Cap ou pas cap?
Шрифт:
— Эй, женщина. Может, тебе еще один марафон устроить, для поднятия самооценки?
— Что… нет! Занзас, я же сказала… нет!
— Лошадка, ты мне, помнится, еще со школы желание должен. Сейчас ты встаешь перед ней на колени и говоришь, как ты ее любишь.
— Чего?
Пока Сквало хрюкал в свой каппуччино, Занзас вытащил один из пистолетов и взвел курок.
— Окей, понял, не дурак. Цуна, пахлава моего сердца!
— Идиоты…
Цуна могла ругаться сколько угодно, но ситуация начинала ей нравиться. Она на секунду даже ощутила себя настоящим шейхом
Но Занзаса все равно следовало поставить на место, поэтому, когда Дино все-таки увел Сквало для полноценного делового разговора, Цуна хитро сощурилась и сказала:
— Спорим на сто евро, что ты не сможешь в течение всего собрания говорить вежливо?
Споры и вызовы грозили стать доброй традицией. Занзас усмехнулся и подумал, что в следующий раз надо будет поспорить с Савадой на… стриптиз, например.
— Я предлагаю другой вариант. Если я не сдержусь, то отдам тебе сто евро. Но, если я буду паинькой первые два часа, то ты на полном серьезе предложишь этим старикашкам…
Закуро ди Маре Занзасу сразу не понравился. Особенно тем, что Савада смотрела на него, как на хорошую машину в автосалоне: купить, или нет? Сразу захотелось притянуть ее к себе и зацеловать так, чтобы она и думать больше не могла о других мужиках. И, разумеется, чтобы все уяснили, кому эта женщина принадлежит.
А Цуне… Цуне просто было интересно. Дон ди Маре не выглядел психически неуравновешенным: он вообще вел себя довольно спокойно, почти безразлично. Ярко-медные волосы, скучающее выражение лица, щетина и небрежно припущенный галстук выделяли его среди аккуратных почтенных старцев и одетых с иголочки Боссов помоложе, словно луч прожектора.
Источники, судя по всему, не врали насчет пламени Ярости: на правой руке Закуро красовалось сразу два аккуратных перстня из одного и того же комплекта: небо и ураган. Предложений и комментариев с его стороны пока что не поступало, но это явно было временно.
Подумать о грядущих неприятностях Цуна решила попозже, а пока можно было насладиться перепуганными лицами боссов, с которыми при случае заговаривал безукоризненно вежливый Занзас.
Ну, почти безукоризненно.
— Уважаемый Дон Бальсамо, — спокойно-ироничным тоном, в манере общения героев Кристофа Вальца из фильмов Тарантино говорил он, складывая пальцы домиком, — вы не против, если я выскажусь по этому вопросу?
Дону Бальсамо стало страшно: краска отхлынула от лица так быстро, словно кто-то нажал кнопочку «обесцветить» в фотошопе. Сквало хихикал за спиной у своего босса, Гокудера недоумевал, Цуна же — просто любовалась на дело рук своих.
— Атлантика поделена уже давно, и ради одного небольшого клана тесниться никто не будет — Вонгола уж точно. Мы понимаем суть ваших претензий, но терять прибыль только из-за того, что вам что-то… — Бальсамо нервно сглотнул: Занзас улыбался все ласковее и доброжелательнее, — не нравится, было бы неразумно. В связи с этим, я могу предложить вам следующее: не соизволите ли
Пока Сквало кусал губы и трясся от смеха, а Дон Бальсамо — от страха, Цуна неодобрительно покачала головой.
— Занзас, это ты называешь «вежливо»?
— Но я же спросил «не соизволите ли вы».
Два часа медленно подходили к концу, Занзас пугал боссов все больше, хотя и высказывался он не так уж и часто. Просто улыбочка у него была слишком уж многообещающая.
Два часа и ни одного мата. Даже маленькой угрозы. Цуна вздохнула: налицо явный проигрыш. Значит, ей придется выполнять сумасшедший вызов Занзаса.
Она медленно выдохнула, словно приходя в себя перед прыжком в ледяную воду, и хорошо поставленным, крайне серьезным голосом сказала:
— Господа… я предлагаю убить президента Соединенных Штатов.
========== В стиле “Игры Престолов” ==========
Кажется, меня слегка отпустил Куробас, простигоспади. Сорри за продолжительный хиатус, кукусики. :3
Эттеншн: мелодраматизм, Санта-Барбара, юмора нидодал.
Энрико, Массимо и Федерико - канонные (покойные) сыновья Тимотео. Сестра Мария-Клементина и Бизус - ожп.
Флэшбэк в счастливое детство Занзаса, милота, упоминается спаивание малолетнего Дино и раскрыта страшная тайна: почему Гокудера думал, что убив Цуну займет место Десятого.
Да, автор упоролся и просит прощения за это.
______________
Утро у Занзаса выдалось поганое. После почти дружеских посиделок в компании Каваллоне в Мафия-ленде в голову так и лезли дурацкие воспоминания из детства.
Воспоминания были даже не дурацкие… счастливые. Эту часть своей жизни Занзас мог бы вспоминать с удовольствием, если бы не Бизус. И теперь — полночи проворочался, потому что стоило ему заснуть, как он видел красное на белом и удивленное лицо сестрицы.
Занзасу очень хотелось кого-нибудь убить.
Офицеры, только увидев выражение его лица, шарахались в стороны и на дороге старались больше не попадаться. Обнаружившийся в столовой Бельфегор даже хихикать перестал.
— Босс сегодня не в духе?
— Как ты догадался? — Занзас поморщился и гаркнул в коммуникатор: — Кофе! И машину к воротам через полчаса.
— Куда это вы с утра пораньше…
— В церковь.
Бельфегор от удивления подавился печенюшкой.
Мать настоятельница Мария-Клементина не шелохнулась и даже глаз не открыла, когда некто опустился на колени перед распятием рядом с ней.
— Это женский монастырь.
— Я и не в монахини записываться пришел, — мрачно ответил Занзас.
Рядом с таким уровнем гиперинтуиции даже Савада могла пойти и отсосать, а уж про его «маленькое, скромное предвидение» и говорить нечего. Зависть горечью оседала на языке.
— И как тебя пустили? Пошел вон.
— Ты такая зануда, Селле.
Мария-Клементина, в миру — Селесте Вонгола, открыла глаза и скосила взгляд на приемного братца.
— В этот раз хоть оделся по-человечески. Пошли.