Чебурашка

Ромов Дмитрий

— Миха, ну ты мудрец, в натуре. Поэтому мне и нужен бокс. В репу ему всеку, а потом пусть о партере думает.

— Слушай… не знаю. Ну, попробую поговорить с тренером, чтоб тебя взяли… Но не обещаю. У нас-то уже маститые все, врубаешься? Тебе на начальный уровень надо. И долбить год минимально, чтобы хоть что-то получаться начало.

— К Новому году и не днём позже. Я его уделаю под бой курантов.

— Ты про Цепня что ли опять?

— Вот посмотришь, Мих. Размажу, как насекомое.

— Ну что, Джексон фэмили, за победу

в соцсоревновании! — говорю я и чокаюсь своей металлической креманкой с креманками своих «коллег».

— Ага, за победы лёгкой промышленности, — прыскает Вика.

Мы сидим на втором этаже в «Льдинке» и отмечаем предпринимательские успехи. Модные, молодые, жизнерадостные. И мы крутые, и погода, и музло и мороженое. А ещё и бабки на кармане. Кайф.

Корпоратив проходит в дружеской обстановке, с ликёром, добавленным к шарикам пломбира. По-взрослому в общем. Негромкая музыка и снующие официантки создают чувство, что весь мир крутится вокруг нас.

И Вика сегодня ласковая и многообещающая. Уже дважды положила свою прохладную ладонь на мою руку. И дважды наклонялась ко мне и шептала на ухо, касаясь волосами. Ух! Просто ух! Сердечко стучит, кровушка вскипает и копыто хочет ударить оземь. Чувства юности они такие. Нет, с одной стороны, смешно, конечно, но чувства эти такие яркие, сочные, просто наркотик.

— Слушайте, а давайте на Химкомбинатовскую турбазу съездим, — предлагает Миха. — У Костра батя договорится, два номера возьмём побалдеем. Только не в корпусе, а в коттедже. Вообще, лучше целый занять. Там классно. Погода отличная, можно на лодке поплавать. Если возьмём лодку, я вас на остров свожу, там с другой стороны песчаный пляжик есть. Шашлычок сделаем, позагораем, искупаемся, вина напьёмся. На пару деньков. У меня, как раз отдых на следующей неделе.

— Вчетвером что ли? — делает широкие глаза Вика и, наклонившись ко мне, снова шепчет. — Представляю, что с отцом будет, если он узнает, с кем я поехала.

Она смеётся, утыкаясь своей головой в мою, и по спине от этих лёгких прикосновений пробегают мурашки.

— А почему нет? — отвечает Миха. Возьмём два номера, в одном вы с Артамоном, в другом мы с Катёной. Да, Кать? Чё? Классно я придумал? Оторвёмся не по-детски.

Все смеются. Разумеется это предложение по распределению номеров воспринимается как шутка. Откровенная, дерзкая, почти эротическая, но шутка.

— Отлично, — подхватываю я. — Только Катя с тобой не поселится.

— Почему это? — удивляется Миха. — Кать, правда что ли? Отказываешься? Нет, скажи, правда?

— Миш, Кате серьёзный парень нужен, а у тебя по девушке в каждом городе, где ты на соревнованиях был, да и здесь в каждой школе и в каждом институте.

Приходится быть старым занудой, но такие-то элементарные вещи уж можно понимать.

— Да ты чё гонишь? — смеётся он и пинает под столом по ноге. — Ты вон с Викой разбирайся. Чё к нам-то лезешь? Ты Катюхе кто? Отец что ли? Или товарищ? Вот и веди себя по-товарищески.

— Я по-братски, — гну своё я. — Как опытный и заботливый брат, Кать, я тебе точно не советую.

— Тём, — усмехается

Катька, и на щеках у неё вспыхивает румянец, — у меня ведь уже есть младший брат. Думаешь, мне ещё надо?

Она улыбается, но глаза при этом кажутся невесёлыми.

— Съел? — ржёт Миха. — У тебя вон девушка заскучала, обрати на неё внимание. От этого всем лучше будет.

Я обращаю. И она на меня в кои-то веки тоже обращает. Мы болтаем и я, положив руку на спинку стула, даже немного её приобнимаю. Нет, ничего такого, торопиться с этим делом мы не будем. Зачем?

Прошлый я попытался бы быстро зафиксировать преимущество и тут же, по горячим следам, соблазнить барышню. Но всем известно, как закончил этот самый прошлый я. Так что, нет. Пусть Вика этого захочет. Сама захочет. И не как-то случайно и неожиданно, а потому, что я стану таким чуваком, которого просто невозможно не захотеть.

Она бросает взгляд на часики и прикусывает губку. Артистично, отрепетировано, но от этого не менее мило.

— Ой, — говорит она. — Мне бежать надо. Ладно. Вы оставайтесь, а я помчалась, а то меня отец на неделю дома запрёт.

— Прямо запрёт? — удивляется Катя.

— Он может, — со смехом подтверждает Миха. — Меня один раз чуть с лестницы не спустил.

Вика вскакивает и убегает, буквально растворяясь в воздухе, и не оставляя никаких шансов проводить или что-то ещё. Ну, окей, я пожимаю плечами.

— Обломался, — смеётся мой товарищ. — Не надо было на других девчонок засматриваться. Гляди, она очки забыла. Догони, давай.

Точно, на столике лежат солнцезащитные очки, такие же, как у Артура, модные, дорогие. Я беру их и быстро спускаюсь по лестнице. Сбегаю вниз и выскакиваю на улицу. И успеваю как раз вовремя, чтобы увидеть Вику.

В этот самый момент она высоко задирает ногу и усаживается на мотоцикл. Она поправляет шлем и прижимается к мотоциклисту, крепко обхватывая за грудь. Тот выкручивает газ и рвёт с места. Её короткая юбка задирается, оголяя красивые девичьи бёдра. Эффектно. Прямо на моих глазах уходит в закат.

Единственное, что я сейчас чувствую, это злость. Ну, ладно, Вика. Если отбросить всю химию и лирику, а потом просто подумать, то нахрен ты мне нужна такая ветренная? Ради того, чтобы я не стал тем, кем стал в первой жизни? Думаю, в этот раз я и без тебя смогу изменить свою историю. Зачем я на тебя время трачу?

Вот, совершенно правильно. Мужской разговор. Я это понимаю, и раньше тоже понимал, но в груди оживает мышка и начинает робко скрести под сердцем. Я возвращаюсь наверх и не подаю вида, что что-то не так. Мы ещё какое-то время сидим, а потом я расплачиваюсь и мы идём по домам. Миха с Катькой в — одну сторону, я — в другую. Им по пути, они живут напротив друг друга через проспект Ленина. Так что он её доведёт до самого дома.

Я собираюсь хорошенько позаниматься английским, поэтому туда, где снова разыгрывается «шуба с клином» и где тусуются пацаны, я не иду. Да, и поднадоело это, честно говоря. Надо сказать, что ПМЖ не стоит сравнивать не только с экскурсией в ад…