Часть 3

Негласная Елена

В большом светлом зале нас уже ждал князь в окружении двух десятков людей – приближённых правителя и его советников. Первые отличались основательно пропитыми фэйсами, а вторые – не в меру надменными масками… И то, и другое у присутствующих заменяло лица.

Я скривилась, сделав вид, будто недовольна плящущим по глазу солнечным зайчиком. Эльфы синхронно окаменели. Прямо статуями стали, в натуральную величину.

Сам человеческий князь выгодно отличался на фоне своего окружения. Неброско, но эффектно одетый немолодой мужчина с волевым подбородком… и бешеным взглядом. Кто же это так радеет за добрососедские отношения между эльфами

и людьми, что приложил немалые усилия, дабы к нашему приходу настолько вывести правителя из себя? В том, что нужно очень постараться, чтобы разозлить князя, я с первого взгляда уверилась на сто процентов. Уж очень серьёзный опыт правления у него за плечами, и лицо достаточно умное…

Традиционный обмен любезностями (или это были приветствия?) я благополучно пропустила мимо ушей, заметив только, что вещать всё-таки начал красноволосый, оттеснивший Виля в сторону в самый последний момент.

Я даже вперёд шагнула, от нетерпения. Что могло случиться в Диндаэроне? Когда мы уезжали, там всё было тихо и спокойно…

– Послание человеческому князю от эльфов Диндаэрона, – напыщенно-торжественно начал свою речь красноволосый, входя в роль Голоса Леса. – В ночь восемнадцатого дня Поздней Летней Луны воды Серревайэ, по-человечески – Туманной речки, – были отравлены гнилостным камнем, в просторечии 'голубянкой'. Гнилостный камень кинули в воду около человеческого поселения Последний Рог, чуть ниже по течению, чем располагается деревня. В результате полностью вымерла сама река и сильно пострадала природа берегов Серревайэ, как на равнине, так и в эльфийском Лесу… В том числе, отравившись гнилостным камнем, погибли двое эльфов и многие заболели…

Он говорил всё медленнее и тяжелее, с трудом выталкивая из себя слова и стараясь не раскиснуть… Нельзя перед людьми показывать слабость.

Виль побледнел, сравнявшись цветом со своим балахоном. Как бы ни было на самом деле, он сейчас чувствовал себя виноватым, что его в это время не оказалось в Лесу… Даже если помочь он не в состоянии.

Я не заметила, как оказалась между эльфами, чуть впереди них. Лёгкие касания пальцев должны были символизировать мои сопереживание и поддержку… Виль благодарно положил руку поверх моей кисти. Второй эльф, скорее всего, сам того не замечая, подался ко мне, почти касаясь своим плечом моего…

А я стояла, натянутая как струна, готовая взмыть ввысь в горестном плаче или с резким звуком оборваться, разрушая всеобщее напряжение. Глаза поймали яростно-издевательский взгляд князя и не отпускали его. Злорадство и торжествующее ожидание выплёскивались на меня, ледяными струйками мурашек стекая по спине…

Стоять под этим взглядом было мерзко и противно. Но нужно. Оба эльфа просто не выдержат такого напора – и чем тогда кончатся переговоры, гадать не приходится: войной.

И всё же, кому так нужен конфликт между нашими расами?! Не князю, нет. Он – только пешка в чужих руках… Хотя, надо признать, удачно выбранная пешка. Невооружённым глазом видно, что у князя этих земель такой весь из себя распрекрасный и опасный Эльфийский Лес, расположенный прямо под боком, сидит в печёнках, если не сказать хуже…

'Ты что-то ещё хотел сообщить?' – безмолвно подтолкнула я красноволосого.

Он еле заметно кивнул, набрал в лёгкие воздуха и продолжил:

– Эльфы Диндаэрона и Хранители других Эльфийских Лесов требуют, чтобы люди немедленно прекратили отравлять реку и возместили ущерб,

нанесённый эльфам Диндаэрона, их Лесу и территориям равнин…

Глаза князя полыхнули ненавистью. Я изо всех сил сжала пальцы Голоса Леса – но он не остановился.

– Для возмещения ущерба достаточно добровольного патрулирования предгорий Непроходимого Хребта человеческими отрядами – в течении осенних, зимних и весенних месяцев текущего года. Для этого людям придётся выделить около пяти тысяч воинов.

Всё. Приехали.

И кто сказал, что умудрённые жизненным опытом эльфы – сильны в дипломатии?!

После слов красноволосого в зале повисла тишина. Даже приближённые правителя перестали ёрзать и перешёптываться. Советники и вовсе окаменели, боясь малейшим звуком напомнить о своём присутствии. Все, кроме одного – особо 'умного', как водится…

– Откуда мы возьмём столько воинов? – ошарашенно ляпнул он.

Князь, до этого, видимо, впавший в ступор от нашей наглости, 'оттаял' и взорвался:

– Пять тысяч?!!… Патрулировать траву и деревья?!!… В качестве возмещения ущерба?!!

Княжеский рык резко перешёл в хриплый гогот, долженствующий означать смех.

Меня окатил озноб. Да что за человек перед нами?!

Кто-то из приближённых нервно хихикнул. Князь сверкнул глазами на идиота и снова повернулся к нам. Теперь он не кричал, но в голосе отчётливо звенели ярость и возмущение:

– А сами возместить ущерб ваши светлости не хотят? Или, может быть, вы вернёте к жизни всех моих подданных, которых убили? А заодно и отзовёте своих мерзких тварей – туда, откуда взяли?

Князь перевёл дыхание, а Виль поспешил воспользоваться паузой:

– Мы не знаем, о чём вы говорите, князь. Объясните подробнее, а лучше – приведите факты и доказательства нашей вины…

– Доказательства?!! – опять взревел князь – ненадолго же хватило его самообладания… – А то, что в мои северные деревни каждую ночь проникает кто-то, не оставляющий следов, и убивает людей – это не доказательство?! А то, что на промысловиков и охотников стали нападать магические твари – это тоже не доказательство?! Только эльфы могут пройти под носом у сторожевых собак, так, чтоб они не услышали! Только эльфы владеют магией на достаточном уровне, чтобы управлять этими мар`крхалльими порождениями! Этих доказательств вам достаточно?!

– Но зачем это нам?! – не выдержав, перебил Виль.

– Зачем?!! А зачем вы пытаетесь обвинить людей в каком-то глупом отравлении?! Можно подумать, людям делать больше нечего, только речки травить! Зачем, говорите?! Вот сами и ответьте – зачем!

– Мы не убиваем людей! Мы не управляем никакими магическими тварями! – Виль оправдывался, а в душе царило смятение, ясно читаемое по посеревшему лицу. Да, раньше не убивали. Да, он не знает ни о каких тварях… Но во время его отсутствия могло произойти всё, что угодно.

– Ах, не убиваете? И тварей не знаете? Тогда – кто?! Откуда они взялись?.. Нет, светлые лорды, кроме вас больше некому. И вы прекрасно знаете, что это значит! Вы хотите войну – вы её получите!

– Стойте! – я выскочила вперёд, замерев между эльфами, растерянными и огорошенными, и яростно сжимающим кулаки человеческим князем. Повторила по-человечески: – Стойте…

Эльфы перевели дух, вопросительно косясь на меня и не смея лишний раз всколыхнуть воздух необдуманными словами. Раньше надо было так себя вести! А теперь уже поздно, дипломаты остроухие!