Целитель судеб

Алмазная Анна

Страх куда-то ушел... чтобы вернуться с бессонницей. Тревога не отпускала ни днем, ни ночью. А тень посланника смерти стала еще более ощутимой.

Сегодня еще одна бессонная ночь. Проклятая усталость, что тянет к земле. Полумрак спальни, шум дождя за окном. И потяжелевший, давивший на плечи воздух.

– Миранис, - позвал Лерин.
– Рэми вернулся.

Миранис вздрогнул и сжал руку в кулак.

– Еще скажи, что ты не рад?
– встревожено спросил Кадм.
– Мир, не понимаю тебя!

Ты сам себя понимаешь? Не тревожь больше мальчишку, он и так многое пережил. Смирись, наконец, с тем, что он твой телохранитель. Миранис!

– Молчи, - усмехнулся принц.
– Ты много не знаешь.

– Ну так расскажи!

А зачем? Миранис заглянул в карие глаза телохранителя. Ты уйдешь? Как же! Если Рэми узнает - он уйдет? Да ни за что! И никто из них даже не подумает, что умирать Миру не тяжело. Нет... гораздо тяжелее тащить за грань эту четверку.

Не вмешиваться? Мир засмеялся... не пытаться спасти Рэми? Радон еще его не знает... Принц подчинится. Он не будет вмешиваться в отношения Рэми и его дяди. Зачем? Он сделает кое-что другое...

– Мне кажется, или ты вновь задумал что-то глупое, - выдавил Кадм.

Нет, Миранис всего лишь хочет попытаться спасти... хотя бы одного.

– Кадм, - прошептал он.
– Ты сегодня слишком навязчив, не находишь?

Телохранитель вздрогнул.

– А я не маленький ребенок и знаю, что делаю.

Кадм сжал губы, но промолчал.

Рэми вернулся в замок, когда уже начинало светать. Бесшумно вошел в свою спальню, кинул на скамью мокрый от росы плащ и, стараясь не разбудить спящего в кресле Эллиса, не раздеваясь лег на кровать.

Уснуть удалось далеко не сразу. Некоторое время он висел между сном и явью, и в хаотических видениях мешались голоса хранительницы, вождя, шум бури и шелест дождя за окном.

Проснулся он уставшим и разбитым. Но сонная одурь сразу же прошла, когда открыв глаза он увидел сидящего у его кровати принца.

Ярко светило в окно солнце, заливая небольшую спальню желтоватым сиянием. Принц, закрыв глаза, развалился в кресле, закинув одну ногу над другую и подкидывал на ладони сочный персик. Верх, вниз. Опять вверх, чуть выше. И снова вниз, в утопающую в кружевах ладонь наследника. Вверх, и сверкнул луч солнца, отразившись от кольца на среднем пальце. Вниз.

Мир поднес персик к губам и надкусил его, разорвав зубами тонкую, желтоватую кожицу. По подбородку его потекла струйка сока. Принц промокнул губы и подбородок белоснежным платком и, все так же не открывая глаз, сказал:

– Рад, что ты цел и невредим. Рад, что ты все же ко мне вернулся.

– Я обещал, - ответил Рэми, садясь на кровати.

Мир откусил от персика еще кусок, слизнув сок с губы.

– Мне не нужны твои обещания. Хочешь остаться с вождем - я уже говорил, воля твоя, - Миранис вдруг открыл глаза и бросил недоеденный персик в вазу.
– Позавтракаем? Впрочем, нет, уже - пообедаем, вдвоем.

Позднее Рэми наскоро одетый и слегка умытый, сидел за небольшим столиком у открытого настежь окна напротив принца. На улице вновь зашуршал теплый, весенний ливень. Рэми разломил свежий, ароматный хлеб, намазав его маслом, и только теперь понял, что принц вовсе не спешит приступать к трапезе, а лишь задумчиво играет с салфеткой, искоса поглядывая на Рэми.

– Расскажешь мне о встрече с вождем?

– Рассказать что?
– рука с хлебом на мгновение замерла у губ и тотчас вновь продолжила движение.
– Вождь теперь знает о моем решении. Я не останусь в Виссавии.

– А о том, кто ты - знает?
– тем же ровным тоном спросил Мир.

– Нет, - ответил Рэми, чувствуя неладное.

– И все так же думает, что все это всего лишь случайность?

– Да.

– И тебя не удивляет?
– неожиданно спросил принц, отпивая немного вина из чаши.
– Почему твой дядя столь слеп? Или ты вообразил, что вождь всегда был слеп? Он да, может, но его советники-то нет. Хоть кто-то, а догадался?

– Кто-то и догадался. Элан, например.

– Ну да, - криво усмехнулся принц, - этот никогда дураком не был. А что думаешь ты?

– Я ничего не думаю, - ответил Рэми, откусывая кусок намазанного маслом хлеба и запивая его молоком.
– Я знаю. Хранительница знала, что вождь медленно сходит с ума... и ничего не могла с этим поделать. До тех пор пока вождь не хотел выздоравливать, никто ему помочь не мог. Поэтому Элизару позволили медленно опускаться в пропасть и когда моя мать решила исчезнуть...

– Богиня дала ей это сделать, - прервал его принц.
– Дальше.

– Моя мать оказалась слишком хитрой. Ты же знаешь, что дети-маги часто выдают себя мелочами... она боялась. Потому и начала меня опаивать зельями, чтобы я, как ребенок-рожанин, стал почти нормальным... Я ведь и не знал о своем даре до некоторого времени...

– Дальше.

– Твой дед, отец твоей матери, получил предсказание... что ты скоро умрешь. Чтобы хоть как-то тебе помочь, он тайно послал в Кассию оборотня Бранше. Ты же помнишь моего друга? Совершенно случайно Бранше оказался в моем доме. А оказавшись... позволил моей силе выйти наружу... И как только я начал ею пользоваться, Виссавия вновь нашла меня в Кассии... а потом я встретил тебя.

– И я в первый же вечер разглядел, что ты можешь стать моим телохранителем. Целителем судеб.

– Тем, кто бы мог помочь сумасшедшему вождю. Зная, что я ношу в себе силу целителя судеб, Виссавия разрешила мне стать твоим телохранителем.

– А теперь я ей не нужен... и ты можешь остаться здесь.

– Ошибаешься!
– оборвал его Рэми.
– Теперь я принадлежу не только Виссавии, но и Радону. А еще... дух целителя судеб оказался не столь и плох. Вчера я вновь его почувствовал... и... на этот раз не сошел с ума. Зато ощутил... их покровительство.