Чайка
Шрифт:
– Буду ждать с нетерпением, – с иронией в голосе сказал Снейп, хотя на самом деле ему было тревожно. Ее песни пробивали ту глухую стену, которая до сих пор надежно защищала его.
– Кстати, Малфой говорил со мной о вас, – вдруг сказала Франческа.
Снейп вопросительно приподнял брови.
– Он сказал, что вы коварны и опасны.
– Да, я коварен. И опасен.
Снейп тоже улыбнулся.
– На самом деле, – насмешливо сказал он. – Это мне следует опасаться оставаться с вами наедине.
– У меня через неделю день рожденья, – неожиданно сказала Франческа, – мне исполнится семнадцать.
– Поздравляю, – холодно сказал Снейп, уже понимая, к чему она клонит.
– Я буду совершеннолетняя.
– Рад за вас.
– И Азкабан вам уже не грозит.
– Зато мне грозит увольнение, если я начну спать со студентками.
– Я не собираюсь на вас жаловаться.
– Слава Богу, пока еще никто не жаловался, – насмешливо сказал он. – Но к вам, юная леди, это не имеет никакого отношения.
– Может мне бросить школу?
– Даже не думай! – прошипел Снейп, поворачиваясь к ней. Его глаза гневно сверкали. – Я не позволю вам… – внезапно он замолчал. Кажется, он впервые заметил, как она красива. Высокие скулы, прямой нос, огромные синие глаза. Умело и в меру наложенная косметика подчеркивала юную свежесть и природную красоту лица. Грудь девушки мерно поднималась и опускалась в такт дыханию. «Только этого мне сейчас не хватало» – с отчаянием подумал Снейп.
– А помните, вы были у меня дома, и я вышла из ванной?
– Помню. И что?
– Я знала, что вы в комнате. Я слышала, как вы разговаривали с Меган.
– Я хочу задать вам один вопрос. Можно?
– Задавайте, – сквозь зубы процедил Снейп, вытирая лицо носовым платком.
– Скажите, все дело в том, что я студентка, или я просто вам не нравлюсь?
– Я отвечу на ваш вопрос, мисс Фицжеральд, когда вы окончите школу, – сухо ответил он.
– А вы доживете до этого времени?
– Что?! Вы полагаете, что я настолько стар? – с иронией спросил Снейп.
– Он убьет вас, если узнает, – тихо и отчаянно произнесла девушка. – Убьет.
Теперь Снейп смотрел куда-то поверх ее головы и молчал.
– Я теперь все время об этом думаю, – продолжала она.
– Не надо, – быстро сказал Снейп, – не надо об этом думать. Со мной все будет в порядке.
– Я вам не верю, – с горечью сказала девушка. – Я теперь знаю, когда вы врете.
В зал ворвался Филч, таща за собой отчаянно брыкающегося Малфоя.
– Я поймал
– Ну ладно, не приглашали меня! – рявкнул Малфой, вырываясь наконец из рук смотрителя. – Я солгал.
Тут он увидел Снейпа и Франческу с бокалами в руках, стоявших рядом. Страх и ненависть, вспыхнувшая в его глазах, была настолько очевидной, что ее могли заметить многие.
– Я провожу вас в вашу гостиную, Малфой, – Снейп загородил спиной мальчишку от любопытных взглядов. – Идемте.
Филч открыл было рот, чтобы возразить, но, наткнувшись на взгляд Снейпа, поспешил ретироваться – плохой памятью он не страдал.
Втолкнув Драко в пустую аудиторию, Снейп злобно прошипел:
– Что ты там наговорил про меня этой грязнокровке Фицжеральд?
– Не смейте ее так называть!
– Не твое соплячье дело, как я ее называю!
– Не смейте приближаться к ней! Если вы ее хоть пальцем тронете…
Драко замолчал, с ненавистью глядя в лицо своему декану.
– Я уже трогал ее, Малфой, – мерзко засмеялся Снейп. – И не только пальцем. Послушай, Драко, если тебе так нравится эта девка, можешь развлечься с ней сам. Я уже получил от нее что хотел, она мне без надобности. Только держи язык за зубами, понял? Я даже могу тебе помочь, если хочешь. Знаешь, как это делается? Сначала Империус – и девочка делает все, что тебе надо, потом Обливиэйт – и девочка ничего не помнит. Ты не представляешь, сколько хорошеньких студенток Хогвартса потеряло девственность таким образом.
Драко в ужасе смотрел на Снейпа, и тот почувствовал легкий укол совести – не надо было так уж сильно пугать пацана – тот и без того еле жив от страха.
– Не смейте, – прошептал Драко. – Я вас … Я вас..
– Убьешь? – усмехнулся Снейп. – Кстати, об убийствах. Расскажи-ка мне об ожерелье, которое ты подсунул Кэти Белл.
Вернувшись на вечеринку после безрезультатного разговора с Малфоем, Снейп понял, что успел как раз вовремя. Франческа садилась за фортепиано.
Там нет меня,
Где на песке не пролегли твои следы.
Там чайка белая в тоске,
Там чайка белая в тоске
Кружит у пенистой воды.
Я только там,
Где звук дрожит у губ желанной пристани.
И где глаза твои – стрижи,
И где глаза твои – стрижи
Скользят по небу пристально.
Там нет меня,
Где пароход в ночи надрывно прогудел.
Где понимает небосвод,
Где понимает небосвод,
Что без тебя осиротел.
Я только там,
Где почертить смогу я круг невидимый.