Череп императора

Банев Виктор

— Дебби так Дебби, — кивнул я. — За знакомство. Мы допили свою «Балтику», и Брайан сходил купить еще по одной.

— А ты был в Ирландии? — спросил он, вернувшись.

— Нет, — ответил я. — Не доводилось.

— А где вообще в Европе был?

Я инстинктивно потер бедро. В такую погоду, как сейчас, оно ныло почти постоянно.

— Побывал кое-где. Недавно вот из Парижа вернулся.

— Из Парижа? А что ты там делал? Отдыхал?

— Можно сказать и так. А вообще — давайте не будем

об этом. Не люблю я вспоминать эту поездку.

Ирландцы с интересом посмотрели на меня, но настаивать не стали.

— Ну, — сказал я, чтобы сменить тему, — а что именно вы хотели бы посмотреть в нашем замечательном городе? Что вас здесь интересует?

Ребята переглянулись и принялись задумчиво чесать подбородки.

— Политика? Музеи с театрами? Загадочная русская душа в естественном интерьере? — попробовал помочь им я.

— Наверное, нет. Ничего из этого, — сказал Мартин.

— А что тогда?

— Ну, за Деирдре я тебе говорить не буду — она сама скажет, зачем приехала (новый взрыв хохота). А нам хотелось бы просто пожить здесь так, как живут простые люди. Как ты, например.

— Хм. Знаете, ребята… Вообще-то обычно я целый день работаю. Вряд ли вам будет со мной интересно.

— Что — вообще целый день?

— С утра до вечера.

— А ночью? — удивился Мартин. — У вас в городе есть night life ^[8]?

— Есть. С найт-лайфом у нас в городе все в порядке.

— Может быть, ты покажешь нам в общих чертах, в чем она заключается. Что-нибудь такое, что не лежит на поверхности. Понимаешь, вся ваша странная внутренняя политика, матрешки, перестройка, Чечня… Все это уже навязло в зубах. Ничего, что я так говорю?

— Ничего…

— Хотелось бы посмотреть на что-нибудь такое… Что-то спешиал. Ну, не знаю… Может быть, можно будет побеседовать с какими-то странными людьми… С оккультистами или, например, сатанистами. Брайан вот очень интересуется маргинальными политическими партиями — троцкистами, синдикалистами, левыми радикалами… Понимаешь? Ну а потом хотелось бы посмотреть, чем люди занимаются ночью. Сходить в ваши пабы, дансинги, посмотреть, как у вас тут с клубами.

Честно говоря, такого поворота я не ожидал.

— Ну, допустим, с клубами все понятно. Отведу в самые лучшие. Такие, что вам в Ирландии и не снились… А насчет троцкистов и оккультистов… Я даже не знаю, есть ли такие в Петербурге.

— Есть, есть! — встрял в разговор Брайан. — Адреса некоторых я даже взял с собой.

— Тогда легче. Тогда найдем.

— А еще я хотел бы встретиться с вашими диггерами. Я читал, что у вас много диггеров — парней, которые живут в подземных ходах и туннелях. Может быть, можно договориться, чтобы они взяли нас полазать по катакомбам?

—

С этим сложнее, — честно сказал я.

— Почему?

— Понимаешь ли, в Петербурге нет катакомб.

— Как нет? — искренне удивился он. — В каждом городе есть катакомбы.

— А вот в Петербурге нет. В Одессе есть, и в Москве есть, а у нас нет. Во-первых, Петербург — это очень молодой город, моложе Нью-Йорка. Здесь просто не успели ничего такого накопать. А во-вторых, город стоит на болоте. Под нами, на глубине десяти метров, уже стоит вода. Так что диггерам тут делать нечего.

Мартин залпом допил свое пиво, сходил к стойке и принес всем еще по бутылке.

— Жаль, — расстроенно протянул он. — Я уже пообещал своему редактору. Это точно, что ты говоришь?

— Точно.

— А метро?

— Что метро?

— Ну, можно нам спуститься в ваше ночное метро?

— В каком смысле «ночное»?

— В смысле, когда там никого нет, все закрыто и не ездят поезда.

— Зачем тебе именно ночное метро? Поезжай днем, выглядит оно точно так же.

— Нет, днем неинтересно. Я читал, что в вашем метро ночью творятся странные вещи. Мутируют крысы, исчезают люди…

— Плюнь ты, ничего там не происходит. Выдумки все это. Если хочешь, я попробую, конечно, договориться, чтобы вас пустили в метро ночью, но уверяю — ничего необычного там нет. Шахта как шахта, сам увидишь.

— Серьезно? Сможешь договориться? — с трепетом в голосе спросил он.

Пива я выпил уже достаточно, так что кивнул не задумываясь. Какие проблемы? Конечно, договорюсь!

Ребята заметно повеселели, и даже Дебби снова улыбнулась мне своим аппетитным ртом.

— Значит, поедем в метро?

— Хорошо. Поедем.

— Сегодня?

— Сегодня? Не знаю. Ты хочешь именно сегодня?

— Why not? ^[9]

Я попытался вытряхнуть часы, застрявшие в манжете. Полпятого. В принципе пресс-отдел ГУВД должен работать до шести, но кто там будет сидеть в такое время? Аккредитация журналистов, желающих сунуть нос туда, куда совать его не следовало бы, находилась именно в их ведении, и если все разошлись, то никакой экскурсии у нас сегодня не выйдет.

— Знаете что, ребята, — сказал я, выбираясь из-за чересчур низкого стола, — вы тут допивайте, а у пойду позвоню. Допьете — поднимайтесь. Мой кабинет на 4-м этаже, номер 428. Там на двери написано «Стогов».

— О’кей, — кивнули они, а я пошел звонить в пресс-отдел.

Если бы я знал, чем для всех нас эта история закончится, то предпочел бы поскользнуться на лестнице, упасть и безнадежно сломать ногу — лишь бы никогда не дойти до телефона.

Однако ничего этого в ту минуту я еще не знал.