Будет ночь – она вернется...

Соболева Лариса Павловна

– Тебе кажется смешным его поведение? – Алина больше изучала Кирилла, нежели танцора. – По-моему, он неплохо танцует.

– Смешным? – хлопая в ладоши, переспросил Кирилл. – Вовсе нет. Я бы сам сейчас с ним… но не умею.

– Хорошенький мальчик, – плотоядно промяукала Лика на другом конце площадки.

– Скачет, как дурак, – высказался Егор.

– Я пойду к нему!

Подвыпившая Любочка перелетела от столика к Севе и закрутилась вокруг него. Это подогрело Всеволода, он схватил девушку за руку и шепнул:

– Ко мне! (Любочка сделала пару оборотов вокруг оси и прижалась телом к нему.) Неплохо. А теперь…

держись! (Он перегнул ее назад, опустив голову к полу. Любочка и ногу выбросила вверх, отовсюду послышались крики «браво». Сева вернул ее в вертикальное положение.) Отлично, крошка. А теперь… держись за плечи! (Он подбросил ее вверх – легкая, Любочка взвизгнула.) Молодец!

Они выплясывали еще минуты две, затем Сева с достоинством поклонился, как учился в свое время. Музыканты закончили представление торжественными аккордами, исполнила реверанс и Любочка. Буря оваций ласкала слух танцоров, к ним рванула массовичка с двумя мягкими игрушками. Сева не упустил возможности проводить Любочку к столику, где их восторженно встретила Лика:

– Браво, браво. Всеволод, где ты научился танцевать?

– В Твери, – ответил тот, утирая пот с лица.

– Присаживайся к нам, – пригласила его Любочка.

– Сейчас, только стул возьму.

– Господа! – ликовала массовичка в микрофон. – Наш вечер начался с высокой ноты. Есть еще желающие получить главный приз?

На эстраду выползла низкорослая кадушка в длинном бархатном балахоне и на невообразимо высоких каблуках, она изъявила желание спеть русскую народную песню…

Сева прихватил свой бокал и пластиковое кресло, вернулся к компании, подарил игрушку Лике, познакомился со всеми под дребезжащие завывания кадушки, которая тоже получила приз – зайчика. Объявили танец. Довольно охотно публика потянулась на площадку, разбившись на пары. Кирилл пригласил Алину.

– Лика, потанцуем? – протянул к ней руку Егор.

– Не хочу, – но встала. – Я поищу Кристину. Почему она так долго возится?

– Тебя проводить? – вызвался Макс.

– Да что тут идти! Сама доберусь.

Едва она сделала пару шагов, как перед ней возник тот же кавказец:

– Меня зовут Расул.

– А меня Лика, – решила быть вежливой она.

– Танцеват хачу, – сказал он, показывая все тридцать два клыка.

– Со мной, что ли? – протянула Лика с удивлением.

– Тибя хачу, – утвердительно кивнул он.

– Хоти на здоровье, – и она проследовала дальше.

Эдвард пригласил на танец Любочку. Сева завязал диалог ни о чем с двумя оставшимися парнями. Макс охотно с ним говорил, а Егор ограничивался междометиями, по всему было видно, что он не в духе.

Лика торопливо шагала по аллее к корпусу. Стоит отойти от площадки – попадешь в темноту. В общем-то, ночью ходить по территории пансионата неопасно, но одной неуютно. Единственное, что ее не устраивало, так это спокойствие вокруг, хотя с площадки доносились музыка, смех, голоса. Однако это где-то там, за спиной, а кругом Лики – безмолвные кустарники и деревья, темнота. Фонари горят на протяжении всего пути, только толку от них немного, свет падает пятном вниз, не более. Лика не боялась, что из-за кустов вдруг выпрыгнет чудовище и нападет на нее, жутко ей стало по другой причине. Она не привыкла к покою и тишине, тишина давит на мозг монотонностью. Кто-то придумал, будто лучше всего достичь релаксации

в покое и тишине. Чушь! Лика расслабляется в головокружительном вихре, в вечном празднике. Не важно, что сама Лика достаточно сдержанная, даже флегматичная, но обожает она, когда вокруг шумно, весело и беззаботно. Иначе зачем тогда жить? Лика спать ложится с включенным телевизором, потому что не выносит давления тишины. И сейчас праздник за спиной стал сродни веселью в соседней квартире, куда тебя не пригласили, а ты маешься от одиночества и тоски. Оглядевшись, Лика недовольно проворчала:

– Как в могиле.

Макс пригласил Алину. Во время танца они познакомились.

– Чем добирались? Самолетом или поездом? – спросил он.

– На своей машине. А здесь хорошо.

– Да… только молодежи мало. Мы все держимся вместе. Присоединяйтесь к нашей компании, иначе здесь свихнуться можно от скуки.

– Спасибо за приглашение.

Зайдя в корпус, где дежурная читала у настольной лампы, Лика спросила, выходила ли такая-то из такого-то номера.

– Ключ не сдавала, – ответила дежурная, посмотрев на щит с ключами.

Лика разозлилась: сколько можно прихорашиваться! В пансионате она нашла в лице Кристины единственную родственную душу, чего не может позволить себе дома. С ней Лика откровенна, ко всему прочему она является наставницей Кристины, рисуется перед ней, а это тоже приятно. В какой-то степени Лика утверждается на ней, ведь мужчины сначала предпочитают обольстить Лику, а не красотку Кристину. Стуча каблучками, она поднялась по лестнице и преодолела длинный коридор, где звуки шагов тонут в мягком ковре. Постучала в дверь номера, в ответ – ни звука.

– Где ее черти носят?

Она спустилась вниз, прошла мимо дежурной, а у входа задержалась. Все же куда делась эта глупая Кристина? Кстати, Вик тоже отсутствует…

– Да какая мне разница? – вслух сказала Лика и поторопилась назад.

Пройдя половину пути, она уловила краем уха шаги за спиной. И шаги осторожные, приближающиеся к ней. Лика напряглась, немного испугавшись, а потом резко обернулась… За ней кралась Кристина!

– Как это называется?! – Возмущенная Лика поставила руки на бедра, вздернула подбородок. – Ты что выкидываешь? Напугать меня хотела? Тебе это удалось.

– Ого, какая тирада! – со смешком сказала Кристина. – Я задержалась.

Проницательная Лика заметила, что у подруги лихорадочно блестят глазки.

– Постой! Ты с Виком была? – догадалась она.

– Была! Но не с ним!

– Его тоже нет на вечере, – не избавилась от подозрений Лика.

– Где он, я не знаю, а у меня была встреча… – Кристина поравнялась с ней, они продолжили путь. – Мы знакомы давно, а здесь встретились случайно. Большего сказать не могу, он просил оставить наш союз в тайне. У него здесь жена, представляешь?

– И даже мне не скажешь? – надула губки Лика.

– Прости, не могу. Обещала. Может, позже… Это так внезапно случилось… что-то на нас наехало!

– Трамвай, – желчно бросила Лика, поспешив на праздник.

Кристина семенила следом, уговаривая подругу не идти так быстро. Когда Лика поворачивала голову в ее сторону, невольно прыскала: Кристина из-за высоких каблуков смешно переставляла ноги и подпрыгивала, отчего сотрясалось все ее тело. «Как корова на шпильках, – подумала она. – И не комплексует».