Целитель судеб

Алмазная Анна

– И мой брат, - ответил Рэн.
– Потому работать будем в паре.

Дериана перспектива работать с Рэном явно не нравилась, но выхода не было - пришлось согласиться. Против приказа советника вождя особо не попрешь. А Араму приспичило доверить поиск наследника именно Рэну... а так же дать хранителю смерти право самому выбрать себе помощника. Рэн и выбрал.

Проверять гостей надо было крайне деликатно, чтобы не спугнуть наследника. Подозреваемых становилось все меньше. Но все равно - слишком много.

Дериан,

по приказу Рэна, обратил более пристальное внимание на молодого мужчину с необычно светлыми для кассийца волосами. На этот раз выбор брата Дериану не понравился: кассиец явно был оборотнем. Только время на него терять. А времени совсем мало. Сил же на то, чтобы проверять дальше, у Дериана почти не осталось. Скоро хочешь не хочешь, а придется уйти в опочивальню, иначе целитель падет прямо в зале. А если Дериан уйдет, Рэн обязательно с кем-нибудь, да поцапается. Младший братишка просто жить не мог без неприятностей.

"Может, не стоит?" - осмелился-таки возразить Дериан Рэну, украдкой наблюдая за Арманом.

"Я сказал проверь..."

"Разве может лариец быть наследником?"

"А разве может им быть кассиец?" - резонно парировал Рэн.

– Может, хватит сопротивляться?
– Рэн появился неожиданно. Застыв в тени рядом с братом, он внимательно посмотрел на увлеченного разговором со спутницей Армана.
– Проверим и забудем.

– Почему сейчас забыть не можем?

– Потому что...
– Рэн наклонился к Дериану.
– У меня странное предчувствие.

Не то, что Дериан особо верил в предчувствия брата, но спорить ему надоело. Действительно, только силы тратить. Сейчас они проверят оборотня, убедятся, что это не наследник и спокойненько продолжат поиски дальше. Хотя с Рэном покоя не видать, как собственных ушей. Он сам по себе ходячее бедствие.

Дериан оценивающе окинув тонкую фигурку стоявшей рядом с Арманом девушки. Неплоха, чего не скажешь о большинстве их "красавиц" - широкоскулые, усыпанные драгоценностями, и пахнет от них... неприятно, неестественно. А это девушка иная - похожая на экзотический цветок. Нежная и ранимая. Хватило легкий порыва силы Дериана, коснувшийся ее кудрей, а она уже побледнела.

– Какой хорошенький мальчик!
– воскликнула рядом толстая дама и осеклась, когда Рэн поднял на нее невозмутимый взгляд. А взгляда Рэна даже вождь не всегда выдерживал, что там говорить о слабой кассийке.

– Простите, - мило улыбнулся Дериан побледневшей архане.

– Не пугай гостей, - прошипел он на ухо брату, оттаскивая Рэна от ошеломленной дамы.
– Иначе Арам тебе голову оторвет. И работать мне не мешай, если хочешь побыстрее вернуться к своим книгам.

Подействовало. Рэн прошептал:

– Живее давай, отвлекать больше не буду, - и опустил глаза в пол.

Дериан чуть усилил головокружение Аланны. Девушка побледнела и покачнулась, подняв правую руку к виску.

"Мне дурно, -

прочитал по ее губам виссавиец.
– Арман, я прошу тебя... давай выйдем..."

Арман немедленно схватил девушку за руку и потянул ее к высоким дверям в глубине залы. Дериан хотел последовать за ними, как вдруг рядом кто-то вскрикнул, и Дериан еще успел обернуться и поймать упавшую в обморок молоденькую архану.

– Я не хотел!
– виновато сказал Рэн, - она сама меня зацепила.

– О богиня!
– Дериан поднял девушку на руки и понес ее к боковой лестнице. У самых дверей его выручил другой целитель, а Дериан повернулся к Рэну и сказал:

– Армана мы упустили. Ищи себе другого.

– Нет, - в голосе брата послышалось знакомое упрямство.
– Сначала проверим Армана.

– Мы можем искать целую ночь...

– Будем искать столько, сколько понадобится. Или других я тебе не покажу.

Дериан вздохнул. Вот оно, знаменитое безрассудство брата. И теперь что хочешь, то и делай, а Армана ему преподнеси на блюдечке. И дело уже даже не в оборотне, а в светившимся в глазах Рэна азарте. Рэн никогда не упускал своей жертвы, а Арман, увы, уже был для него жертвой.

– Пойду с тобой, - заявил Рэн.

Дериан не возражал. Сказать по правде, он уже так устал, что на возражения сил не хватало. Поспешно они вышли на улицу, сбежали по ступенькам, и Рэн, шагнув в тень черемухи, тихонько ухнул. Дериан вздрогнул. Он не любил ночных птиц. Еще менее он любил хищников, от которых пахло кровью и насильственной смертью.

Но Рэн был другой. Рэн обернул руку плащом и позволил опуститься на нее любимцу-сычу. Птица сложила широкие крылья, и Рэн, мило улыбнувшись, почесал ее белую, с бурым продольным рисунком, грудку.

– Хватит этих нежностей!
– не выдержал Дериан.

Рэн усмехнулся, заглянул в круглые, поблескивающие в полумраке глаза птицы, и Дериан был уверен, что взгляд брата стал черным, испуская зловещее сияние.

Дериан не любил, когда Рэн использовал свою силу. В эти мгновения, как и сейчас, грудь пронзала стрела холода. Казалось, что еще немного, и все живое вокруг превратиться в черный лед и, повинуясь приказу Рэна, разлетится на тысячу осколков, покрывая землю блестящими, черными кристаллами. Рэн любил черный цвет. Рэн любил смерть.

Птица издала гортанный звук и, взмахнув крыльями, взмыла в небо. На душе Дериана внезапно потеплело. Стало легче дышать.

– И что теперь?

– А теперь подождем, - спокойно ответил Рэн.
– А ты постараешься немного отдохнуть.

Ожидали они недолго - Дериану показалось, что он только что опустился на траву и закрыл глаза, провалившись в тяжелый, без сновидений сон. Когда он проснулся половинчатая луна чуточку сдвинулась к верхушкам деревьев, а Рэн сидел рядом на корточках, касаясь плеча брата холодной, как лед, ладонью.