Цепь
Шрифт:
Похитители заняты. Через камеру они за ней не следят. По крайней мере, непрерывно не следят. Небось подсоединили ее к ноутбуку и периодически проверяют. Даже если удастся сдвинуть чертову плиту, что дальше? Прикованная к дурацкой громадине, Кайли так и застрянет у основания лестницы без шансов выбраться.
Накрывшись спальным мешком, Кайли рассматривает наручник у себя на запястье. Между металлом и кожей почти не осталось места – если только пара миллиметров. Зазор крохотный, получится ли стянуть наручник? Вряд ли… Как же Гудини справлялся? Ее приятель Стюарт, горячий поклонник мини-сериала о Гудини,
Кайли смотрит на тюбик зубной пасты. Из чего он? Из металла? Из пластмассы? Кайли знает, что масляную краску выпускают в металлических тюбиках, а зубную пасту в каких? «Колгейт, защита от кариеса»… Похоже, паста старая, из тех, что годами валяются в гостевой ванной. Не получится ли вскрыть замок острым уголком на «хвосте» тюбика?
Кайли сует уголок в замочную скважину, и безнадежной затея не кажется. Нужно аккуратно оторвать «хвост» тюбика и использовать его как ключ. Та женщина убьет ее при малейшей попытке побега. Побег – дело рискованное, но лучше так, чем не делать ничего вообще.
Четверг, 12:15
Перед их с Кайли домом стоит коротышка. Помповик на пассажирском сиденье. Паркуя машину, Рейчел тянется к нему, потом открывает окно и кладет ремингтон на колени.
– Добрый день! – окликает она незваного гостя.
Коротышка оборачивается. Это старый доктор Хаверкамп, он живет на территории приливного бассейна, через два дома от них с Кайли.
– Привет, Рейчел! – радостно отвечает доктор.
У него выговор жителя сельской глубинки штата Мэн. Рейчел возвращает помповик на пассажирское сиденье и выбирается из салона. Доктор Хаверкамп что-то держит в руках.
– Это ведь телефон Кайли? На чехле ее имя.
У Рейчел екает сердце. Да, это айфон Кайли. Вдруг он подскажет, где она сейчас? Рейчел выхватывает айфон у доктора, включает, но видит лишь экран блокировки – фото Эда Ширана с гитарой и поле для введения четырехзначного ПИН-кода. ПИН-код Рейчел не знает и уверена, что не сможет его угадать. Если трижды ввести неверный код, айфон заблокируется на двадцать четыре часа.
– Да, это айфон Кайли, где вы его нашли? – спрашивает Рейчел, стараясь говорить как ни в чем не бывало.
– На автобусной остановке. Я выгуливал Честера, подумал: «Это же телефон!» – поднял его и сзади на чехле увидел имя Кайли. Наверное, она уронила его, когда ждала школьный автобус.
– Вот она обрадуется! Спасибо, доктор!
Рейчел не приглашает соседа войти и выпить кофе, что в этой части Массачусетса карается смертной казнью, но у нее нет времени.
– Ну,
Через камыши доктор Хаверкамп бредет к своей лодке.
Когда Хаверкамп уплывает, Рейчел переносит ружье и другие покупки в дом, делает глоток воды и включает «мак». Компьютер оживает, и Рейчел злобно на него смотрит. Вдруг Цепь следит за ней через камеры на «маке» и на айфоне? Рейчел читала, что в качестве меры предосторожности Марк Цукерберг заклеивает камеры на всех электронных устройствах малярным скотчем. Она достает изоленту из ящика буфета и по примеру Марка заклеивает камеры на айпаде и на «маке».
Так, теперь к поставленной задаче.
Нужно похитить ребенка? Рейчел с горечью смеется. Черт подери, разве такое возможно? Безумие, полное безумное безумие! Разве она способна на такое?
Рейчел снова гадает, почему Цепь выбрала ее. Что в ней увидели, раз сочли способной на такое абсолютное зло, как похищение ребенка? Она ведь всегда была примерной девочкой. Круглая отличница Хантерского колледжа, она блестяще сдала выпускные и великолепно проявила себя на вступительном собеседовании в Гарварде. Она совестится, получая штрафталон на стоянке, исправно платит налоги, никогда не опаздывает и не превышает скорость. А сейчас она должна совершить ужаснейшее из возможных преступлений против чьей-то семьи?
Рейчел смотрит в окно. Прекрасный погожий осенний день. В приливной бассейн слетелись птицы, несколько рыбаков раскапывают ил в поисках наживки. Запад острова Плам – микрокосм этой части Массачусетса. Здесь, на болотистой стороне, домики поменьше. В восточной части на волны Атлантики смотрят пустующие летние дома-великаны. В западной части круглый год живут синие воротнички – пожарные, ловцы крабов, учителя; восточную в мае и июне заполняет состоятельная публика. Они с Марти думали, что здесь безопасно. Безопаснее, чем в Бостоне. Безопасно – ну и ерунда! Нигде не безопасно. Откуда наивная вера в то, что в Америке может быть безопасно?
Марти… Почему он не перезванивает?! Какого черта он делает в Огасте?
Рейчел вынимает из кармана список людей, отобранных в «Фейсбуке», и снова просматривает профили.
Счастливые улыбающиеся лица.
Сияющий малыш, которого она возьмет на мушку и затащит в машину… Где, ради всего святого, держать бедную кроху? Свой дом исключается. Стены деревянные, звукоизоляции нет. На крики мигом сбежится десяток соседей. Ни подвала, ни приличного чердака тоже нет. Как выразился Колин Темпл, у них облагороженная пляжная кабинка. А если в мотель? Нет, это безумие. Возникнет слишком много вопросов.
Рейчел смотрит в окно на дома-великаны в восточной части приливного бассейна, и внезапно у нее появляется гениальный план.
Четверг, 12:41
Рейчел бежит в спальню, снимает юбку, натягивает джинсы, кроссовки и красный свитер. Поверх свитера – худи с капюшоном, на голову – Кайлина бейсболка «Ред сокс». Рейчел открывает стеклянную дверь и выходит на террасу. Оттуда она шагает по песчаной тропке среди камышей, которая тянется по краю приливного бассейна. Холодный ветер. Гниющие водоросли. Шум радио и телевизоров из домов на береговой линии.