Бумеранг
Шрифт:
Вахрам прикидывал, где лучше казнить неверного, и какой способ для этого избрать.
Иго боролся с вновь обострившимися сомнениями в отношении истинности убийцы. Не верилось ему, что этот человек убийца. Но ничего поделать он уже не мог. Вахрам полон решимости расквитаться с этим парнем за смерть брата - на лице это у него написано. "Да чёрт со всем этим, - наконец решил он.
– Главное, своя шкура целая".
– Ты гавариш, что нэ убивал?
– сорвал паузу Вахрам.
– Нет, - без тени сомнения ответил Стас.
–
– Вахрам включил запись на диктофоне.
– Да! Это я, Стас Громов вальнул этого грузишку. А то наплодились здесь, понимаешь! Думают, что они здесь хозяева!
– гулким эхом отразился от стен его собственный голос.
В том, что эта запись качественно смонтирована не было никакого сомнения. Но как доказать это горячим кавказским парням? Они и слушать не станут. Им хватит и того, что у них имеется. Вот только откуда эта липа? Кто её автор? Тень подозреваемого в глубинах мозга Громова пока ещё не хотела принадлежать кому-то конкретно.
– Ну, и что ты на это скажэш?
– приподнял за подбородок свесившуюся на грудь голову пленника Вахрам.
– Я не виновен, - сказал всё, что мог сказать Громов.
В следующую секунду ужасающей силы удар в лицо опрокинул его на спину. Даже джигит не смог его удержать.
– Шакал паршывый! Позорная сабака!
– обрабатывая скорчившееся от боли на полу тело Стаса ногами,- плевался Вахрам.
Он забил бы его до смерти, если бы вовремя не опомнился. Не здесь, и не так.
– Грузы эго в машину, - приказал он джигиту, который некоторое время назад служил для тела Стаса подпоркой.
Мужик подхватил Стаса под мышки и поволок во двор, где поджидал японский минивэн, возле которого крутились ещё двое лиц кавказской национальности. Они помогли своему соплеменнику погрузить пленника в салон. Потом один сел за руль, а эти двое расположились в креслах по обе стороны от лежащего на полу в проходе Громова. В их руках появилось оружие - скорострельные иракские "узи". Место рядом с водителем за стеклопластиковой перегородкой занял Вахрам. Усевшись поудобнее, примостил на коленях маленькую видеокамеру и кивнул водителю. Автобусик выехал за ворота фирмы "Арго-транс".
На каждом повороте, дорожной выбоине Стас перекатывался с одной стороны на другую и каждый раз получал увесистый пинок то в грудь, то в спину. Однажды ему удалось- таки перехватить носок ботинка одного кавказца. Тот просто озверел.
– А ну, сабака паршивый! Я тэбэ сэйчас!
– На, пристегни эго.
– Другой передал напарнику милицейские наручники.
Стальные кольца больно впились в запястья. Боль не мешала Стасу думать. Вот только варианты спасения никак не приходили на ум, а драгоценное время ускальзывало вместе с выброшенными из-под колёс километрами пути.
Конвоиры на некоторое время отвлеклись от пленника.
– Гдэ едем?
– Сидящий справа от Громова отодвинул шторку на окне и позыркал по
– А хрэн его знаэт.
– Левый высунулся в проход и обернулся к заднему стеклу.
Шествующий в метрах двадцати "Форд" не вызвал у него ни малейшего подозрения. Мало ли машин едет по трассе в том же направлении, что и они.
Василий Стрельцов, как лицо в деле заинтересованное, конечно же, просто не мог не наблюдать за всем, что произойдёт между Громовым и кавказцами. Наблюдение вёл всё тот же послушный Чен, который уже вклинился в план босса, и ещё один бык, из чьей машины велось наблюдение за объектом возле автобусной остановке у агентства "Миледи".
Неожиданно в голове Стаса родилась идея, не самая лучшая и беспроигрышная, но иных не было.
– Ребятки-и-и.
– жалобно заскулил он.
– Чэго тэбэ?
– отозвался тот, что справа.
– Мужики, в туалет сильно хочется. И по- маленькому, и по-большому не мешало бы.
– Пшол к псам!
– был ответ на просьбу.
– Ну, что вы, как нелюди, - канючил Стас.
– Описаюсь же. Да чего доброго в штаны наложу.
Для пущей убедительности Стас пустил порцию горячей жидкости по штанине и довольно громко испортил воздух.
– Фу-у!
– сморщил нос левый конвоир.
Правый склонился над пленником и удивлённо объявил:
– Да он в бруки писает! И, вроде, накакал даже!
– Сволочь!
– прокомментировал поведение Стаса левый и постучал в окошечко между кабиной и салоном.
Стеклопластик плавно отъехал в сторону.
– Он тут в штаны гадит, - как первоклашка учительнице пожаловался старшему левый конвоир.
Вахрам коротко выругался на своём родном диалекте, потом приказал на русском:
– Вывэди, Этого ешо нэ хватало.
Свернув на обочину, минивэн остановился. "Форд" преспокойно совершил объезд и скрылся за поворотом. Недовольно бурча себе под нос, один из конвоиров выбрался через боковую дверь наружу, и через несколько секунд его физиономия засвидетельствовала своё почтение в проёме распахнутой задней двери.
– Выходи, маму твою!
Елозя задницей по полу и помогая себе лопатками, Стас вывалился наружу и сумел подняться на ноги.
– Делай сваи дэла, только бэз шуток!
– Ствол "узи" нацелился на грудь пленника.
– Да какие шутки? Сейчас обделаюсь.
Снять брюки со скованными за спиной руками было довольно проблематично.
– Ты бы на минуту браслетики снял, а, - с мольбой в голосе попросил Стас. Не могу я так, сам видишь.
– Эх ты, чэго захатэл, - фыркнул конвоир.
– Дэлай так.
– Не получиться, - констатировал Громов.
– Тогда у меня есть другое предложение. Сними с меня штаны, а когда я все дела закончу, подотрёшь мой зад. Идёт?
– Ах, ты, мраз!
– не вытерпев такой дерзости, боевик зарядил Стасу автоматом в поддых.