Часть 3
Шрифт:
Человеческий правитель тяжело откинулся на спинку резного деревянного кресла. Воздух с еле слышным, назойливым свистом вырвался из стиснутых челюстей. Взгляд потух, густые кустистые брови опустились, скрывая от наших глаз мрачную решимость на донышке тёмных зрачков.
Ну уж нет, княже… Ещё не всё дорешено…
– Князь, – с лёгким намёком на поклон обратилась я к правителю, – позвольте мне и моим спутникам ненадолго уединиться для принятия наиболее верного решения…
Тут меня озарило. В который раз за аудиенцию поймав взгляд тёмных глаз –
– Конечно, если вы считаете прямое вооружённое столкновение наилучшим выходом из этой непростой ситуации… то обсуждать нам, думаю, больше нечего.
Вот так и только так. Ну же, князь, вспомни, что ты правитель, а не воевода! Что тебе дороже – худой мир или добрая ссора?!
Всё теперь в твоих руках, человек…
– Хорошо, – этот хриплый, усталый голос показался мне гласом истерзанных небес, осиянным неземным светом и невесомым трепетом ангельских крыл… Получилось! О Боги этого мира – не знаю, есть вы тут или нет, – всё равно спасибо вам! Получилось!!!
Уважительно поклонившись, я отвернулась от правителя и одними губами скомандовала Вилю:
– Ставь Сферу Отторжения.
Так на языке эльфов называется пресловутый 'мыльный пузырь', который используют для принятия Советом важных решений.
Воздух вокруг сгустился и потемнел, Сфера возникла вслед за плавным движением руки эльфа. А теперь можно и 'поговорить'.
– Это правда, что Диндаэрон отравлен? – налетела я на высокого эльфа.
– Правда, леди, – вымученно кивнул Голос Леса.
– Почему вы не сказали об этом, пока мы ехали в карете? Или думали, что мы все тут в игрушки играем?!
– Потому что… – красноволосый запнулся, не желая признавать свою непростительную ошибку. Настороженная пауза, и на нас выливается всё возмущение и недовольство, какое только отыскалось в его смятённой чувствами душе: – Какая разница, почему? И кто вы такие, чтобы требовать у меня ответа?.. Да если бы не ваше вмешательство, аудиенция у человеческого правителя прошла бы совсем по-другому! И, я уверен, кончилось бы всё так, как надо!
Ну вот, пожалуйста. Побочный эффект эльфийского менталитета. Первая реакция любого эльфа на непредвиденные и неприятные обстоятельства: спихнуть вину с себя – раз, и не принимать никаких решений, пока произошедшее не уложится в голове, – два. А дальше, уже как следует всё обдумав, можно и покаяться в своих грехах, и признать, что виноват был ты и никто иной… Но только тогда, когда морально будешь готов принять наказание.
По-моему, такой подход – бред чистой воды. Набедокурил, так изволь немедленно приложить все силы, чтобы исправить содеянное как можно быстрее. Окружающие не должны пострадать из-за тебя… Вот только попробуй я это сказать эльфам, меня, как минимум, не поймут… Как максимум, сочтут особо опасной сумасшедшей.
– Не смей повышать на Эленсиль голос!
А что это у нас за 'вьюноша бледный со взором горящим' и острыми ушами? Неужели
Старею, наверно. Совсем перестаю что-либо понимать…
– А вас, лорд, никто не спрашивает, – издевательски поклонился Голос Леса.
– Зато вас, лорд, – а сколько патетики, сколько издевки и змеиного шипения в недавно звонком голосе! – спрашивает Серебряный маг, так что будьте добры отвечать на вопросы!
Я закатила глаза… Приехали. Второй раз за десять минут – это даже для меня слишком. Ещё одной разборки я не переживу.
Значит, изничтожим сомнения на корню. Как там я во сне приводила себя в порядок?
Сила Жизни откликнулась сразу и охотно, по голове побежали мурашки, серебряные пряди чуть колыхнулись. Я гордо улыбнулась – волшебствовать у меня выходит всё лучше и лучше! Иногда даже получаю тот результат, которого и хочу добиться!
Например, вернуть только изначальный цвет волос, а не сбросить всю иллюзию эльфийской девушки.
– Олорин, остынь. Сейчас манеры нашего вынужденного соратника – не главное.
Как я и хотела, эльфы обернулись. Виль расплылся в идиотской улыбке, а 'вынужденный соратник' вспыхнул, почти сравнявшись цветом лица с шевелюрой, и низко поклонился.
– Прошу прощения, леди… Я не знал… Я даже подумать не мог, что в этом захолустье… Шеолрен Ильтэниас, полностью в вашем распоряжении, леди…
Его сбивчивые извинения порядком повеселили Виля и Дарину, которая всё это время вела себя тише воды, ниже травы и только сейчас, злорадно хихикнув за моей спиной, напомнила о своём существовании.
– Дарина! А что ты думаешь об этой ситуации? – воспользовалась моментом я.
Девушка задумчиво потеребила мочку вполне человеческого с виду уха и, поминутно смущаясь под взглядами эльфов, выдала свою версию:
– Война сейчас – это гибель для эльфийского народа. Лесов всего три, и жителей в них немного. Люди просто задавят нас, и числом, и оружием. Ведь другие расы останутся в стороне от конфликта, что не помешает гномам и оркам продавать людям своё оружие – как и раньше… Эльфы слишком обособленно живут, и вряд ли нас хоть кто-то поддержит, если дело дойдёт до войны.
Что-то подобное я и предполагала… Вздохнули мы с Дариной одновременно.
– Гибель эльфийского народа?! – возмутился вдруг Виль. – А что, будет лучше, если мы безмолвно снесём человеческую подлость?!! Отравлять Лес – последнее дело, на такое только люди и способны!.. Поверь мне, Эленсиль, ни одному эльфу даже в голову не придёт, что это можно оставить безнаказанным! Эльфы Диндаэрона лучше полягут все до одного, но мы будем знать, что отомстили за своих сородичей!
Я устало прикрыла глаза. Боже, какой же он ещё ребёнок! Эти напыщенность и ложное чувство собственной значимости точно погубили бы переговоры, не будь тут меня. Моё же решение Виль примет безоговорочно, да и судя по подобострастному ступору красноволосого, он тоже ни слова не возразит…