Центурион
Шрифт:
– Тем лучше – задача становится интереснее. Так как?
– Я с вами хоть в Аномалию.
– Тогда – пошли.
Так получили начало события, невероятным образом определившие судьбу трех беглецов, чей кар леопардовой масти в эти часы безостановочно мчался, уходя на восток.
Глава XXV
“Стрела, летящая в ночи”
7006 год, Каленусийская Конфедерация, северо-восточное шоссе.
– Пора передохнуть, меняемся местами, вы – за руль, Хэри.
Стриж притормозил
Заспанный Майер нехотя выбрался из машины и скептически воззрился на Стрижа.
– Вы давно на себя не смотрели?
– Нет, а что?
– Вид у вас замечательный – небритый, потрепанный, злобный, иллирианский, как две капли воды – государственный преступник в бегах, самая настоящая “дурная компания” для заблудшего меня.
– Поглоти вас Воронка Оркуса. Ваша рука успокоилась? Марш за руль, трепач.
– Куда летим, куда несемся? Мы бегаем по благословенной Каленусии как курица с отрезанной головой по унавоженному фермерской живностью двору. Это дело испускает все более интересные ароматы. Вот увидите, Алекс, наш ублаженный наркобомбой друг Эшли в конце концов будет оправдан, более того – окажется на коне, примет душ, станет чистым героем в белых одеждах, всех собак повесят на вас, тогда мне припомнят это сомнительное знакомство.
Стриж развел руками.
– Вы знаете, я не настаиваю на его продолжении. Высажу вас у первого попавшегося поселка, да и дело с концом. Кстати, топливо на исходе. Садитесь за руль, доведете машину до заправки, там и расстанемся, о светило свободной каленусийской науки… Ваша карьера не пострадает, если что – валите все на меня, от негодяя не убудет.
Философ, похоже, обиделся – он молча ввалился в машину и взялся за руль, Стриж, не обращая внимания на капризного профессора, уселся на заднее сиденье.
– Леди Джу?
– Что?
Белочка подняла на Дезета равнодушные, остановившиеся ореховые глаза. Стрижу захотелось отвернуться – он с трудом заставил себя выдержать этот пустой, равнодушный взгляд.
– Майер прав, следует определиться. В Порт-Калинусе, Параду, любом крупном городе Конфедерации вам неминуемо грозит опасность. Я не знаю точно, какие силы заинтересовались Аномалией, но интуиция мне подсказывает, что история с Эшли – только вершина айсберга… Я не зову вас в уехать в Порт-Иллири, жизнь там показалась бы вам сплошным мучением. Я думал – так и сяк – и вижу только один выход. Я отвезу вас к Фалиану и оставлю там.
Ресницы сострадалистки дрогнули.
– К этому маньяку?
– Старик – религиозный фанатик, но не маньяк, он по-своему уважает вас, Джу. У них, на восточный территориях сплоченная, крепкая община, там каждый восьмой – псионик высшей пробы, все они спаянны верой, догмой
– А вы куда, Алекс?
– Я возвращаюсь домой.
Сострадалистка опустила белые, восковые веки.
– Удачи, Стриж. Удачи и спасибо за все.
– Удачи будете желать, когда довезу вас до границы фермерского рая… Трогайте, Хэри – вперед.
Майер резко тронул кар, полетели мимо, оставаясь позади, метелки придорожной травы.
Они подъехали к маленькой заправочной станции через три четверти часа. Лениво задувал, метя песок, вертлявый сквознячок, дверь ребристого фанерного домика оказалась чуть приоткрытой.
– Есть здесь кто-нибудь?
Из будки, как две капли воды похожей на фанерный дом в миниатюре, гремя цепью, вылез косматый, деревенского вида пес. Собака зевнула, показав желтые клыки, и полезла обратно в конуру, оставляя на низенькой притолоке клочья бурого пуха.
– Здесь очень тихо.
– Обычное захолустье. Пошли, пора потревожить хозяев.
Окошечко кассы пустовало. Стриж дернул ручку звонка и, не дождавшись результата, переступил порог – узкий захламленный коридор терялся в полумраке.
– Эй! Есть здесь…
…Удар пришелся по затылку. Дезет не успел ни отстраниться, ни развернуться в тесноте обступивших его стен, мир полыхнул оранжевой вспышкой, рассыпался колючими блестящими осколками и погас. Последним, что увидел иллирианец, были сапоги – короткие, без шнуровки, на толстой подошве боты механика возле самого лица Стрижа.
* * *
Плоский, твердый зеленый жук упрямо полз, оставляя в песке цепочку точечных следов. Правую щеку царапало, Стриж приподнял голову, сплюнул грязь и обнаружил, что лежит лицом на покрытой редкой иссохшей травой земле. Опять, как в Ахара, пахло полынью, заломленные назад руки оказались прочно связанными, старые знакомые – грязные боты маячили неподалеку.
– Тащи сюда второго, ребята!
Рядом с иллирианцем, подняв пыль, плюхнулось нечто – Хэри Майер собственной персоной. Дезет скосил глаза на философа. “В чем дело?”. Профессор не отреагировал никак – то ли и впрямь потерял сознание, то ли искусно притворялся, то ли шок напрочь лишил его коммуникативной способности.
– Кто у них там в машине? Мальчишка?
– Стриженая баба. Малохольная шлюха из натуристов.
– Волоки и ее наружу, разберемся.
Стриж напряг мышцы рук, пробуя путы на разрыв – бесполезно, веревка плотно врезалась в кожу. Он чуть прикрыл глаза, выжидая. Боты протопали к нему, вздымая фонтанчики пыли, крепкая рука ловко ухватила воротник куртки и развернула иллирианца лицом вверх. Обладатель бот оказался сухим, желчным, остроносым типом в испачканной смазкой куртке. Отросшие волосы механика из-под шлема пси-защиты свисали на уши и воротник.