Будь крутым

Леонард Элмор Джон

Чили сказал:

– Пойдемте! – и поманил Тиффани следовать за собой. Они вышли на террасу, а Тиффани тем временем все говорила о Дереке, о том, какой он 'грубый и как любит швыряться чем ни попадя.

– Позавчера мы случайно наткнулись по телевизору на старый фильм Пола Ньюмена «Карманные деньги», знаете? – и стали смотреть.

Чили кивнул.

– С Ли Марвином. Фильм скучноватый, надо сказать.

– Да. И, конечно, Дерек раскипятился, и как вы думаете, что он сделал?

– Сбросил телевизор с балкона.

– С третьего

этажа. Телевизор упал на капот машины, прошиб его к чертовой матери, и догадайтесь, чья это оказалась машина! Управляющего нашего дома, а этот тип вот уже год пытается выгнать нас из квартиры. Дерек такой… уж не знаю даже, как сказать… глупый, что ли… или ненормальный.

– Но вы с ним живете?

– Временами.

– При всей его ненормальности? Она словно бы удивилась.

– Но он же не виноват, если таким родился. Просто уж такой он человек. Его словно толкает что-то, какая-то сила. Понимаете? Подхватывает и несет. А он ничего с этим не может поделать, пока его не отпустит.

Чили и не пытался слушать, вникать. Пусть себе говорит. Потом он спросил:

– Он на вас и руку поднимает?

– Когда очень уж раскипятится, то бывает, пробует. Иной раз хочется запустить в него каким-нибудь тяжелым предметом вроде лампы и убраться от него к чертовой матери.

– С Томми вы были в близких отношениях?

– Он был моим боссом.

– Разве он не ухлестывал за вами, не появлялся с вами повсюду?

– Да, но вы догадываетесь почему, не так ли? Чтобы показаться в обществе экстравагантной девицы и чтобы все подумали, что он еще ого-го. Томми был в том возрасте, когда с этим проблемы. А больше ничего, ей-богу, и не было. Спросите Эди.

– Вы с ней подруги? – спросил Чили. Лицо Тиффани так и расплылось в улыбке.

– Что вас так веселит?

– Вы говорите, как этот коп, Даррил, кажется? Он сказал, что знаком с вами.

– Он к вам заезжал?

– Сегодня утром. Вы оба все пытаетесь связать меня с Томми, чтобы можно было сказать: «Вот кто это сделал! Наверняка это Дерек! Такой ненормальный, такой бешеный характер, вещи швыряет. Возможно даже, что он спит с Эди, почему бы нет?» Потом вы начинаете крутить дальше: ну хорошо, если это не Дерек, значит, другой какой-нибудь бешеный ревнивец, потому что причина тут явно в девке, учитывая репутацию Томми в этом смысле.

– Разве это так уж невероятно? – удивился Чили.

– Извините меня за грубость, но вот вы, будь вы девушкой, легли бы с Томми?

– Я могу представить себе девушку, делающую это ради заключения контракта.

– Если это стоящая девушка, ей это ни к чему. А если нет, – кому она нужна, даже для постели? Вот мне двадцать шесть лет, – сказала Тиффани, – и я мало что знаю. Но одного у меня не отнимешь – я работала на Томми с первого дня существования студии «БНБ», и в деле его я разбираюсь не хуже его самого и знаю всех его знакомых. Хотите знать, что я сказала вашему дружку Даррилу?

– Что же?

– Сказала, что вам лучше

было бы использовать мои мозги, чем вынюхивать, с кем там Томми трахался.

8

Томми Афен был застрелен в сентябрьский понедельник. Два дня спустя на первой полосе «Лос-Анджелес тайме» была напечатана его фотография с подписью:

«Кинопродюсер – последний, кто видел Томми Афена живым».

Из заметки следовало, что Чили и Томми могла связывать старая дружба. Там же расписывались прошлые подвиги Чили в Бруклине и Майами-Бич и вскользь упоминалось о его уголовном прошлом. О сделанных им картинах не было сказано почти ничего – ни хорошего, ни дурного.

Взглянув на визитку Даррила Холмса, Чили позвонил ему в Уилширский полицейский участок.

– Видели?

– И прочел внимательнейшим образом.

– Это вы разболтали вашему дружку-газетчику, что я там был?

– Ну уж нет, от меня они бы этого не узнали. Наверное, в «Эпикурейце» кто-нибудь вас заприметил. Знаменитости в таких местах всегда на виду.

– Этот тип, писака, обозвал меня уголовником. Знаете, меня еще за руку никто не ловил!

– По-моему, там сказано: есть мнение.

– Да, говорится уклончиво, и все же говорится, якобы я темная лошадка, что вовсе не так. Правда, далее следует оговорка, что для сплетен и пересудов я поводов не даю.

– Поделом вам за то, что якшались с этими итальяшками. Воображали себя тогда дико крутым, да?

– Ага, водил с ними дружбу, и только, хоть и посмеивался над их глупостью и постарался слинять при первой возможности, – сказал Чили. – Ну а что снайпер? Поймали?

– Нет еще. Вы уверены, что это белый?

– Абсолютно.

– Я говорил с ребятами из «Фанатов Роупа». Син Рассел считает, что стрелял кто-то, кого Томми обдурил в своем бизнесе. Тот рассвирепел и укокошил его. Так Син выразился. Сказал еще, что если б стрелял он, то пяти выстрелов ему бы не понадобилось, но заверил меня, что стрелять бы ни за что не стал, так как рекорд-компания задолжала ему деньги. Но так или иначе, – сказал Даррил, – убийца, кто бы он ни был, знает, что вы его видели! Что вы собираетесь предпринять по поводу того, что личность ваша теперь раскрыта? Запретесь в четырех стенах?

– Я засветился на «БНБ-студии», – сказал Чили, – веду переговоры с Эди Афен. Она хочет сохранить компанию. Ну, я и нашел ей парня, который может руководить студией. Он готов согласиться.

– Вы занялись теперь звукозаписью?

– Хочу вникнуть в это дело. На случай, если понадобится для картины, – сказал Чили. – Да! Знаете, мне тут повезло. У Афенов я познакомился с Дереком и Тиффани. Тиффани сказала, что вы с ней беседовали.

– Она мастерица дурачить всех, – заметил Даррил, – этой своей прической, похожей на беличий хвост, а под ним у девчонки весьма цепкий ум.