Цесаревич
Шрифт:
В КША эта тенденция носила менее выраженный характер просто в силу того, что экономика этой страны была намного хуже развита, да и менталитет у местного населения круче, что вкупе с повальным вооружением приводило «новых бизнесменов» к одеванию «деревянных макинтошей» очень быстро. В британской Канаде экономика была развита еще хуже, чем в КША, практически не давая размаха для «творчества», да и британские колониальные власти не дремали. Примерно на том же уровне была и Мексика. А дальше эффект от дикого капитализма с его либеральным, неуправляемым рынком распространиться не смог.
Однако самым ужасным для ди Суса было то,
Тихим вечером первой субботы октября 1862 года на шикарную виллу в предместье Рио-де-Жанейро пришел почти весь «свет» бразильской столицы. Разве что императорская чета не явилась. Впрочем, в отличие от великосветских раундов в Санкт-Петербурге, Александр смог довольно быстро отвязаться от увлекательно-бредового времяпрепровождения и сразу перейти к делу, уединившись с бароном в отдельном кабинете. К счастью, ди Суса отменно говорил по-английски, поэтому получилось провести предварительные переговоры тет-а-тет.
— Ваше императорское высочество, по всей Бразилии ходят самые разнообразные слухи относительно вашей плантации. И я, признаться, сам сгораю от любопытства, так как ума не приложу, куда можно деть столько каучука.
— Дорогой барон, у меня есть небольшое увлечение — это женщины. Я, знаете ли, их очень люблю. В связи с чем меня тревожит вопрос о том, как сохранить собственное здоровье? Перспективы заработать сифилис и прочие «сюрпризы» меня совсем не радуют. Поэтому меня очень вдохновила найденная совсем недавно весьма интересная поделка — резиновый презерватив.
— Вы думаете, эта поделка будет востребована на рынке? Церковь и общественная мораль, безусловно, выступят против их распространения.
— Меня это волнует в меньшей степени, так как я хочу наладить их выпуск прежде всего для себя.
— Но зачем их вам так много?
— Я же говорю, я люблю женщин, — Александр мечтательно улыбнулся.
— Ваше императорское высочество, вы, верно, шутите? Это же десятки тысяч презервативов в год!
— Возможно. Кто знает? — Александр вновь улыбнулся, в этот раз загадочно. — Вы же должны понимать, что у всех деловых
— Понимаю. Вы, как я понимаю, купили плантацию с запасом?
— Нет. Я хочу ее всю использовать. По большому счету скорость ее освоения упирается только в технические сложности и отсутствие кадрового резерва.
— Но это огромные деньги!
— Зато все мои, — Александр улыбнулся, показывая своим довольным выражением лица, что подобные детали барона не касаются. — У всех, знаете ли, свои заботы. Не только на плантациях.
— Что вы имеете в виду?
— Если говорить начистоту, то у меня несколько месяцев назад прорезалось острое желание стать доброй феей и помочь честным людям спать спокойно.
— Позвольте я угадаю. Именно за этим вы купили два броненосца, огромное количество оружия и отправились в Южную Америку?
— Барон, у вас, без сомнения, есть дар предвидения.
— Ваше императорское высочество, а если без шуток, что вы хотите сделать? Мы серьезно обеспокоены.
— Мы? Вы хотите знать, кому я собираюсь продать это оружие?
— Да.
— Сколько вы готовы мне заплатить за эту информацию? — Иренеу уставился на Александра глазами дойной коровы.
— Простите…
— Ой, ну не стройте из себя святого апостола. Вы хотите узнать очень важную коммерческую информацию, которая позволит при случае провернуть целый ряд выгодных сделок. Вы же не думаете, что эти винтовки будет молчать? А война — это, знаете ли, при правильном подходе, очень доходное дело. Итак, я весь внимание. Меня, честно говоря, даже любопытство гложет — что же вы решите мне предложить в обмен на информацию. — Барон задумался, выдерживая паузу и наблюдая за молодым мужчиной, который сидел перед ним с таким невозмутимым видом, будто он находился у себя дома и разговаривал о вкусе чая. Предложение, которое он делал, было действительно очень солидно, так как позволяло в полной мере так подготовиться к войне, чтобы получить с нее максимальные дивиденды. От таких предложений, как говорится, не отказываются. Впрочем, сильно затягивать «пустоту» в разговоре ди Суса не стал.
— Все зависит от того, что вы хотите. Слишком много я вам предложить не могу.
— Скажу прямо, меня интересует земля в Уругвае. В частности, городок Колония-дель-Сакраменто и его окрестности.
— Но там ничего нет, обычная глухая провинция. Зачем она вам?
— В этом нет никакого секрета. После морского путешествия я увлекся парусным спортом. Покатался в Балтиморе на хороших яхтах и загорелся этим видом спорта. Но, учитывая мое положение, я должен думать и о своих людях. Поэтому мне нужно подготовить пристань и для корабликов моих друзей. — Александр похлопал ресницами чуть ли не как «блондинка» и милейшим образом улыбнулся, от чего Иренеу несколько секунд находился в ступоре, а после расхохотался.
— Знаете, Александр, я еще никогда не слышал таких изящных предложений развернуть военно-морскую базу.
— Ну что вы, все намного интересней.
— И какая площадь вам нужна?
— Не меньше ста тысяч акров. Лучше, конечно, тысяч сто пятьдесят.
— Это решаемо, — барон задумался. — А плантация каучука тоже как-то связана с этой войной?
— Нет. Там действительно — исключительно коммерческий интерес.
В этот момент в дверь постучались, по ходу ее открывая, три молодые симпатичные дамы слегка подвыпившего вида.