Чайка
Шрифт:
Ты знаешь без тебя и дня,
Ты знаешь, без тебя и дня
Прожить нельзя мне, видимо.
Под гром раздавшихся аплодисментов Снейп вышел из зала и побрел в сторону слизеринского подземелья.
Март 1997 Будущее, которого нет
– После стольких лет?!
– Всегда.
Ясные глаза Дамблдора были полны слез. Он тяжело опустился в кресло, и Снейп увидел, что болезнь зашла уже далеко и отнимает у старика последние силы. Значит, скоро…
– Я думал, – тихо сказал Дамблдор, – эта девочка
– Это не то, – ответил Снейп.
– Не то…. – с горечью повторил Дамблдор, – не то...
Он надолго замолчал.
– Скажите, Альбус, – Снейп сел в кресло напротив. – Если бы вы, ну скажем, были моложе, чем сейчас… И юная красивая девушка признавалась вам в любви, посвящала вам песни, боялась за вашу жизнь – вы бы остались абсолютно равнодушным?
– Нет, – Дамблдор улыбнулся, – я бы и сейчас не остался равнодушным, но, увы…
Снейп помолчал.
– Франческа Фицжеральд – это будущее, которого у меня нет.
– Никто не знает свое будущее, – быстро сказал Дамблдор.
– Вы знаете.
– Я сам его выбрал, Северус, но ты…
– Мы все сами выбираем свое будущее. И мой выбор тоже не предполагает тихую спокойную старость в кругу семьи.
– Ты не можешь знать свою судьбу, Северус, – твердо сказал Дамблдор. – Ты не должен терять надежду.
– Надежда – глупое чувство. Но, давайте не будем об этом спорить. Скажите мне лучше, что я должен сделать в отношении Поттера?
– Ты должен предупредить ее, – вдруг невпопад ответил директор. – Я, старый маразматик, об этом совсем не подумал.
– Вы что, с ума сошли?
– Я не говорю, что ты должен сказать ей прямо, что будешь убивать меня. Но дай ей понять, что она должна верить тебе, что бы не случилось. Она не должна считать тебя предателем.
– Северус, ты дурак! Ты же уже пытался однажды убить в ней любовь, – досадливо крикнул Дамблдор, – забыл, чем это закончилось? Нельзя играть чувствами людей, которым мы дороги, – настойчиво сказал он. – Предупреди ее…. Пожалуйста.
Июнь 1997 Время истекло
Последний урок защиты от темных искусств у шестикурсников Когтеврана подошел к концу. Оживленно переговариваясь и смеясь, студенты потянулись к выходу – все предвкушали скорое наступление летних каникул. Снейп смотрел в окно и собирался с духом. Сейчас он должен ей будет как-то сказать об этом, другого случая уже не будет – он и так оттягивал, сколько мог. В классе стало тихо. Снейп обернулся и с удивлением увидел, что Франческа тоже ушла. Странно, он почему-то был уверен, что она останется, захочет попрощаться, например.
Поздно вечером Снейп улегся в постель, но тяжелые и мрачные мысли не давали заснуть. Дамблдор опять куда-то уехал, ничего не объясняя, но на этот раз зачем-то прихватив
Мое лицо спасает темнота,
А то б, я, знаешь, со стыда сгорела.
Что ты узнал так много обо мне.
Хотела б я восстановить приличье,
Да поздно, притворяться ни к чему.
Ты любишь ли меня? Я знаю, верю,
Что скажешь – да. Но ты не торопись.
Ведь ты обманешь. Говорят, Юпитер
Пренебрегает клятвами любви.
Не лги, Ромео. Это ведь не шутка.
Раздался тихий осторожный стук в дверь. Быстро накинув на себя халат и захватив волшебную палочку, он подошел к двери.
– Кто там?
– Это я.
Снейп открыл дверь. Франческа была одета в то же самое длинное, облегающее фигуру платье, которое она надевала на вечеринку Слизнорта.
– Кто позволил вам разгуливать по коридорам в ночное время, мисс Фицжеральд?
– И не говори, – выдохнула девушка. – Чуть не попалась Филчу. Хорошо, успела спрятаться в пустой класс. Ты меня впустишь?
Снейп отодвинулся, давая ей пройти.
– Мисс Фицжеральд, – сказал он ледяным тоном, закрывая дверь, но не запирая ее, – вы понимаете, что приходить к холостому мужчине в столь поздний час совершенно неприлично?
– Можно подумать, – ядовито ответила девушка, – что приходить к женатому мужчине в такой поздний час было бы прилично.
Снейп улыбнулся, но тут же взял себя в руки.
– Что вам от меня нужно, мисс Фицжеральд?
– Вы знаете, что мне нужно.
– Вы еще не окончили школу, – холодно ответил он.
– Я – нет, а вы?
– В каком смысле? – удивился Снейп.
– Все знают, что должность преподавателя защиты от темных искусств проклята. Все, кто работали на этой должности, в конце года либо умирали, либо сходили с ума, в лучшем случае – увольнялись.
– Ну, это же суеверие!
– Сколько лет вы работаете в Хогвартсе?
– Шестнадцать.
– Сколько за это время здесь было преподавателей защиты?
– Шестнадцать, – неохотно признал Снейп. – Но я, как видите, жив, нахожусь в здравом уме и, возможно, если я не буду спать со своими студентками, меня даже не уволят.
– Вы хотите, чтобы я ушла?
– Да, хочу!!!
– Хорошо.
Девушка повернулась, вышла и прикрыла за собой дверь. Снейп растерянно смотрел ей вслед. Он-то приготовился к длительной обороне и не ожидал, что она так легко сдастся. На всякий случай он выглянул в коридор. Там было пусто. Недоуменно пожав плечами, Снейп пошел на кухню и заварил себе чай. «Не очень-то, видимо, ей и хотелось», – обиженно подумал он, положил на поднос печенье и пошел в спальню. Переступив порог, он застыл – на кровати расправляла крылья синеглазая чайка.