Чандра
Шрифт:
Чандра закрыла глаза. Да, она поклялась, что будет подчиняться мужу во всем. Она опять подумала о служанке, соблазненной ее отцом. Чандра слышала, как та стонала, подобно обезумевшему животному.
— Я не такая, как другие женщины! Я не животное!
— Ты сама довела меня до этого, — бормотал он. Раздвигая ноги Чандры, Джерваль слышал ее рыдания, но это уже не могло остановить его. Он чувствовал лишь одно желание — войти в нее. И он сделал это. Джерваль упивался страстью, а стоны Чандры только еще больше возбуждали его. Наконец, откинув голову назад,
На следующее утро Джерваля разбудили голоса. Он попытался подняться, но почувствовал страшную головную боль. Поняв, где он находится, Джерваль позвал Чандру, но ее не было в палатке. Он вспомнил, что произошло ночью, и ему стало тошно от похмелья и от того, что он сделал.
— Боже! — пробормотал он, поднимаясь. Потянувшись за одеждой, он увидел на постели пятно крови.
Он не хотел совершать насилие, убеждал себя Джерваль, но ему пришлось напомнить ей об обязанностях супруги. Однако, вспомнив ее рыдания, он снова воскликнул:
— О Боже!
Выйдя из палатки, он увидел Марка. Тот протянул ему кружку эля. Джерваль посмотрел на вино с отвращением.
— Это облегчит головную боль, — сказал Марк. Джерваль с отвращением выпил и вскоре, к своему удивлению, почувствовал себя лучше.
— Где Чандра?
— Она с Мэри.
Джерваль понимал, что Чандра наверняка не желает видеть его. «Пьяница, болван, — сказал он себе, — безмозглый, отупевший от пьянства глупец! Как мог я забыть слова о любви и просьбы о том, чтобы она верила мне!» Джерваль поклялся себе, что больше не станет принуждать ее никогда.
«Наконец-то я исполнила свой супружеский долг. Но черт бы побрал этого Джерваля, — думала Чандра. — Он добился того, что хотел, так пусть теперь оставит меня в покое и поищет себе другую добычу». Она посмотрела туда, откуда раздавался его смех. Возможно, он даже хвастает перед друзьями своей удалью. Хорошо еще, что он с самого утра держится от нее на расстоянии.
Чандра была в ярости из-за того, что Джерваль так грубо обошелся с ней. У нее все болело, особенно внизу живота. Теперь по крайней мере ей известно, что испытывает женщина во время близости с мужчиной. Неудивительно, что одна из заповедей Господа призывает жен подчиняться мужьям. Едва ли женщина согласилась бы добровольно на такое унижение и боль. Весь день Чандра думала о том, что произошло, и иногда злобно поглядывала на Джерваля.
— Миледи, с вами все в порядке? — спросил Марк, подъехав к ней.
Чандра кивнула и посмотрела на темные облака:
— Мы вымокнем до нитки, если не найдем укрытия.
— В пяти милях отсюда есть небольшое аббатство. Джерваль попросит, чтобы нам дали приют. Но туда еще час езды.
Еще час! Ей придется высидеть в седле целый час, думала Чандра.
— Вам нехорошо, миледи?
Наверное, Марк все знает. Чандра покраснела. Должно быть, Джерваль хвастал своей победой!
— Все в порядке, сэр, — засмеялась Чандра, вскинув голову. — Уикету не терпится перейти
Марку показалось, что Чандра превозмогает боль.
— Извольте, я готов, если вам угодно, миледи.
«Дура! Какая же я дура!» — ругала себя Чандра, погоняя Уикета.
Наконец Марк закричал:
— Вы выиграли, миледи! Постойте, все очень отстали от нас.
Она улыбнулась, когда Марк подъехал к ней и похлопал по шее Уикета.
Едва они добрались до аббатства, как раздались раскаты грома и полил дождь. Чандра разглядывала невысокие каменные постройки. У ворот их встретил монах в грубой шерстяной сутане с капюшоном, закрывавшим голову. Он тотчас впустил их, проводил в сарай с соломенной крышей, служивший конюшней, а сам направился к настоятелю, чтобы сообщить о прибытии гостей.
Плащ не спас Чандру от проливного дождя: она вымокла насквозь. Соскочив с Уикета, Чандра едва не упала, но вовремя ухватилась за гриву коня.
— Позвольте помочь вам, миледи.
Марк предложил ей руку. Велев конюху позаботиться об Уикете, Марк повел Чандру к двери аббатства.
— Еще несколько ступенек, и мы будем на месте, — подбадривал он девушку.
Вдруг послышался голос Джерваля: он звал Марка.
— Со мной все в порядке, Марк, — сказала Чандра.
Он странно посмотрел на нее:
— Поздоровайтесь с настоятелем, миледи, он вас устроит, а я направлю к вам Мэри.
Джерваль вопросительно взглянул на друга.
— Возможно, Чандра выпила вчера слишком много вина. Боюсь, она не слишком хорошо себя чувствует. Ты должен объяснить ей, что захворать может каждый, — проговорил Марк.
Да, Чандра весь день не замечала его, но чтобы заболеть? Нет, подумал Джерваль. Марк принял за болезнь ее неистовую злость.
— Я зайду к ней, поговорив с настоятелем, — отозвался Джерваль.
Марку хотелось спросить Джерваля, почему он избегает жену, но он промолчал. Никто, даже лучший друг, не должен совать свой нос в отношения супругов.
— Один из братьев отвел вашу жену в домик для гостей, — сказал аббат Джервалю. — Ей отнесут еду, она очень устала от путешествия.
Джерваль рассмеялся бы, не будь лицо аббата столь серьезным. Чандра скорее упала бы в обморок от усталости, чем пожаловалась бы на утомление.
— Я сам отнесу ей еду, и мы вместе помолимся на ночь, — проговорил Джерваль, изобразив благочестие.
Настоятель кивнул ему, и Джерваль направился к небольшому каменному зданию у восточных ворот аббатства. Весь день он размышлял, что скажет Чандре, но так ничего и не придумал.
Постучав в дверь, он услышал тихий и усталый голос Чандры:
— Мэри, я не голодна, мне никого не хочется сейчас видеть.
Джерваль открыл дверь. Посреди небольшой комнаты стояла Чандра в мокрой сорочке. Увидев его, она отскочила в сторону.
— Убирайся, Джерваль, — сказала она твердо и холодно.
— Нет, — возразил он, закрыв за собой дверь. Когда Джерваль направился к ней, Чандра попятилась и, задев деревянный табурет, упала на каменный пол.