Череп императора
Шрифт:
Капитан продолжал рассматривать его джинсы.
— Поймите, капитан, — почти взмолился он, — я не мог бы добраться до щита, где висел топор, даже если бы хотел. Для этого мне нужно было бы пройти мимо Ильи с Брайаном, а потом Дебби. Они бы почувствовали это. Скажите, ребята, вы что-нибудь чувствовали?
Он умоляюще глядел на Брайана и Дебби, и те пожали плечами в том смысле, что вроде нет, не чувствовали.
— Ну хорошо. — Капитан утопил сигарету в переполненной пепельнице и снова взялся за ручку. — В любом случае джинсы пока не стирайте. Понадобится экспертиза.
Мартин
— Тимошенко? Осмотр закончили? Ну и? — Он что-то пометил на листке бумаги и несколько раз помычал в трубку. — Короче. Через… э-э-э… через сорок минут из туннеля всех убираешь, понял? На Центральную позвони — пусть ток дают. Позже семи открываться нельзя. Скандал будет на весь город. Все, отбой.
Он встал из-за стола, с хрустом потянулся и многозначительно глянул на сидевших у двери гвардейцев. Один из них тут же встал и вышел за дверь.
— На сегодня пока все, — сказал он, обводя глазами нас четверых. — То, что сегодня случилось, — беспрецедентно, и мы обязательно разберемся, в чем здесь дело. В свою очередь очень надеюсь на то, что вы будете оказывать следствию посильную помощь. Если вспомните что-нибудь важное — звоните. Сейчас вас отвезут домой. Где вы остановились? Очень хорошо. Извините, но прошу вас ставить меня в известность обо всех своих передвижениях. Договорились? Очень хорошо! Лейтенант, проводите.
Ирландцы поднялись, неуверенно попрощались и вышли за дверь.
— Илья Юрьевич, можно я попрошу вас задержаться еще на минуточку? — вкрадчиво поинтересовался капитан.
— Пожалуйста, — сказал я и опустился обратно на жесткую скамейку. В глубине души я понимал, что без чего-нибудь подобного беседа наша закончиться просто не может.
Когда мы остались одни, капитан снял свой серый пиджак, повесил его на спинку стула и несколько раз энергично потер глаза кулаками. Глаза у него были красные от бессонницы и явно очень усталые. Могу представить — денек выдался, не дай Бог. Чем дальше, тем более симпатичным казался мне капитан. Нормальный мужчина, оказавшийся в ненормальном мире.
— Вы хотели меня о чем-то спросить? — начал я.
— Скорее попросить. — Капитан закурил, с шумом выдохнул дым и улыбнулся. — Сами, наверное, понимаете, что к чему…
— Вы о том, что сказал Брайан?
— Да ну, что вы. Не знаю, с чего это он решил перевести на вас стрелки. Я тоже стоял неподалеку, прекрасно слышал, что с вашей стороны звуков не было.
— И на том спасибо. А то ведь заподозрите — потом не отмажешься.
— О чем речь, мы же соотечественники. Зачем вам убивать этого парня? В общем-то, дураку понятно — это кто-то из них троих. Какие-то старые счеты. Их нужно потрясти хорошенько, а времени нет. На сколько они в Петербурге — на неделю? Вот видите…
Он задумался, и несколько минут мы молчали.
— В общем, Илья Юрьевич, я вас очень прошу — присмотрите за ними. Завалили парня в моем туннеле, так что расхлебывать дело мне. За неделю нужно успеть — если они уедут, ищи их потом свищи. Я, конечно, со своей стороны все
— Ну хорошо, — пожал плечами я. — Отчего ж не помочь родным спецслужбам?
— Вот и отлично, — обрадовался капитан.
— Только у меня один вопрос. Непосредственно перед тем, как погас свет, Шон отвел вас в сторону — что он вам сказал?
Капитан помрачнел и автоматически потянулся за новой сигаретой.
— Понимаете, в этом-то все и дело. Почему, думаете, я тоже уверен, что убийца не вы, а один из этих троих? Когда Шон подошел ко мне, он спросил, правда ли, что я — офицер спецслужбы, и сказал, что хочет сообщить нечто очень важное. Что-то, от чего зависит его жизнь и смерть. Я спросил, что именно, и он ответил: мол, это касается того, что произошло с ним в Ирландии… — Капитан глубоко затянулся и посмотрел мне прямо в лицо. — Так что убийца — кто-то из этих троих. Брайан, Мартин или Дебби… Вопрос только — кто?
4
Если с Дворцовой площади пройти сквозь помпезную арку Главного штаба, а затем перейти Невский, то чуть не доходя до китайского ресторанчика «Янь Дзяо» вы увидите ступени, ведущие вниз, в полуподвальное малоприметное заведение. Немногие знают, что там, внизу, расположен «Флибустьер» — классный бар, одно из самых стильных заведений города. Именно во «Флибустьере» мы с ирландцами и договорились встретиться на следующий после убийства день.
Проснулся я после вчерашнего только в два часа дня, встреча назначена была на три. Дождь, похоже, как зарядил еще неделю назад, так ни на минуту и не прекращался. Вылезать из постели и переться по слякоти в центр не хотелось. С большим трудом я заставил себя побриться, вышел из дому, поймал такси. Настроение было гнусное, к веселым посиделкам не располагающее. Всю дорогу до «Флибустьера» я думал о том, что произошло вчера в туннеле метро.
Убийство — это всегда и в любой ситуации неприятно и мерзко. Однако это убийство оставляло какое-то особенно саднящее ощущение. Странное место, странные действующие лица, странная реакция. Вчера на допросе у капитана все трое ирландцев вели себя не просто странно, а — как бы это поточнее? — неестественно, что ли? Не так, как вели бы себя обычные подозреваемые. Словно и не допрос это был, а дешевая театральная постановка. Брайан зачем-то бросился переводить стрелки на меня. Дебби ломала язык выдуманным акцентом. Мартин… Впрочем, Мартин — это разговор особый.
У входа в бар я нос к носу столкнулся с Дебби.
— Привет.
— Привет, Илья.
Судя по выражению лица, настроение у нее было немногим лучше моего. Отряхивая капли с плащей, мы вошли вовнутрь. Оба ирландца уже сидели за столиком прямо напротив двери.
— Привет, — кивнул я. — Давно ждете?
— Привет, Илья. Хай, Дебби. Только пришли.
— Не могли разбудить — из-за вас чуть не заблудилась в этом чертовом городе, — буркнула Дебби по-русски. — Что пьете?