Будущее
Шрифт:
– Нет, - признался Мэтт, - только средство для мытья пола.
Алекс улыбнулся и передал ему корзину.
– Держи. Пойдем к следующему зданию.
Я перевела взгляд на корзинку и тут же покраснела. Неужели мне показалось? Да нет же...
– Что такое, Александра?
– спросил Мэтт, - почему ты так смотришь?
Алекс, шедший чуть впереди, споткнулся, но не обернулся.
– Ничего, Мэтт. Пойдем.
Вот и дожили. Алекс прихватил для меня упаковку прокладок. Я выдохнула и накинула капюшон. Раньше я справлялась сама, во всяком случае, пыталась. Сначала, это было не очень-то и легко. В 8 лет я осталась с Алексом. И то, что в детстве воспринималось нормально и естественно, спустя пару
Алекс привел нас к очередному зданию, о назначении которого было легко догадаться. Мы стояли перед больницей и характерный знак этого учреждения был аккуратно выведен краской на кирпичной стене. Что ж, попытка не пытка. Не хотелось говорить, что после супермаркетов, люди с той же ожесточенностью рванули именно к больницам. А кто был поумнее, так явился сюда в первую очередь.
Было заметно, что Алекс знает это место. Он уверенно миновал несколько коридоров, не обращая внимания не темные провалы по бокам.
– Что мы ищем, Алекс?
– спросил Мэтт, осторожно обходя яму в полу.
– Лекарства, только смотрите на срок годности, бинты, шприцы, что угодно. Пригодится все.
Парень кивнул и принялся за поиски. И куда девалась их неприязнь друг к другу?
Мы разошлись в разные стороны, но при этом старались не терять друг друга из виду, то и дело перекликались. Я оказалась в обычном кабинете, о чем свидетельствовали стол с опрокинутыми ящиками и прибитые к стенам массивные стеллажи с совершенно нетронутыми книгами. Я провела рукой по корешкам и они тут же стали осыпаться. Жаль. На столе лежал ноутбук. Я усмехнулась. Теперь от него никакого толка. Порылась немного в уцелевших ящиках, ничего нет, кроме истлевшей бумаги. Сегодня явно не мой день. И тут мне на глаза попалась потертая тетрадь. Даже не знаю, чем она меня привлекла. Может быть, своей непохожестью на все остальные предметы. Она явно была кожаной и какой-то старой, а рядом с тонким ноутбуком вообще казалась ископаемым. Привлекали внимание и многочисленные закладки, так что я решила бросить ее в сумку и потом на досуге почитать. Тем более, что мы тут явно задержимся. Пусть это и записки сумасшедшего врача, но все же. К тому же, Алекс часто сокрушался, что мое образование на печальном уровне. Хотя, кому оно сейчас нужно, это образование?
Тетрадка перекочевала в мой рюкзак, и я вышла из комнаты. Мэтт и Алекс уже уложили большие тюки с вещами и ждали меня. Мне оставалось только развести руками, но они не расстроились и по-моему, наоборот, явно гордились своими достижениями.
Не без труда мы все же дотащили собранные вещи к нашему зданию и принялись их разбирать. Радовало наличие приличных запасов еды, беспокоило то, что нам все не унести, поэтому решение остаться здесь было принято единогласно. На неопределенный промежуток времени. Алекс настоял, чтобы пару полностью собранных рюкзаков стояли на видном месте на случай чрезвычайной ситуации. Параноик...
Я вышла из здания в самый разгар пекла. Интересно, сколько сейчас градусов? Алекс наверняка знает, но иногда хочется побыть одной, чтобы никто не мешал. Я смотрела на раскаленную пустыню перед собой
– Грустишь?
Я обернулась. Ну, конечно же.
– Есть немного, Алекс.
– Хорошо себя чувствуешь?
– Да, не обращай внимания, просто настроение.
– Тебе не кажется, что это ... красиво?
– Красиво?
– я ошарашенно осмотрелась, пытаясь найти хоть что-то примечательное в совершенно унылом, лишенном зелени пейзаже.
– Ну да, - Алекс, словно смущаясь сказанного, взлохматил порядком отросшие волосы, - удивительные переливы цвета, и неиспорченная человеком природа. И ни единой души ...
Надо же.
– Я смотрю на это иначе. Признаюсь, ты меня удивил. Мне кажется, наш мир умирает. Ему больно. Хотя глупости все это, пойдем внутрь, пока совсем не изжарились.
Если Алекс и хотел что-то сказать, то я не намеревалась это слушать, поэтому поспешно скрылась за металлической створкой, которая при прикосновении здорово обожгла мне руки.
Мэтт с упоением мерял новые штаны. Как мало для счастья надо. И что на меня нашло?
Алекс зашел следом и плотно прикрыл дверь, затем перетянул несколько шкафов и только потом уселся у окна, продолжая всматриваться в марево. И как его глаза это только терпят?
– Мэтт, поспи, через пару часов сменишь меня.
Парень кивнул и тут же упал на расстеленный матрас и захрапел.
У меня так никогда не получится.
– По коридору, последняя комната. Там до сих пор бежит из крана. Можно в принципе искупаться, - произнес Алекс, все так же, продолжая смотреть вдаль. Я кивнула, взяла кипу грязных вещей и сменку для себя, и потопала в указанном направлении. Да, когда выдается такая возможность, пренебрегать ею нельзя.
В конце коридора и правда оказалась небольшая комнатка. Возможно, для работающего здесь когда-то персонала. Зеленоватый пол был основательно залит водой, которая тут же стекала в небольшое отверстие в полу. Сложив чистые вещи в коридоре я решила заняться стиркой. Дело было нелегким, но хотя бы от песка и пота я вещи отмою. Вода была холодной, так что руки сильно покраснели, но я не обращала на это внимание. Наоборот, получала какое-то извращенное удовольствие отстирывая футболку Алекса. Интересно ...
Кожа сильно огрубела от бесконечных температурных перепадов и уже не ощущала какой-бы то ни было дискомфорт. Когда со стиркой было покончено, я развесила все вещи в соседней комнате, в которой вместо окна, зияла огромная дыра. Думаю, все быстро высохнет.
Потом я вернулась в "ванную" и полностью разделась, сбросила все грязные вещи, с тоской подумав, что и их постирать тоже не помешает. Холодная струя била из стены. Настоящий душ. Кожа тут же покрылась мурашками, но я терпела и намочила волосы. По кафельному полу поплыли многочисленные песчинки. Надо было спросить у Алекса, может быть, они нашли хотя бы брусок простого мыла. И тут словно в ответ на мои мысли в дверь постучали. Я вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки, услышав родной голос за дверью.
– Я принес тебе мыло.
– Спасибо, - почему-то мой голос звучал как-то глухо.
За дверью было тихо, и я подумала, что Алекс ушел. Брезгливо посмотрев на грязные и уже намокшие вещи на полу, я не стала на себя ничего набрасывать и открыла дверь. Алекс стоял напротив.
Сердце дернулось и замерло. Я открыла рот и не произнесла не слова. Алекс тоже застыл безмолвной каменной статуей и ошарашенно пялился на меня. Я смогла сдвинуться с места и хлопнуть шаткой дверью только тогда, когда его взгляд опустился ниже.