Бунтарка
Шрифт:
– Я вовсе не говорила, что доверяю им…
Менантро взглянул ей в глаза и отрезал:
– Элиана, это сплетни! – И уже гораздо мягче продолжил: – Дела у нашей корпорации идут хорошо, и я сейчас представлю вам доказательство.
Следуя заранее составленному сценарию, Менантро сел на диване. Он наклонился к низкому столику, на котором лежала американская экономическая газета. Как завсегдатай телеинтервью, он продемонстрировал камере одну из страниц со своим небольшим портретом.
– Это утверждают американцы. Они верят в «Rimbaud Project». A вот
ПГД протянул газету Элиане, которая проглядела статью, и, похоже, та убедила ее. Она вновь обратилась к президенту своей корпорации, позволив себе изобразить хорошее настроение:
– Я же говорила вам, что не буду церемониться с вами.
– И я, Элиана, благодарен вам за это, вы задаете хорошие вопросы, в чем я вижу доказательство вашей независимости.
После этой преамбулы интервью вошло в углубленную стадию. В течение десяти минут Элиана расспрашивала Менантро об Интернете; он говорил об увеличении количества знаний, о свободе, о демократии. Журналистка незаметно старалась вывести его на другую территорию, чтобы сдержать обещание, данное членам Хакинг-клуба. С нескрываемой симпатией она задала вопрос о пиратах, которые борются с коммерциализацией Web. Марк соблаговолил ответить вполне благожелательно:
– Я тоже против капитализма! Против определенного типа капитализма. Некоторые считают, что нужно преследовать в судебном порядке молодых, которые незаконно проникают на наши серверы. Я так не думаю.
– А были бы вы готовы сотрудничать с ними на каких-то договорных началах?
– Я готов встретиться с ними хоть завтра.
Лицо Элианы прояснилось. В аппаратной Ольга сидела с удрученным видом. Она повернулась к человеку, который сказал ей:
– Этого нельзя допустить!
Сиприан, пребывающий в некотором сомнении, предпочел примирить всех. Он пробормотал:
– Все это, конечно, крайне наивно, но… благородно. Людям это понравится.
– Пожалуйста, тише, – попросил режиссер.
Теперь Менантро излагал свою главную теорию: пока одни филиалы ВСЕКАКО расширяют кабельные сети, подлинные автотрассы для информации, другие создают то самое содержимое, что будет циркулировать по этим скоростным дорогам. Они придумывают игры, творят музыку, снимают кино. Благодаря «Rimbaud Project» ВСЕКАКО даст приют творческому духу и преобразит его в поток знаний, предложив сказочный «мультимедийный пакет» для всей семьи по цене пятьдесят евро в месяц.
Элиана вновь надела маску взыскательной ведущей:
– Пятьдесят евро в месяц – это по абонементу, да?
Взгляд у Марка был усталый, как у дуэлянта, готового сдаться.
– В беседе с вами, Элиана, нет права на ошибку. Да, это будет стоить пятьдесят евро, и ни цента больше! Я сам подписал такой договор.
– Понятно.
А телезрителям стало понятно, что контракт с Элианой, когда кончится передача, не будет расторгнут. Она продолжила чуть более спокойным голосом:
– А сейчас, если вы не против,
Марк Менантро, вновь улегшийся на диван, смотрел куда-то в пространство. Впечатление было, будто он увидел порхающую бабочку и восхищенно следит за ее полетом. При этом он говорил:
– Я иногда задумываюсь, а не замкнулись ли мы в устаревшем убеждении, что любое производство связано с определенным количеством отходов. И что загрязнение среды – это та цена, которую мы вынуждены платить за горячую воду, за автомобили, за работающие компьютеры… Так вот, Элиана, я предлагаю вам подойти к этой проблеме по-другому…
И он стал объяснять, как объясняет отец ребенку:
– Представьте себе водяное колесо, крылья ветряной мельницы. Представьте, что благодаря научному прогрессу эти старинные устройства оказались способны производить колоссальную энергию. Не значит ли это, что однажды благодаря им мы раз и навсегда избавимся от вредоносного воздействия атомных станций?
В аппаратной Ольга ахнула: сегодня, как никогда, выживание ВСЕКАКО зависит от ядерной энергетики.
А Элиана не отступала:
– Тем не менее ВСЕКАКО продолжает в широком масштабе производить оборудование для ядерной энергетики, а вот, к примеру, в области ветроэлектростанций вы делаете не так уж много.
ПГД выглядел несколько растерянно. Он спросил обиженным голосом:
– Что вы можете об этом знать?
Элиана озадаченно смотрела на него. А он продолжал:
– Я всецело верю в ветроэлектростанций. И думаю о них каждый день. Кстати, у меня большие планы в этой области, но полностью раскрыть их я не могу. В стратегии нашей корпорации существуют кое-какие секреты.
Сиприан испытывал блаженство. Он повернулся к Ольге, которая процедила:
– Само собой, сказать ему нечего. Ветроэлектростанций – это пыль в глаза. Без дотаций они мгновенно потерпят крах.
Барон сглотнул слюну. В тот же самый момент, когда Менантро во всеуслышание высказался за его детище, на его пути к большим деньгам возникло новое препятствие: заместительница ПГД не верит в альтернативные источники энергии. Следовало вести тонкую игру, оставаться уклончивым.
– Конечно, ловушек для простаков в наше время полным-полно. Однако ветроэлектростанций – это не так уж плохо.
И Сиприан, чтобы сменить тему, указал на экран, заверяя Ольгу в своей солидарности:
– Крепитесь, скоро конец.
Элиана и Марк подошли к той точке передачи, когда интервью завершается серией коротких вопросов. В этом эпизоде Менантро улегся на спину. Казалось, он не выдает заранее подготовленные ответы, а на ходу придумывает их:
– Олицетворение прекрасного?
– Улыбка моей дочурки. Ей только что исполнилось три с половиной года.
– Неприемлемая идея?
– Эксплуатация женщин во все времена и повсюду.
– Самая большая ваша мечта?
– Мир без границ, в котором люди общаются без всяких препятствий.