Бумеранг
Шрифт:
Грубоватый, но верный до самого конца Дрой с заляпанной каким-то дерьмом веснушчатой физиономией.
Слегка высокомерный прагматик Гост, умеющий следить за своей изысканной внешностью даже у черта на рогах.
Тихий зануда Зеленый, при виде которого мне почему-то всегда хотелось забраться в кресло-качалку и закурить дорогую сигару.
Те, кто уже должен был умереть.
— Расскажите о своем последнем воспоминании, — попросил я. — Что было, прежде чем мы все вдруг оказались тут?
— На меня эта сволочь
— А вы, — обратился я к Госту и Зеленому. — Какое впечатление у вас последнее?
— Меня что-то сильно стукнуло по голове, и я, кажется, потерял сознание. Хотя от такого удара и концы недолго отдать. Пришел в себя уже здесь. Вот.
— Гост?
— Когда вы с Дроем ушли, я сделал себе перевязку, но полностью кровотечение остановить так и не удалось. Около часа все было тихо, а затем из лифтовой шахты выполз кровосос. Он даже не таился, не пользовался стелс-режимом. Чуял, наверное, что я ослаб.
— Подожди-ка, — перебил Зеленый, — а я все это время в отключке провалялся?
Гост как-то странно посмотрел на него.
— У тебя вообще пульс не прощупывался. Мне не оставалось ничего иного, кроме как обложить твое бледное тело восстанавливающими артефактами и ждать. Нести уже не мог: крови много потерял.
— Постой, — остановил его я. — Покажи-ка свою рану.
Гост осторожно оттянул горловину комбеза и дал мне взглянуть.
— Она не кровоточит.
— Вот и я дивлюсь, родной. — Он снова посмотрел на меня настороженно. — Не срастается как-то все это.
— Ладно, что там с кровососом в конечном итоге стало?
— Я отстреливался несколько минут, старался не подпустить близко. Потратил на него целый магазин. А эта тварь словно бы играла: то подальше отпрыгнет, то подкрадется практически вплотную. Когда гад понял, что мне пришла пора перезаряжаться, метнулся ко мне, растопырив свои поганые щупальца, но я сорвал чеку с гранаты. И тут… — Гост умолк. Растерянно покрутил в воздухе пальцем, подыскивая слова. Пожал плечами: — Дальше — не помню.
Трое сталкеров снова уставились на меня в ожидании.
— Хватит пялиться, как пастухи на доярку.
— А ты не тяни, рассказывай, — посоветовал Дрой. — Сдается мне, что нам придется еще разок через подземелья за цацкой метнуться.
— Не придется, — возразил я, сам еще не до конца понимая, откуда взялась такая уверенность.
— Почему?
Ну что, птичка-интуиция, твой черед…
Я снял перчатку и запустил руку в контейнер, чувствуя холод отделанных хрусталем внутренностей. Нащупал предмет знакомой формы и осторожно извлек его.
— Вот поэтому.
Другой бы на моем месте и умом мог повредиться, глядя
Но заветный артефакт как ни в чем не бывало блестел в свете налобников, лежа на моей ладони. От него веяло прохладой и усмиренной мощью.
И рассудок мой, как ни странно, против этого ничего не имел.
— Как? — выдохнул Дрой, невольно подаваясь вперед. Я убрал цацку обратно и закрыл контейнер.
— На промежуточной площадке радиовышки я подобрал «бумеранг». Хотя — могу поставить весь свой годовой хабар! — когда я туда влез, его не было. Прошла пространственная волна. Помнишь, мы такую видели перед появлением знака?
Дрой молча кивнул. Зеленый и Гост внимательно на меня смотрели и ловили каждое слово. Правильно, им-то вообще не было известно, что произошло на пустоши среди развалин западного Янтаря.
Я не стал тянуть резину и коротко изложил всю историю до того момента, как увидел взрыв, и время будто бы начало замедляться. На рассказ ушло не больше минуты, ибо мерзкие подробности о заработавшем «нейротрясе» и красотах Зоны, открывающихся с высоты птичьего полета, я свел к минимуму.
— Ты увидел вспышку, и что дальше? Что это была за вспышка? — все еще не догоняя, переспросил Дрой.
— Видишь ли, в чем дело… — Я запнулся. Перед глазами замерла картина с летящим навстречу шлемом Дроя, перекрученным в железное месиво с органическими вкраплениями мозгового фарша. — Зомбаки рванули динамит.
— Не понял, — тупо сказал Дрой.
И тут какая-то пружина во мне не выдержала и со звоном лопнула.
— Тебя разорвало на мелкие куски, рыжий кретин! — взорвался я, заставив Зеленого отшатнуться, а Госта деликатно прикрыть уши. — Вкурил? Был взрыв, понимаешь! Был! Эти безмозглые уроды нажали на кнопку, и пуд взрывчатки сдетонировал! Полвышки в какаху разнесло! Вместе с тобой, зданием, фундаментом, зомбаками и близлежащими микробами! В какаху! В какашечку!
Я наконец заткнулся, и подземная тишина заколотила по ушам в такт биению сердца — почище только что извергнутых децибелов.
Дрой еще добрую минуту смотрел на меня немигающим взглядом. В свете фонарика его перепачканная физиономия с темными кругами под глазами казалась похожей на восковую фигуру, умело загримированную для музейной экспозиции, — настолько она была неподвижной в те долгие мгновения.
— Прости, брат, — обронил я, вставая. На душе было мерзко, тело болело, мысли рассыпались в мелкое крошево. — Гост, свяжись с полковником, у меня ПДА выгорел начисто.
— Связаться? — механически уточнил сталкер.