Цена предательства

Вильямс Тони

Вэлин оглядел помещение, ища глазами представителя ЦРУ.

– Эй, Джек!
– позвал он.
– Ты как насчет глотка водки?

Этого Бернард никогда не мог простить Вэлину. Не мог простить англичанину и его точный прогноз относительно исхода войны. Не простил он и Танку, который просто случился тогда рядом.

Однако время от времени двум американцам не раз доводилось сотрудничать после возвращения на родину. Танк пошел на службу в Управление по борьбе с нелегальной торговлей наркотиками, и в их отношениях с Бернардом установилось нечто вроде перемирия.

Танк

и сейчас невольно улыбался, когда вспоминал выражение лица Бернарда, вылезавшего на четвереньках из-под стола, и как Вэлин доконал агента ЦРУ, небрежно бросив ему гранату, прекрасно зная, что она не может причинить вреда, но Бернард сжался в комок и, казалось, ждал неминуемой смерти.

Как только Танк положил трубку на рычаг телефонного аппарата после одного из своих звонков, его собеседник сразу же набрал номер телефона в Ливенуорте, штат Канзас, и его соединили с человеком, за которым числился не один должок личного порядка.

– Все в ажуре?
– спросил бывший собеседник Танка.

– Насколько нам известно, да.

– Дай мне знать, если что случится.

– Обязательно.

30

Команда Вэлина решила бросить изрешеченный пулями микроавтобус. В путь отправились на стареньком джипе и трехтонке "форд".

В первой машине за руль сел О'Рурк, а места пассажиров заняли Келлер и Хезус. Грузовик повел Эйнджел, рядом сел Вэлин, а в кузове устроились сестры Дельгадо, Гарсия и остальные. Все оружие проверили и прочистили. В запасе у Резника осталась последняя сумка с взрывчаткой.

Они продирались сквозь густые заросли по узкой тропе, в любую секунду готовые дать отпор, но пока им ничто не угрожало. Когда повернули на запад, дорога пошла на подъем.

Низкие холмы сменились горами, а дорога стала еще более узкой и теперь изобиловала крутыми поворотами. При дыхании чувствовался разреженный воздух, стало значительно прохладнее, и чем выше они поднимались, тем более красочная открывалась внизу панорама.

В течение первого часа на дороге практически не было движения, если не считать попадавшихся по пути осликов, впряженных в тележки, сельскохозяйственной техники и редких пеших путников. Но когда они пересекли еще один перевал, навстречу вырвались два черных "бьюика" с надписями серебром по бокам, сине-красными флажками на капоте и длиннющими антеннами сзади. Они неслись на бешеной скорости с включенными фарами, хотя стоял ясный солнечный день.

– Черт! Фараоны!
– выругался Эйнджел.

О'Рурк вопросительно оглянулся на Хезуса.

– Полиция, - пояснил колумбиец.
– Сволочи!

Полицейские машины скрылись за поворотом и неожиданно резко затормозили. После непродолжительного обмена мнениями по рации они неуклюже развернулись на узкой дороге и двинулись в противоположном направлении.

Эйнджел в кабине грузовика и Спенсер, наблюдавший за дорогой из кузова, первыми заметили погоню. Еще раз посмотрев в боковое зеркальце, водитель доложил:

– У нас проблема, полковник. Нам на хвост сели легавые.

Спенсер крикнул Резнику, расположившемуся ближе к кабине, чтобы

он сообщил об этом Вэлину.

– Вас понял, - спокойно ответил полковник, который и сам видел в боковое зеркальце настигавшие грузовик машины.

Эйнджел нажал на клаксон и помигал фарами О'Рурку, чтобы тот прибавил ходу, затем постарался выжать максимум из тяжелой трехтонки на крутом извилистом подъеме. В свою очередь, и джип стал набирать скорость.

Но обе машины уже фактически отжили свой век и, хотя за их двигателями хорошо следили и регулярно ремонтировали, они все же не могли соперничать с мощными легковыми автомобилями. Полицейские же ехали в новых машинах, практически только что сошедших с конвейера и оборудованных восьмицилиндровыми пятилитровыми моторами. Они быстро сокращали расстояние.

Спенсер и Кармен зарядили "гэтлинг" и установили его на заднем борту.

– Отправляй их к праотцам, - посоветовал Резник, и Спенсер открыл огонь.

Снаряды вырыли глубокую борозду в асфальте, подобрались к переднему бамперу "бьюика", разнесли в клочья радиатор, мотор и ветровое стекло. Водитель и сидевший рядом пассажир погибли на месте. Тяжелая машина ушла круто в сторону, с ходу перевалила через защитный забор у края дороги, взлетела в воздух, несколько раз перевернулась и ударилась о горный склон, объятая пламенем.

– Все предельно просто, - подытожил Спенсер, весело подмигнув Кармен.

Второй "бьюик" резко притормозил. Глядя в боковое зеркальце, Вэлин представил себе, с какой лихорадочной поспешностью переговариваются по рации пассажиры машины со своим штабом.

– Быть беде, - предупредил полковник.
– Надо разделаться и со второй машиной. При желании они могут преследовать нас, куда бы мы ни поехали, и держаться при этом вне пределов досягаемости огня. И тем временем будут информировать своих друзей о нашем передвижении.

– Что ж, раз надо - значит, надо, - откликнулся водитель.

– Очень точно сказано.

– Можете на меня рассчитывать, босс.

– И как мы это сделаем?

– Переговорим с джипом и попросим двигаться быстрее, а я тем временем спешить не стану. Эти парни позади постараются несколько отстать, чтобы избежать участи своих друзей. За ближайшим поворотом джип остановится и прижмется к краю дороги, а когда фараоны проскочат мимо, пойдет за ними.

В общем, возьмем их в "коробочку". Я сбавляю скорость, джип прибавляет, я перегораживаю дорогу, О'Рурк подпирает их сзади, и мы их накрываем огнем с двух сторон.

– Идея неплохая, Эйнджел, - похвалил его полковник, - но ее можно осуществить при условии, что полиция не прослушает наши переговоры в эфире. Впрочем, можно допустить, что английского они не знают.

– В конце концов, полковник, полной гарантии никто не может дать. Все возможно.

Вэлин мрачно улыбнулся и вызвал по рации Келлера. Тот его внимательно выслушал, поднял правую руку в знак согласия, потянулся вперед и объяснил ситуацию О'Рурку. Лейтенант снял руку с руля, и Эйнджел тотчас сбавил скорость, позволив джипу уйти вперед.