Человек-да

Уоллес Дэнни

Неожиданно рядом возник Ян.

— Эй... я получил свои бабки. Пошли?

— Да! — обрадовался я. — Пошли.

Парень улыбнулся и сказал:

— Рад был познакомиться.

— Привет, Дитер, — поздоровался с ним Ян. Дитер поднял руку и едва заметно ему махнул. — Дитер — один из самых дружелюбных людей на свете.

Меня вдруг кольнула совесть. Я позволил собственным предрассудкам и паранойе одержать верх над здравым смыслом. Дитер просто приветливый парень.

— Но остерегайся его, — предупредил Ян. — Он непременно попытается переспать с тобой.

Дитер изобразил изумление.

—

Вообще-то он готов переспать с чем угодно.

Дитер рассмеялся, обозвал Яна сукой и пошел заказывать пиво. Я тоже рассмеялся, а потом понял, что в глазах Яна я и есть это «что угодно».

— Итак, — сказал Ян, — в районе красных фонарей есть один крутой бар, который я хочу тебе показать...

Беззвучно, не обращаясь ни к кому конкретно, я произнес: «На помощь!»

Прежде чем бросить вызов потенциальным ужасам района красных фонарей, Ян уговорил меня посетить одно местечко неподалеку от «Аргоса». Это будет сюрприз, пообещал он. Настоящий Амстердам. Ничего не имею против, сказал я, при условии, что там нет парней в коже.

Спустя несколько минут мы уже были на месте — стояли перед заведением с подозрительным названием «Грезы наяву».

— Что это — кофейня? — спросил я, прекрасно зная, что в амстердамские кофейни приходят вовсе не для того, чтобы выпить кофе.

— Нет, не совсем... это, так сказать, лавка даров природы. Ты травку куришь, Дэнни?

— Предпочитаю не курить, — ответил я. — Последний раз, когда мне случилось ее попробовать, я помешался на гусях.

Ян понимающе посмотрел на меня.

— Ну, заходи...

Мы вошли, и в помещении я опять увидел надпись «Дары природы».

— А что это за «Дары природы»?

— Это где продают полезные снадобья.

— Как в аптеке?

— Нет... — ответил Ян, усаживаясь за столик. — Снадобья, которые улучшают память, или помогают сосредоточиться, или наполняют тебя энергией и так далее. Это все природные аналоги химических препаратов. Зачем принимать ЛСД, если можно позаимствовать что-нибудь у природы? Природный ЛСД. Минимальный риск для здоровья.

— Но ведь ЛСД здесь запрещен, да?

— Конечно. А вот все эти снадобья абсолютно легальны. Качественные заменители «спида», «экстази» и так далее, что ни назови. Да и вообще, раз уж ты в Амстердаме, зачем отказывать себе в удовольствии...

Ян теперь улыбался, и я проникся твердым убеждением, что ему нравится искушать людей не так хорошо, как он, знакомых с Амстердамом.

— Попробуй галлюциногенные грибы. Психотропы. В свежем виде они не запрещены законом.

— Но ведь они же вредны для здоровья, — заметил я, несколько возмущенный его предложением. — Когда я учился в школе, нам об этих грибах целую лекцию прочли, потому что Джонатан Дейвис [42] как-то отведал их где-то в поле, а потом полдня за деревьями гонялся.

42

Джонатан Дейвис — солист группы «Корн».

— Но это же дары природы, а все, что дает природа, не может быть вредно, так ведь?

Я поразмыслил с минуту и спросил:

— А как же землетрясения?

Ян покачал головой.

— Ну а Гитлер? —

не сдавался я.

Ян отвечал мне невыразительным взглядом.

— Ну хорошо, пожалуй, я куплю пару грибов, — согласился я. — Заберу их с собой попозже, когда буду уходить. Не стоит с ходу нырять в омут, верно?

— Брать их с собой домой нельзя. И засушивать тоже. В сушеном виде они запрещены законом. Несколько лет назад, когда здесь начали продавать галлюциногенные грибы, разразился большой скандал, но потом они переименовали свое заведение в овощную лавку, и грибами им торговать разрешили.

Я огляделся.

— Так, значит, сейчас ты привел меня в овощную лавку?

Ян улыбнулся.

— Ну же, давай... хочешь вкусить новых впечатлений?

Ага, вот оно. Вопрос, провоцирующий меня переступить черту. Я чувствовал себя так же, как Марти Макфлай [43] , когда кто-то осмеливался обозвать его цыпочкой.

— Вообще-то... мне немного не по себе, — признался я. И не лгал. Я еще ни разу в жизни не употреблял ничего такого, что хотя бы отдаленно подходило под определение наркотиков класса «А». Если б меня спросили, я, наверное, даже и не перечислил бы их все. В кругу моих друзей никто наркотиками не увлекался.

43

Марти Макфлай — герой фильма «Назад в будущее».

В сущности, наркотики я попробовал лишь один раз в жизни, когда выкурил ту смешную сигарету в Брикстоне, в компании борцов за мир. И вот теперь я, как типичный амстердамский турист, сижу в какой-то чудной «лавке» с каким-то южноафриканцем, который считал, что употребление наркотиков — самое обычное дело, и готовился скакнуть на следующий уровень.

— Руководствуйся только собственными желаниями, тебя никто не заставляет, — сказал Ян. — Ты ведь хотел посмотреть, как я живу. А я намерен немного расслабиться...

Он встал и направился к бару, а я остался сидеть за столом, споря с собственной совестью. Нет, не могу я на это решиться, твердил я себе. С другой стороны, продолжал рассуждать я, это же Амстердам — город больших возможностей. Если здесь не сказать «да», тогда где ж еще? Я вдруг приободрился. В моей жизни наступал переломный момент. Если я рискну попробовать настоящие наркотики — то есть сделаю то, что в Лондоне мне никогда бы и в голову не пришло, — это будет означать, что я способен совершить нечто дурное. То есть что я — человек решительный.

И, черт возьми... как сказал Ян, это даже не противозаконно. Во всяком случае, формально не является нарушением закона.

Минутой позже вернулся Ян. Он закурил «козью ножку», которую купил, и вновь сел. Потом положил на столик маленькую таблетку и пододвинул ее мне.

— Попробуй это, — сказал он. — Башку снесет.

Весьма подозрительная рекомендация.

Я посмотрел на таблетку.

— Ян... когда ты сказал, что это штука башку мне снесет... э-э... я как раз думал о том, чтобы попробовать что-то более приятное и легкое. У тебя есть что-нибудь такое, что не очень сильно действует на голову — просто щекочет нервы? Судя по твоим словам, это что-то... очень уж возбуждающее. Я на такое не рассчитывал.