Церера
Шрифт:
«У тебя всё идет по учебному плану, или хочешь поменяться с кем-нибудь своим временем, если ты ещё не готова? Саманта точно будет не против, у неё зарезервировано через неделю, но она очень просится.»
Я хотела было тут же согласиться, но потом остановилась. В связи с последними событиями, у меня в голове вертелась одна мысль. Она была напрямую связана с темой моего диплома. Мне нужна была только небольшая часть образцов, потому что вторая уже у меня имелась.
Если быть честной, я взяла образцы прямо у деревьев в лесу вокруг моего купола.
«Большое спасибо за предложение и заботу, — тут же напечатала я. — У меня было время поработать над дипломом, мне нужно моё время в лаборатории. Брат поможет мне с образцами, мы отправимся завтра за недостающими, и я буду готова ко времени, — я подумала и добавила: — Скоро увидимся.»
От Виктора тут же пришло «Отлично, до встречи».
Я подошла к Марку, чтобы рассказать ему о лаборатории. Он посмотрел переписку, и спросил:
— Ну что, едем завтра?
Я кивнула:
— Да, другого времени не будет.
Вылазка за образцами была хорошим прикрытием, чтобы подготовиться к экспедиции в указанное на отцовской на карте место, так, чтобы не вызвать ничьих подозрений. Все необходимые приборы у нас были в наличии, поэтому с раннего утра на следующий день мы проверили своё снаряжение, загрузили в глайдер припасы, мои инструменты, оборудование на фото и видеосъёмки, и портативный генератор.
Я взяла в руки старую полевую сумку отца с контейнерами для образов, и даже сумела не заплакать. Я помнила, как в детстве он всегда брал меня с собой в экспедиции. Мы вместе собирали листья и плоды, представляя себя великими исследователями. Я всегда приносила ему свои «образцы» на одобрение, и папа так гордился мною…
Брат вооружился отцовским мачете, сварганил из батареи простенький шокер, а мне вручил мамин нож для сбора образцов.
Мне не очень нравилось, что он старается вооружиться, но Марк был непреклонен:
— Мы не знаем, что или кто ждет нас там, — резонно заметил он. — Я должен быть уверен, что смогу тебя защитить в случае чего.
Когда все было упаковано, и глайдер ждал нас у входа в купол, мы переглянулись. Пора было отправляться навстречу неизвестности, в самое сердце тайны, куда лежал путь наших родителей. Туда, где, возможно, скрывались ответы на наши вопросы… и где притаился наш враг.
Мы с Марком загрузились в глайдер и взяли курс на северо-запад, следуя отцовской карте. Местность становилась все более дикой и труднопроходимой — серебристо-зеленые заросли сменялись скалистыми ущельями и крутыми холмами. Но Марк, опытный пилот, уверенно вел машину, огибая препятствия.
Спустя пару часов мы добрались до квадрата, отмеченного на карте. Это была небольшая долина, с одной стороны окруженная грядой красных холмов, а с другой горами. Приборы тут же зафиксировали небольшие возмущения магнитного поля, видимо, в этом месте было много железа в почве.
Мы приземлились на краю долины и вышли из глайдера, оглядываясь
— Ну что, приступим? — Марк деловито достал из багажника контейнеры для образцов и протянул мне.
Я кивнула, доставая из сумки инструменты для забора проб. Мы разделились — брат пошел исследовать северную часть долины с датчиками, а я направилась на юг, к небольшой рощице кружевных деревьев, от которых слабо тянуло мускусом. Мой привычный хор был тут как тут:
— О, с высот небесных на землю, властно и грозно при этом,
Мощные сходят Титаны в безмолвии ясном своём.
Дрогнет земная твердыня под поступью их величавой,
Трепет и страх восхищенный сердца наполняют людей.
Мне даже полегчало, что эти ребята рядом и поют мне песни. Это значило, что мы тут с Марком одни, иначе хор принялся комментировать и других Титанов тоже.
Иногда я ловила себя на мысли, что меня пугает не столько сама способность читать эмоции и слышать хористов, сколько то, как естественно и даже приятно мне это дается. За какие-то полторы недели я освоилась настолько, словно всегда была предназначена для этого.
Аккуратно орудуя резаком, я срезала листья и кору, складывая их в контейнеры. Краем глаза я заметила, как на ветке мелькнул сверкающий металлический жучок — один из многочисленных золотых скарабеев, обитающих на Церере. Они встречались повсеместно и были совершенно безобидны. Я щёлкнула ногтем по ветке, золотистая искорка с басовитым жужжанием поднялась и полетела прочь.
Лето перевалила через середину неба, и, наконец, физическая часть моей работы была закончена. Я скинула брату сообщение на коммуникатор, и он появился из-за дальних кустов через некоторое время.
— Эгэй, Юль! — донесся до меня голос Марка. — У тебя все в порядке?
— Да, я закончила, сейчас иду! — откликнулась я, собирая свои контейнеры.
Мы устроились рядом с нашим глайдером, наслаждаясь тишиной и покоем, и принялись обедать. Питательные батончики и вода — это было наше роскошное меню на сегодня.
Ветер ласково трепал волосы, солнечные блики плясали на листве. На миг мне показалось, что все как раньше — просто семейный пикник, и родители вот-вот присоединятся к ним. От этой мысли защемило сердце.
— Ты нашёл что-нибудь? — спросила я у него.
Брат куснул съедобный брусок и скорчил рожу:
— Ну, сложно сказать… Если и были какие-то следы от людей или горючего, их смыло, но есть интересный момент. Оборудование у нас говно, нужны настоящие геологические дроны, но электрическую резистивность получилось померить. Судя по всему, там, под нами, пещеры, но как туда попасть я без понятия.
Пещеры?! От удивления я даже перестала жевать. А почему нет-то? Где-то надо прятать целый глайдер так, чтобы его не было видно со спутников.