Бум!

Пратчетт Терри

– Бесспоурно, это оудна из существующих теорий – сказал он с осторожностью, всегда возникающей у людей, которым довелось услышать как Мозговой Трест Колона-Ноббса спорит сам с собой. – К сожалению, заметки Методии Плута поудтверждают практически любую теорию, какую захоутите. Подозреваю, нынешней своуей популярностью картина оубязана тому, что книга возроудила старую историю о страшной тайне, спрятанной где-то в изоубражении битвы.

– О? – вскинулся Фред Колон – Что за тайна?

– Поунятия не имею. Ландшафт нарисоуван оучень тщательно. Моужет быть, тут скрыт

намек на секретную пещеру? Или что-то важноуе зашифроувано в позициях бойцов? Теоурий масса. Периодически здесь поуявлялись странные люди с рулетками и оучень решительными лицами, но я не думаю, что оуни нашли хоуть что-нибудь.

– Может, кто-то из них и картину стибрил? – предположил Нобби.

– Соумневаюсь. Обычно это были доувольно необщительные люди, коуторые приносили с соубой сэндвичи и фляжку, чтобы оставаться здесь целый день. Такие люди любят анаграммы и секретные знаки, у них масса всяких теоурий, а также прыщей. В оубщем, впоулне безоубидные для всех, исключая друг друга. Кроуме того, зачем им красть поулотно? Мы всегда поущряли интерес к картине. Не моугу даже представить челоувека, коуторый захоутел бы взять картину доумой. Она великоувата для того чтобы держать ее поуд кроуватью. Вы знаете, Плут написал, что иноугда слышал крики по ноучам. Шум битвы, надо поулагать. Оучень грустная истоурия.

– Да уж, это не та картина, которую хотелось бы повесить над камином – заметил Фред Колон.

– Именно, сержант. Даже если у вас камин пятнадцать метроув шириной.

– Спасибо за помощь, сэр. Хотя, еще вопрос. Сколько входов в этом здании?

– Три – охотно ответил сэр Рейнольд – но два из них всегда заперты.

– Но если тролль…

– Или гномы! – вставил Нобби.

– Или, как заметил мой младший коллега, гномы, попытаются вынести полотно…

– Горгульи – с гордостью сказал сэр Рейнольд – Две поустоянно наблюдают за главным вхоудом с проутивоположного здания, и по оудной следят за другими дверьми. И разумеется, весь день здесь присутствует персоунал.

– Возможно, мой вопрос покажется глупым, сэр, но вы внимательно осмотрели здание?

– Моуи соутрудники занимались этим все утро, сержант. Сверток доулжен быть оучень велик и тяжел. Здесь мноуго укромных уголкоув, но такой сверток не спрятать.

Колон отдал честь.

– Спасибо, сэр. Мы тут осмотримся немного, если не возражаете?

– Да, вазы поищем – добавил Нобби Ноббс.

Ваймс опустился в кресло и взглянул на "проклятого вампира". Выглядела она лет на шестнадцать и было трудно поверить, что она гораздо старше, чем Ваймс. Она была коротко стрижена, чего Ваймс рньше не встречал среди вампиров, и выглядела если не как мальчишка, то как девчонка, которая не слишком беспокоится о том, что похожа на парня.

– Извини за мои слова – сказал он – неделька выдалась трудная, и с каждым часом становится все хуже.

– Не надо бояться – сказала Салли – если это поможет, то мне все происходящее по душе не больше чем вам.

– Я не боюсь. – резко ответил Ваймс.

– Извините, мистер Ваймс. – Вы пахнете

так, как будто испуганы. Не сильно. – добавила Салли – Но немного есть. И ваше сердце бьется быстрее, чем обычно. Мне жаль, если я вас обидела. Я просто хочу, чтобы вы успокоились.

Ваймс откинулся в кресле.

– Не надо меня успокаивать, мисс фон Хампединг – сказал он – я начинаю нервничать, когда люди так себя ведут. И запах мой не надо комментировать, благодарю вас. О, и еще: для вас я "коммандер Ваймс" или "сэр", понятно?

– А я предпочитаю, чтобы меня звали Салли – сказала вампир.

Они смотрели друг на друга, понимая, что беседа идет не очень-то гладко и не зная, как поправить дело.

– Итак, Салли, ты хочешь стать стражником? – сказал Ваймс.

– Полицейским? Да.

– В семье полицейские были? – спросил Ваймс. Стандартный первый вопрос. Если кандидат унаследовал какое-то представление о стражнической работе, это всегда облегчало дело.

– Нет, только в горло вцеплялись – ответила Салли.

Повисла очередная пауза.

Ваймс вздохнул.

– Послушай, я хочу понять кое-что – сказал он. – Это Джон Вообще-Не-Вампир Смит и Дорин Мигалкинс подговорили тебя на это?

– Нет! – воскликнула Салли – это я попросила их. И если вам это поможет, я не думала, что вокруг моего решения поднимется такая суета.

Ваймс выглядел удивленным.

– Но ты подала заявку.

– Да, но я не думала что это вызовет такой интерес!

– Тут я не виноват. Это все ваша Лига Трезвости.

– В самом деле? В газетах писали, что это ваш лорд Ветинари рассуждал о прекрасной традиции Стражи не дискриминировать различные виды разумных существ.

– Ха! – хмыкнул Ваймс – Это правда. Стражник есть стражник, пока это зависит от меня, но прекрасные традиции Стражи, мисс фон Хампединг, состоят в основном в том, чтобы прятаться где-нибудь от дождя, выпрашивать бесплатное пиво с черного хода в пабах и всегда иметь при себе два блокнота!

– То-есть, вы не хотите, чтобы я поступила на службу?
– уточнила Салли – Я думала, вам нужны все новобранцы, которых вы сможете заполучить. Послушайте, я сельне любого вашего сотрудника за исключением троллей, я хорошо соображаю, не боюсь тяжелой работы и у меня отличное ночное зрение. Я вам пригожусь. Я хочу быть полезной!

– Ты можешь превращаться в летучую мышь?

Она выглядела шокированной.

– Что? Что это за вопрос?

– Возможно, наименее коварный из всех. – сказал Ваймс. – Кроме того, это может быть полезно. Так ты можешь или нет?

– Нет.

– Ну что ж, забудем об этом…

– Я могу превращаться в целую стаю летучих мышей. – сказала Салли – В одну превращаться трудно, потому что приходится иметь дело с изменением массы тела и с этим трудно справиться, если Превращаешься на время. От таких упражнений у меня болит голова.

– Где ты работала в последнее время?

– Нигде. Я была музыкантом.

Ваймс просиял.

– В самом деле? Некоторые парни подумывают организовать оркестр Стражи.

– Виолончель им пригодится?