. Актер сделал домашнюю работу и выяснил, что Рапунцель каждый день идет в инкубатор через кофейню у северной границы кампуса. И пьет там кофе. Прямо там и сидит, даже не берет стаканчик с собой.
А потом он исполнил свою роль на пять с плюсом. Он не стал втирать Рапунцель, как он упал, отжался и влюбился, а подсел за ее столик с вопросом, что она думает о его изобретении. И дал ей всласть наиграться. Как бы скептично ни была изначально настроена Рапунцель, она не сумела устоять перед цветком, который поворачивался к ней каждый раз, когда она спрашивала его, кто здесь самый красивый. Врожденная актерская харизма предсказуемо помогла.
Они обменялись контактами, Рапунцель пообещала провести всесторонние испытания, и они расстались довольные друг другом.
Актер
Когда я пришел в инкубатор, почти все были в сборе. Не было только Шведа, который консультировал второкурсников, и Хмари. Странно, почему она не пришла? Она ведь тоже все пересдала и освободилась.
Вокруг стола Рапунцели происходил какой-то кипиш, но я решил, что успею присоединиться, отписал Баклану с Софьей о своих успехах и отбил необходимые по случаю поклоны.
Баклан: Я рад. Знаешь, я уже сожалею, что не пошел с тобой на органику. За тобой надо присматривать
Риц: Да ладно. Я и сам кое-что могу
Баклан: Кое-что — это не всё
Риц: И правда. Учись хорошо, будешь у меня директором по развитию. Или по коммуникациям
Баклан: Пока могу только по жратве. Обедать пойдешь?
Риц: Не, только ужинать
Баклан: Ну до вечера тогда
От Софьи пришло только скромное «ура!», но мне показалось, что андроиду было приятно.
Наконец я оторвался от политесов и протолкался к столу Рапунцель. Девчонки хохотали, глядя на Каравая, который, держа в руках мерзкий синий цветок, умильным голосом спрашивал его: «Кто здесь самый красивый?» Цветок реагировал на звук и, поворачиваясь, тыкался ему в лицо. Что должно было, видимо, обозначать ответ «конечно, ты». После трех итераций цветком завладел Мавр и продолжил задавать тот же самый вопрос.
— А что еще он умеет делать? — мрачно спросил я.
— Больше ничего, — сквозь смех ответила Рапунцель. — Только это. Только признание нашей бесконечной красоты. Я сегодня познакомилась с изобретателем, он просил испытать. По-моему, прелесть. А ты заметил, что если ты его держишь в руках, то ничью больше красоту он не признает?
— Каким еще изобретателем? — моя паранойя разыгралась не на шутку.
— Да в кафе сегодня познакомилась. Рядом с кампусом, я там всегда кофе пью. Явно кто-то из наших.
Я мрачно смотрел на цветок. Потом отнял его у Каравая, покрутил и понюхал.
— Что ты его нюхаешь? Он ненастоящий! — покатились со смеху Олич и Рапунцель.
— Я вижу. И что тебе этот изобретатель наговорил?
— Он сказал, что это средство для повышения самооценки или розыгрыша подруг. Или два в одном. Можно как угодно использовать. Он думает предложить эту штуку психотерапевтам. Мне показалось, что это отличная идея. А тебе что, не нравится?
— Нет, не нравится.
Я продолжил обнюхивать цветок, но, ничего не учуяв, отвернул ему голову и заглянул внутрь. Эту вещь я отлично помнил, она до нашего побережья добралась всего год назад. И должна была ароматизировать помещение из установленной капсулы. Никакой капсулы у нее внутри не было, зато были какие-то мелкие фигни, напоминающие записывающие устройства. Я таких раньше не видел.