Цесаревич
Шрифт:
Будучи по натуре женщиной бойкой, жизнерадостной и очень деятельной Мария София Фридерика Дагмар преодолевала жизненные трудности со стойкостью северных викингов и русским терпением. Дети были для нее превыше государства, но и о своем предназначении она ни когда не забывала. Россия для принцессы неприметной Дании стала не просто родиной, она была для нее вершиной Олимпа. Не только вотчиной, не только троном, с которого она могла плевать на все эти Европейские королевства, это был ее апофеоз власти смертного. Даже смерть мужа и роль второй женщины государства не умалял ее. Поэтому откровение электрической книги неизвестного офицера ударили
Мария Федоровна не отрывалась от чтения и просмотра весь день и половину ночи. Весь стройный распорядок дня был послан, по солдатски, в сторону сортира. Легкие закуски и кофе подали в кабинет. Проснувшись утром с мигренью, она первым делом отправила телеграмму с просьбой о встрече. Начиналась телеграмма со слов "Умоляю..."
Встреча произошла через час, после отправления телеграммы.
Теперь офицер сидел на уютном диванчике. Перед ним стоял кофейник и вазочки с различными булочками и прочими вкусностями. Неизвестный с видимым аристократизмом намазывал булочку и прихлебывал кофе. Опытный взгляд бывшей императрицы отметил круги у него под глазами и красные роговицы глаз. Однако он был внимателен и собран. Чего нельзя было сказать о ее высочестве. Туалет ее был безукоризнен. Но сейчас за чайным столиком сидела не повелительница, а изнервничавшаяся мать и что уж говорить - бабка.
– Я отсмотрела все папки вашей книги. Это ужасно. Многие события перевраны. Часть придуманы. А насчет толкования я в ужасе.
– Прошу прощения. Многие документы утрачены. Еще больше очевидцев были казнены. Некоторые архивы горели несколько раз. Аналитики собирали по крупицам. Если они ошибаются, я готов выслушать и попробуем внести коррективы.
– Выводы ваших аналитиков, к сожалению верны.
– Немудрено. Над проблемой работало несколько институтов.
– Вы так спокойно об этом говорите. Поймите! Это моя семья. Это Россия, в конце концов.
– Увы, мадам. Для меня это часть очень далекой истории. Мне предложили это задание исключительно из-за капли сочувствия семье Николая II. Но, не в коей мере, ни ему. Институт самодержавия зиждется на ответственности одного человека. Человека, которого с детства все государство готовит к управлению этим же государством. И преступлением с его стороны становиться отлынивание от решения проблем тех, кто вскормил его и выпестовал.
– Вы жестокий человек.
– Я солдат мадам. Пусть с уклоном в юриспруденцию, но солдат.
– Довольно.
– Княгиня взяла себя в руки.
– В чем суть вашего задания.
– Как вы знаете мадам.
– Капитан отставил чашку и принял деловой вид.
– Через два года убьют Столыпина. В материалах не было точной даты, дабы вы не наломали дров. Вообще события с сего 1910 года по 1917 подавались без точной даты. Вы женщина наблюдательная и наверняка сделали приблизительные привязки по демонстрируемым фотографиям и так далее. Мы считаем, что ослабление реакционной политики Столыпина, по сути, и явилось основой катастрофы. Плюс нежелание вашего сына глубоко вникнуть в положение дел в стране. Государь запер себя в золотой клетке и огородил заборчиком. Моя задача разрушить данное заблуждение и посмотреть, что получиться. Исследования, в том числе профинансированы Церковью. Они сомневаются в причислении убиенных к лику святых.
– При этих словах Марии Федоровне стало
– Моя задача организовать шанс для Николая II стать лидером в 40 с чем-то лет.
Если не сможет, кто-то заработает докторскую степень, а кто-то уйдет в отставку, или на оборот.
– Как для вас все просто. Жизни миллионов на кону. А у вас на уме ученая степень.
– Мадам! Мне фиолетово. Считалось, что история не имеет сослагательных наклонений. А тут есть призрачный шанс все исправить. Мне выпала честь попробовать. Вам шанс спасти. Будем работать или чаи гонять?
– Что я должна сделать?
– Первое. Представьте меня ко двору как лекаря для царевича.
– Там от лекарей не протолкнуться. Один Распутин чего стоит.
– Мадам! Это ваша первая задача. Я гарантировано излечу наследника.
– Что!!!
– Мадам! Прошу не перебивать. Второе. Вы возьмете на воспитание сироту, которого введете ко двору и сделаете камергером наследника. Разница в возрасте у них небольшая, так что сдружаться.
– Но это же ничто. Нужно спасать Столыпина, нужно изгнать Распутина. Нужно объяснить Ники как управлять страной. Я думала, вы это все сделаете.
– И что скажут потомки? Из ниоткуда возник человечек и давай советовать государю.
– Но Распутин так и сделал.
– У Распутина, четко отслеженная история. Там есть темные пятна, но они допустимы. И самое главное. Его действия не несут прямого урона. Просто негодяй оказался в нужное время и в нужном месте. А так это обыкновенное ничтожество умеющее пользоваться сверх способностями.
– А Столыпин.
– Его не спасти.
– Господи! Хоть бы у нас получилось. Пейте кофе, он уже остыл. Я позову горничную.
– Княгиня заметалась и вдруг удивленно уставилась на капитана.
– Я до сих пор не знаю, как вас зовут?
– Хм!
– Впервые на его лице проступила удовлетворенная улыбка.
– Называйте меня Доктор. Этого достаточно. Наедине можете называть Капитан.
– Ваше высочество! Напоминаю. Сейчас я не человек, а должность. Может быть, впоследствии, вы назовете меня по имени, но не сейчас. У нас много работы.
В этот день царевич неудачно запрыгнул в лодку и ударился бедром о борт. Возник синяк, и уже к вечеру гематома перекрыла часть артерий. Как следствие непрекращающаяся боль, температура, отключение сознания, бред. Послали за Григорием Распутиным. Тот был пьян, и помочь был не в состоянии. Мать с отцом не отходили от кровати. Николай корил себя за идею с лодкой. Сестры потихоньку подходили к кровати больного и целовали его в лоб. Наготове стоял священник . Дворцовый врач Деревянко в очередной раз проклинал свой диплом и день, когда согласился на придворную должность. Медицина была бессильна.
В расстроенных чувствах Николай истово помолился иконе богоматери. Отдельно Вседержителю милостивому и после этого отписал матери.
Нарочный привез письмо к вечеру, когда основные вопросы с Капитаном были утрясены и план действий окончательно утвержден. Был обговорен список людей, которые должны быть посвящены в план с названием "Шанс", и степень их информированности. Практически в торжественной обстановке были уничтожены остатки электрической книги. При ее самоуничтожении в камине так пахнуло химией, что княгине сделалось дурно. Но она стойко перетерпела приступ и проследила, как остатки обложки были сожжены в камине.