Цепь

Маккинти Эдриан

Кайли делает еще один глоток, отматывает туалетную бумагу и вытирает слезы. Ложится на матрас. Он такой холодный! Девочка залезает в спальный мешок и накрывается им, чтобы камера ее не видела. Так спокойнее и безопаснее.

Очень здорово, если похитители ее не видят. Это же фишка от Даффи Дака: «Если я тебя не вижу, значит ты не существуешь».

Они не врали и впрямь не причинят ей вреда? Людям веришь, пока они не раскрывают свою мерзкую сущность. Но ведь похитители уже раскрыли ее, да?

Тот полицейский… Он, наверное, уже умер

или умирает. Боже!

При воспоминании о том выстреле Кайли хочется кричать. Кричать и звать на помощь.

«Помогите, помогите, помогите мне!» – беззвучно шепчет Кайли. «Ну как же тебя угораздило? – спрашивает она себя. – Предупреждали ведь: нельзя садиться в машину к незнакомым людям. Ни в коем случае нельзя». Девочки пропадают постоянно, их почти никогда не находят.

Нет, порой находят. Навсегда пропадают очень многие девочки, но не все. Некоторые вернулись домой.

Элизабет Смарт – так звали ту мормонскую девушку. Во время интервью она держалась спокойно и с достоинством. Сказала, что ее поддерживала надежда, которую давала ей вера. А вот Кайли живет без веры, а все из-за глупых родителей!

Просыпается клаустрофобия – Кайли откидывает спальный мешок, судорожно глотает воздух и снова оглядывает подвал.

Похитители впрямь за ней наблюдают?

Поначалу, конечно, будут наблюдать. А в три утра? Может, получится сдвинуть плиту. Может, попадется старый гвоздь, которым можно вскрыть замок. Нужно ждать. Нужно сохранять спокойствие и ждать. Кайли вытаскивает из коробки альбом и карандаш. «Меня держат заложницей в подвале, помогите!» – пишет она. Только передать записку некому.

Кайли вырывает лист, сминает его и начинает рисовать. Она рисует потолок гробницы Сенмута [9] из книги о Египте. Она рисует солнце и звезды. Древние египтяне верили, что после смерти люди живут на звездах. Но ведь жизни после смерти нет, так ведь? В нее верит бабушка, и больше никто. Жизнь после смерти – это полная ерунда, так? Тебя убивают, ты умираешь, и точка. Лет через сто твое тело найдут в лесу, и никто не вспомнит ни как тебя звали, ни что тебя похитили.

9

Сенмут – древнеегипетский зодчий и государственный деятель.

Ты стерта со страницы истории, как картинка на «Волшебном экране».

– Мама! Мама, помоги мне, пожалуйста! – шепчет Кайли.

Но понимает, что помощь не придет.

6

Четверг, 09:16

Вернувшись в дом на острове Плам, Рейчел проходит в кухню и падает на пол. Нет, это не обморок, она не теряет сознание. Просто не может больше находиться в вертикальном положении. Неопрятным знаком вопроса она лежит на линолеуме. Пульс зашкаливает. Горло сжимается. Ощущения как при сердечном приступе. Только Рейчел не может

позволить себе сердечный приступ. Она должна спасти дочь. Рейчел садится, пытается дышать и думать.

Похитители запретили звонить в полицию. Наверное, они боятся полиции. А ведь в полиции точно знают, что делать в таких ситуациях, да?

Рейчел уже тянется к телефону, но одергивает себя. Нет! Рисковать нельзя. Если Цепь узнает, что она звонила копам, Кайли сразу же убьют. В голосе той женщины звучало нечто особенное. Во-первых, отчаяние. Во-вторых, решимость. Она готова убить Кайли и найти другой объект. Вся эта Цепь – нечто невероятное, безумное, но… не похоже, что та женщина врала. Она явно боится Цепи и верит в ее силу.

«И я верю», – думает Рейчел.

Но зачем оставаться с бедой наедине? Ей нужна помощь.

Марти… Он что-нибудь придумает.

Номер Марти на ускоренном наборе – Рейчел вызывает его, но сразу попадает на голосовую почту. Она пробует снова, но результат тот же. Рейчел просматривает свои контакты и звонит в Бруклин, на новый домашний номер Марти.

– Ал-лооо! – как обычно нараспев отвечает Тамми.

– Тамми? – спрашивает Рейчел.

– Да, кто это?

– Это Рейчел. Мне нужно поговорить с Марти.

– Его нет в городе.

– Правда? А где он?

– Он, ну… В том месте, как это…

– На службе?

– Нет. В том месте, где… где в гольф играют.

– В Шотландии?

– Нет! Он там, куда все ездят. Марти так туда рвался.

– С каких пор Марти играет… Не важно! Слушай, Тамми, я пытаюсь связаться с ним по важному делу, а у него сотовый отключен.

– Марти там со своей фирмой. Они устроили выездной корпоратив, поэтому телефоны пришлось сдать.

– Куда у них вылазка, Тамми? Пожалуйста, вспомни!

– Это в Огасте! Марти в Огасте. Если нужно, у меня где-то есть контактный номер.

– Нужно!

– Так, погоди… Ага, вот он.

Тамми диктует номер.

– Спасибо, Тамми. Я сейчас же позвоню Марти.

– Стой, а что у тебя за срочное дело?

– Ой, ничего серьезного, просто крыша протекает. Так, пустяки. Спасибо огромное!

Рейчел отсоединяется и тотчас набирает номер, который дала Тамми.

– Отель «Гленигл-Огаста»! – говорит администратор.

– Здравствуйте, мне нужен Марти О’Нил. Я… я его жена, но не помню, в каком номере он остановился.

– Хмм, сейчас посмотрим… В семьдесят четвертом. Я соединю вас.

Администратор соединяет Рейчел с номером Марти, но его нет на месте. Рейчел перезванивает на ресепшен и оставляет сообщение: пусть Марти свяжется с ней сразу, как вернется.

Рейчел обрывает вызов и снова садится на пол.

Она шокирована, оглушена, потрясена до глубины души.

На свете столько злодеев с огромным кармическим дисбалансом, почему же такое случилось с ней, особенно после всех испытаний, которые ей выпали за последнюю пару лет?! А бедная Кайли – только ребенок, она…