Часограмма
Шрифт:
— Слушай, ну хоть мой отец тебя не обижает? — продолжила Василиса, еле поспевая за ним.
Фэш дернулся от ее слов, как ужаленный.
— Никто меня не обижает… фейра! — прокричал он, не глядя на нее. — И вообще, не приставай ко мне! Надоела!
Он сделал рывок и, обогнав Марка, полетел сразу за Астариусом.
От неожиданности Василиса остановилась, но, быстро взяв себя в руки, полетела всех догонять.
Тем временем с ней поравнялся Маар.
— Ты знала, что мы полетим в прошлое? — спросил он спокойным голосом. Гигантские часовые шестеренки, валы и маятники остались позади, их шум постепенно стихал, сменяясь далеким, размеренным
Василиса, в душе которой еще клокотала буря после злой тирады Фэша, лишь помотала головой.
— Астариус сообщил мне в письме, — продолжил мальчик, — что это путешествие очень важное: какой-то человек из прошлого хочет со мной встретиться. Признаться, я так удивился… Но теперь я понимаю, что приглашение получили четверо. Интересно, почему выбрали нас, — задумчиво добавил он. — Впрочем, с вами-то понятно, вы же ключники. А почему я?
— Не знаю, — буркнула девочка, чтобы не молчать.
Казалось, Маар не замечал ее дурного расположения духа.
— Это наверняка связано с Астрагором… — предположил он, летя рядом. — Что-то у меня плохие предчувствия.
Василиса, у которой настроение и так было хуже некуда, чуть не стукнула друга по макушке — не хватало еще, чтоб накаркал!
— Василиса! А тебе не кажется, что стало как-то тихо? — Маар в раздражении покрутил головой. — Только этот мерзкий, жутко раздражающий шелест…
Василиса удивленно покосилась на него, как вдруг сама уловила странный, монотонный звук — словно кто-то медленно водил лезвием ножа по точильному камню. Оказывается, путешественники вновь подлетали к огромному часовому механизму — жуткий шелест исходил от трения между собой металлических зубцов довольно крупных, в рост человека, шестеренок. Василиса заметила, что как только она сосредотачивала взгляд на какой-нибудь детали, та увеличивалась в размерах и надвигалась прямо на нее.
— Астариус выбрал странный путь, — удивленно произнесла девочка. — Как думаешь, Маар?
Но друга не было рядом. Да и остальных след простыл.
Василиса хотела подняться над механизмом, но увы — весь механизм услужливо поднялся вместе с ней. Очевидно, придется лететь через его лабиринт.
Впрочем, у Василисы не осталось выхода: со всех сторон на нее надвигались шестеренки, и вблизи их зубчатые края казались невероятно острыми. Но хуже всего было другое: металлический шелест нарастал, превращаясь в свистящий, режущий, до ужаса неприятный скрежет.
Спасения не было. Василиса уже готова была запаниковать, как вдруг заметила узкую полосу света — в левой стороне, между двумя часовыми колесами с мелкими зубчиками, выглядевшими не такими опасными, как остальные. Недолго думая она нырнула в образовавшийся просвет.
К счастью, интуиция ей не изменила: как только Василиса вылетела за пределы страшной механической западни, скрежет прекратился, а сама она распласталась на чем-то мягком, похожем на пушистый шерстяной ковер. Где-то рядом тикали часы, и сейчас их монотонный, умиротворяющий стук показался Василисе лучшей музыкой в мире.
Некоторое время девочка так и лежала, абсолютно не двигаясь — после перенесенных испытаний тело требовало покоя.
Но вот вспыхнул яркий свет.
Василиса осторожно подняла голову и осмотрелась. Эта комната чем-то напоминала библиотеку какого-нибудь дворца: высокие шкафы из темно-красного дерева, с тысячами корешков толстых книг в золоченых переплетах, тускло проглядывающих из-под стекла затемненных дверец, старинные ветвистые канделябры
Справа от камина, облокотившись на резную спинку стула, стоял высокий, подтянутый мужчина в идеальном черном фрачном ансамбле и с интересом рассматривал Василису. Одежда этого человека выглядела донельзя старомодной: высокий белый воротник рубашки подвязан матово-серым платком, из-под отглаженных брючин со шнуровкой на боку выглядывают узконосые черно-белые туфли. А на каминной полке — вот чудеса! — спокойно лежит черная шляпа-цилиндр, похожая на те самые шляпы, из которых фокусники обычно вытаскивают кроликов. В левой руке мужчина держал длинную черную трость с набалдашником в виде матово-зеленого драгоценного камня, а в правой — тяжелые на вид, округлые золотые часы на длинной цепочке.
— Извини, дорогая, за это маленькое неудобство, — приятным мягким баритоном произнес мужчина, щелчком захлопывая крышку часов и пряча их в карман светло-серого бархатного жилета. — Я немного ускорил твое появление, чтобы иметь возможность поболтать наедине, без лишних свидетелей. Все-таки мы родственники и можем иметь свои маленькие семейные тайны.
— А вы кто? — Василиса с любопытством разглядывала этого человека. Почему-то она совсем не боялась его, хотя мужчина выглядел сильным, уверенным, привыкшим к беспрекословному подчинению. Да и, признаться, больше всего поражал его острый и цепкий ястребиный взгляд светло-зеленых глаз на худом, остроносом лице. Еще не зная ответа, Василиса была уверена, что перед ней или отец Нортона-старшего или его дядя, сходство казалось изумительным.
— Так вот ты какая, Василиса Огнева… Рад наконец-то познакомиться с тобой, правнучка.
Правнучка? Василиса взглянула на него с недоумением: по виду мужчина тянул на ровесника Нортона-старшего, уж точно не на дедушку… Сомнений быть не могло: она все-таки попала в прошлое, а значит, этот человек и есть тот часодей, в гости к которому вел их всех Астариус.
— Позвольте представиться, юная леди, Родион Хардиус Огнев. Я твой прадед — человек из прошлого, часодей, мастер и изобретатель, изгнанник Астрограда, в чем-то даже преступник и негодяй. Да-да, моя биография имеет криминальные страницы… Впрочем, подвиги твоего родного отца дадут фору всем моим приключениям.
— А-а, так это вы открыли секрет зачасования человека, — протянула Василиса, припоминая страницы из учебника по Хронологии. — А еще вы придумали уникальный способ расширения пространства и еще что-то очень важное…
Родион Хардиус заложил руки за спину и, покачавшись на носках, изрек:
— Мда… Приятно, что меня не забыли в будущем. Особенно радостно, что собственная правнучка даже слышала обо мне что-то важное. — Он строго, без улыбки взглянул на нее, и Василиса тут же выпрямилась в струнку. — Но вернемся к более насущному… Я передал Астариусу просьбу встретиться с тобой. Наконец-то он согласился, но лишь после того, как я пообещал помочь тебе разобраться с часовым флером. Он никогда не доверял мне, этот хитрец… Надеюсь, ты простишь мне мой трюк, я специально создал временную петлю — небольшое ответвление от вашего пути, на разгадку которой у Астариуса уйдет минут тридцать… Хотя нельзя его недооценивать, никак нельзя… Надеюсь, он не сразу догадается, что ты исчезла.