Бунтарка
Шрифт:
– Благослови вас Господь, мисс, – прошептала она, опустившись на колени. – Видит Бог, мне не хватает слов, чтобы отблагодарить вас.
Джейн подняла молодую женщину с колен и, подведя к двум стульям у окна, усадила рядом с собой.
– Ты заслуживаешь гораздо большего, Кэтлин, после всего пережитого. – Она перевела взгляд на Боуви, бледного и слабого. А радоваться было чему. Лихорадка отпустила его, и он сейчас смотрел на своих брата и сестру, игравших на полу возле его кровати. – Надеюсь, теперь дела пойдут на поправку.
– Это правда. – По щекам матери снова покатились слезы. – Это будет величайшим счастьем иметь крышу над головой. А со всеми теми вещами, что вы привезли нам, мы будем жить еще лучше, чем в ту пору, когда Симус был с нами.
– Я сожалею, Кэтлин. Знаю, что ему нет замены. Но поскольку вы бежали со своих насиженных мест, я подумала, что, возможно, все это вам пригодится.
Кэтлин кивнула и вытерла слезы.
– У тебя доброе сердце, Эган, – произнесла она тихо. – И храброе.
Джейн сжала ее пальцы.
– Еще задолго до того, как я тебя встретила, я слышала все эти легенды об Эгане. Огонек, как называли тебя старшие. – Она улыбнулась сквозь слезы. – Эган может летать над горами, рассказывали они. Эган может пройти сквозь огонь, может исчезнуть средь бела дня. Но Эган всегда вовремя приходит на помощь, когда мать кричит в ночи. – Она слегка покраснела. – По правде говоря, я никогда не верила в эти легенды. Просто нам, ирландцам, нужны сказки, чтобы терпеть горести повседневной жизни.
– Но это и вправду сказки. Ты правильно поступала, что не верила в них. – Джейн ласково похлопала Кэтлин по руке. Ладони у нее были жесткие и мозолистые, с глубоко въевшейся грязью. Святой Петр без труда узнает в ней труженицу, когда она предстанет перед воротами в рай. – Кэтлин, местный люд превозносит меня больше, чем я заслуживаю. Я всего лишь простая женщина и ничем не отличаюсь от тебя.
Вдова покачала головой.
– Но это правда. Ты не такая, как остальные. И, зная теперь, кто ты на самом деле, зная, что жертвуешь собой ради нас, бедных людей, я верю в тебя больше, чем во все эти легенды и истории об ангелах и святых. Вы наша радость, Эган. Наш ангел, ниспосланный Господом, чтобы оберегать нас.
Джейн с трудом сдерживала слезы.
– Нет, Кэтлин, я не ангел, ниспосланный Господом. Я самая обыкновенная женщина.
Кэтлин снова сжала руку Джейн в своей.
– Это страна верующих, Эган. И какой бы недостойной вы себя ни считали, я верю в вас, Эган. Мы все верим в вас.
Джейн молила Бога, чтобы дал ей силы оправдать надежды этих людей.
– Дело не в том, что ты сделаешь для нас в будущем, а в том, что уже сделала, – продолжила Кэтлин. – И мы тоже должны беречь тебя. – Она понизила голос: – Магистрат и его драгуны охотятся за вами. Расспрашивают нас, как вы выглядите. Женщина вы или мужчина. Но от нас они ничего не узнают. Им не удастся поймать
– Не удастся, – подтвердила Джейн не совсем уверенным тоном.
– Берегите себя, мисс. Если они схватят вас, нас некому будет защитить. – Кэтлин прижала ладонь Джейн к своему сердцу.
– Меня не так просто схватить.
– Уж лучше пусть Эган исчезнет непобежденной, чем видеть ее болтающейся на виселице в Корк-Сити. – Глаза Кэтлин светились верой. – Память помогает нам быть сильными, но отдать ее этим палачам – все равно что позволить перебить нам хребет.
Хотя Николас исходил деревню Балликлоу вдоль и поперек, он ничего не замечал. Очнулся он на низкой каменной изгороди, окружавшей погост на холме. Его взгляд был устремлен на раскинувшуюся внизу деревню. Впереди он увидел небольшой разрушенный замок и стоявшую рядом с ним часовню. Заброшенные деревянные чаны и рамы в разном состоянии негодности указывали, что деревня когда-то процветала благодаря дубильному ремеслу.
Все меняется, подумал он и снял с ноги прицепившийся пучок травы.
Зеленое растеньице с тремя лепестками, очень похожее на маленький клевер, тесно сплелось с травой. При виде этих запутанных корней Николас подумал о том, можно ли разделить два сросшихся растения, выживут ли они по отдельности. Он усомнился в этом.
Николас уже признался себе в том, что любит Джейн. Джейн тоже любила его.
Но на их пути лежало множество препятствий.
Она являлась одним из лидеров движения «Белых мстителей».
Николаса нисколько не волновала ее испорченная репутация, в то время как для нее это, очевидно, имело огромное значение, и должно было неизбежно повлиять на будущее решение, которое она примет относительно их обоих.
Джейн также тревожила судьба Клары.
К тому же, как Джейн ни старалась притворяться безразличной, она была глубоко уязвлена родительским отторжением.
Кроме того, если бы Николас задался целью, то нашел бы и другие проблемы. Попытка Джейн сбежать от него сегодня утром, их молчание по дороге в Балликлоу – все это свидетельствовало об испытываемых ею трудностях. Но Николаса не так-то легко было отпугнуть. Он любил ее и собирался преодолеть все сложности.
Но для этого требовалась ее помощь.
Воткнув пучок зелени обратно в землю, он встал и пошел назад в деревню, к дому приходского священника.
Молодой слуга проводил Николаса в гостиную. Пока он снимал перчатки и шляпу, в дверном проеме появился Генри Адамс.
Ах да! Еще существовала проблема в лице доброго священника.
– Хорошо прогулялись, сэр Николас?
– Хорошо, спасибо.
– Мисс Джейн еще не закончила свои визиты, – сказал священник, оставаясь в дверях. – Насколько я понимаю, вы приехали сюда в одной коляске. Если хотите вернуться в Вудфилд-Хаус, один из моих грумов оседлает для вас лошадь.