Час «Д»
Шрифт:
– Полагаю, теперь у мосье Фина достаточно забот, и времени на пустое беспокойство по поводу завтрашнего дня не останется, – не без удовольствия заявил до сих пор молчавший, чтобы не попасть под горячую руку, Лукас. Посмотрев на свои золотые часы с изумрудами, маг прибавил: – Пора и нам с вами, мадемуазель Элька, кое-что сделать.
– Ты же знаешь, если что сделать, а не «сиди дома и не мешайся под ногами», я всегда «за» ! – радостно подтвердила девушка, просто подскакивая с кресла. – Долго просить не надо. Шарль там небось уже заждался.
– Полагаю, его величество сейчас
Лукас стянул с мизинца золотой перстень с крупным ярко-зеленым камнем в окружении более мелких красных огоньков и протянул его Эльке.
– Поскольку ты знаешь, что я не ношу перстней с крупными камнями, то это не внезапный подарок от душевных щедрот, а какой-нибудь магический прибамбас в аренду, – сделала закономерный логический вывод Элька. – Так для чего он?
– Потрите центральный камень, когда начнете разговор с его величеством. Даже если кто-то захочет вас подслушать, все равно не сможет разобрать ни словечка, – рекомендовал предусмотрительный мосье.
– А как же ты? – спросила девушка, принимая аксессуар, переданный во временное пользование, и надевая его на указательный палец, единственный, кроме большого, с которого перстень не норовил моментально свалиться. А ведь руки Лукаса всегда казались Эльке такими тонкими и изящными!
– Мадемуазель, я же маг, – снисходительно улыбнулся Лукас, разведя руками. – И нашу предстоящую беседу с господином Форо смогу защитить от чужих ушей самостоятельно.
– Да, мой великий талант хаотической колдуньи на такие мелочи не разменивается, – гордо подтвердила Элька, слегка уязвленная этими словами.
– Разумеется, вы все больше нашим клиентам гробы рассылаете, – иронично согласился маг, не удержавшись от остроумной, на его взгляд, шпильки.
– Лукас, а в глаз? – деловито спросила Элька.
– Мадемуазель, ma cherie, ваша тонкая и чувствительная натура не позволит вам опуститься до такого вандализма, – уверенно сказал красавчик-мосье, но на всякий случай немного отступил от опасной девушки.
– Ты еще не знаешь, до каких высот вандализма я способна подняться, вспомнив детские годы, когда были биты моей не знающей пощады рукой все соседские мальчишки!
– Этот ваш уникальный талант предлагаю проверить на наших недоброжелателях, – тут же сориентировавшись, внес рациональное предложение Лукас.
– Выкрутился, изобретательный мерзавец, – кивнув в сторону мага, подмигнула Элька Максу.
– С прилагательным согласен, – деловито кивнул технарь, – а вот с существительным… Не слишком жёстко?
– Это я его поощрительно, – оправдалась девушка и, заявив: – Пока, мальчики, не скучайте! – нажала на перстень и исчезла из комнаты.
– Мадемуазель, а переодеться? – заглох возглас мага, тщетно пытавшегося воззвать к благоразумию Эльки.
Мадемуазель, загодя изучившая на плане из «Дорожного атласа» расположение дворцовых покоев, уже вторгалась в опочивальню его величества. Гигантских размеров комната, уставленная тяжелой громоздкой мрачной мебелью, все равно
Подбежав к кровати, Элька быстро запрыгнула на удивительно мягкий, – видно, на удобстве постели его величество все-таки смог решительно настоять в пику церковному аскетизму, – матрас, потерла перстень Лукаса и, интенсивно дергая тонкое шерстяное одеяло, позвала:
– Эй, Шарль, хватит дрыхнуть! Просыпайся!
Из-под одеяла показалась взлохмаченная голова заспанного юноши в белой ночной рубашке, отделанной кружевами. Лежавшие днем аккуратной шапочкой вокруг головы, волосы паренька сейчас стояли дыбом, придавая ему странное сходство с диковинным цветком одуванчика. Проморгавшись, Шарль прошептал с радостным удивлением:
– Госпожа Элька?!
– А ты кого ожидал увидеть? Полосатого слона? – ответила вопросом на вопрос девушка.
– Вы мне снитесь? – все еще не верил в реальность происходящего король, усаживаясь на постели. При этом Шарль выпростал из-под одеяла руки, на рукавах рубашки тоже были кружева.
– Ну вот еще, делать мне больше нечего, как всяким мальчикам сниться, – хихикнула девушка. – Если уж являться, то только въяве.
– Но что вы здесь делаете? – спросил юноша, с восторженным смущением разглядывая странный, но, наверное, естественный для богов и их посланцев наряд ночной гостьи – коротенькую кофточку и еще более короткую юбочку, потом Шарль вспомнил, что надето на нем самом, стушевался и вновь попытался натянуть одеяло под подбородок.
– Как это «что я здесь делаю» ? – всплеснув руками, возмутилась Элька, поерзав на матрасе. – Мы же обещали тебе обо всем рассказать, вот я и пришла! Кстати, а чего это ты под одеяло прячешься, холодно или меня испугался?
– Нет, что вы, госпожа, – криво улыбнулся король.
– А чего тогда? Стесняешься, что ли? Зря! Нелепых ночных рубашек я, что ли, не видела? – беспечно пожала плечами девушка.
– На королях? – уточнил Шарль, начиная улыбаться тому, как запросто с ним обращается посланница богов.
– Нет, поймал, на королях не видела, – вынуждена была честно признаться Элька. – Но я думаю, разницы никакой нет, вы все такие же люди, во всяком случае, снаружи, как и другие. И притом она очень миленькая.
– Ненавижу это слово, – признался юноша и стеснительно попросил: – Вы только госпоже Мирей об этом не рассказывайте, пожалуйста.
– Обещаю, – торжественно сказала Элька, понимая, что прекрасная эльфийка оставила серьезный след в сердце романтичного мальчика.
Успокоившись на счет сохранения тайны ночных облачений, Шарль, чье любопытство оказалось гораздо сильнее смущения, наполовину выполз из-под одеяла и поинтересовался: