Будет ночь – она вернется...

Соболева Лариса Павловна

Она говорила захлебываясь, нервно, после каждой фразы смеялась, словно сказала глупость, после чего ей самой становилось смешно. Алия Касымовна взглянула на часы – время подходило к началу концерта, дочь будет переживать, если она не явится вовремя.

– Извини, мне пора идти на концерт… – засуетилась Алия Касымовна, беря сумочку.

– Это вы меня извините, – подскочила Ульяна. – Я тоже тороплюсь и не могла с вами не попрощаться… Знаете что, я позвоню, как только устроюсь на новом месте.

– Как! Ты сегодня съезжаешь?

– Да! Сегодня же! Хочу быть только с ним, чтобы никого больше не видеть.

– Погоди, погоди, – закрывая дверь номера, проговорила

Алия Касымовна. – Почему на ночь глядя? Разве нельзя переехать утром? Мы бы обсудили…

– Обсуждать нечего, – прервала ее Ульяна. – Все, я так решила. Я без него жить не могу. Не верите? Но это так!

– Уленька, а как же твой муж?

– Не упоминайте этого жмота! – всплеснула руками Ульяна. – Не хочу о нем слышать. Видели бы вы его! За последние два года он превратился в жирную свинью. Меня каждой копейкой попрекает, будто нищий. Заставляет ходить на рынок, а не в магазины, там, видите ли, дешевле. Когда со мной едет на рынок, торгуется из-за пятидесяти копеек. А денег у него – вам и не снилось! Мне лишнюю пару обуви не купит, машину отказался купить, говорил, я разобью ее в первый же день. Да я еле выпросила деньги на отдых, видеть его уже не могла. Зато себе он ни в чем не отказывает. Знаете, сколько на переговоры потратил? Уйму. А все лишь потому, что я поселилась в «Южной ночи». Выговаривал, попрекал, мол, я бы обошлась более скромным жильем. Скряга. Тупица! Жирная свинья! Знал бы он, сколько я у него украла, – сдох бы! Когда он возвращался домой пьяный, а пьян он почти каждый день, я вытаскивала деньги из его карманов. Двадцать тысяч баксов насобирала! С собой вожу, потому что боюсь оставить дома, боюсь завести чековую книжку – вдруг найдет. Думаете, мне приятно так жить? Это невыносимо! Да я давно планировала послать его к черту, но не уходить же мне с пустыми руками? У меня есть украшения, деньги, на первое время нам хватит.

– Ты же сама его выбрала…

– Откуда я знала, что он такой?! До свадьбы это был совсем другой человек.

– А ребенок? Как же он, Уленька?

– Позже заберу его, как только устроюсь на новом месте.

– Но нельзя же так скоропалительно, безоглядно… – пробормотала Алия Касымовна, идя по коридору. – Мне кажется, тебе не стоит торопиться, подумай сначала, взвесь. Ну, хоть повстречайся со своим кавалером, у тебя есть время до отлета.

– Не хочу. Не хочу думать, взвешивать. Хочу жить, понимаете? Жить! Любить. Осталось каких-нибудь пятнадцать лет полнокровной жизни, а вы мне предлагаете провести ее рядом с жирным уродом и его попреками. Нет! Первый раз меня захлестнуло, я не знала, что так бывает. Встаю утром и радуюсь всему, всякой мелочи. Да я все равно собиралась бросить мужа, но мне повезло встретить свою судьбу. Я уже вещи собрала, а билеты сдала.

– Ты же не девочка, – уговаривала Алия Касымовна. – Тебе тридцать четыре. Это серьезный возраст для женщины. Мимолетное увлечение может тебе дорого стоить. Пожалуйста, милая, потерпи до утра. Или дождись меня хотя бы. Ох, Уленька, извини, дочь ждет, я опаздываю. Подумай, о чем я тебе сказала.

– Хорошо, хорошо, – пообещала Ульяна, но, очевидно, – лишь бы не слушать возражений.

– И это все? – разочарованно протянул Сева.

– Когда я вернулась после концерта, первым делом, не заходя к себе, постучала к Уленьке. А потом выяснилось, что она уже уехала. Так что вы не волнуйтесь, ваша сестра в городе. Правда, она так и не позвонила, как обещала, но… счастливые люди забывают обо всем на свете. Думаю, у нее полный порядок, потому и не звонит.

– Не знаете, с кем она собралась жить?

– Нет, – вздохнула

Алия Касымовна. – Я тогда торопилась, рассчитывала, что она послушает меня и не уйдет, поэтому все вопросы отложила на потом.

– Где теперь ее искать? А с кем она дружила, кроме вас?

– Я, к сожалению, не заостряла внимания на ее знакомствах. Видите ли, мы с ней в основном беседовали у меня в номере или за обеденным столом. Специально я за ней не следила, это нехорошо. У меня проблемы со здоровьем, я больше о себе заботилась. А десять дней знакомства – слишком маленький срок, чтобы вытряхивать душу перед собеседником. Вы позвоните ей на сотовый…

– Звонил. Не отвечает.

– В таком случае ей действительно хорошо.

– Да уж, хорошо…

Глава 16

Он ждал Руслана в условленном месте, развалившись на траве под сенью раскидистого дерева. Руслан подъехал вовремя – у него врожденная пунктуальность, – вышел из машины и упал рядом. Сева обстоятельно изложил все, что ему стало известно, ведь Руслан любитель подробностей, а в их работе незначительные детали могут сыграть огромную роль.

– Неплохо, неплохо, – одобрил Руслан, обычно от него слова доброго не дождешься. – Как думаешь, этот тип живет в «Южной ночи» или где-то в домах отдыха рядом?

– Понятия не имею. Кроме Максима, другого имени не назвали. Он провожал Харченко, во всяком случае, выносил ее чемоданы.

– Настоящий убийца светиться не будет при любых обстоятельствах, – рассуждал Руслан. – Тем более с чемоданами дамы, которую он решил замочить.

– Значит, Максима – в корзину?

– Не знаю… Все же он фигурирует и в обществе Фатеевой, тем более спал с ней. Ладно, кто там еще из спортивных, обаятельных и привлекательных?

– Все из компании Фатеевой плюс Кирилл, остальных я пока не высмотрел. Парни производят хорошее впечатление.

– Кирилл, говоришь? Который с Севера?

– Он самый. Утром я видел, как он целовался с одной девушкой, она вчера приехала. Не надо делать удивленное лицо, скорее всего они давно знакомы. Только…

– Что «только»?

– Не похожа она на влюбленную, печальная какая-то…

– Так, Сева, лирику по боку. Давай по делу. Что у нас есть? Посчитаем. Ульяна Харченко закрутила с неким товарищем. Он пообещал жениться на ней, предложил жить вместе, а она такая наивная в свои тридцать четыре года, что у меня просто нет слов. Они сняли домик… домик на возвышенности, откуда открывается вид на море, слышен прибой… – и задумался.

– Не вычислишь домик.

– Пока ты усиленно отдыхаешь, я все же попытаюсь найти это место. Раз она так красочно описывала его, значит, была в этом домике. И водил ее на смотрины душитель. Далее. Билеты она сдала, собрала вещи и выехала. Как же Алия Касымовна не заметила, с кем у нее роман? Не роман, а испепеляющая страсть! Харченко мужа надумала бросить.

– Прятались, наверное. Он убил Харченко, а через пару дней Фатееву, значит, одновременно обрабатывал обеих.

– Верно. Как зовут дежурную?

– Которой Харченко соврала, будто она не замужем? Тина Жук. Зачем она врала?

– Ай, да обычные женские уловки, чтобы в чужих глазах выглядеть святой. К Тине Жук не подходи, я сам это сделаю. А ты понаблюдай за обаятельными и привлекательными типами. Сколько их у нас на счету, пятеро? Маловато.

– Не сезон, – развел руками Всеволод. – И этих с головой хватит. Послушай, Руслан, на сто частей разделиться я не могу при всем желании. Даже надвое. Как быть?

– Спрашивать, подсматривать, подслушивать, на ус мотать, но трупов больше не должно быть, понял?