Через годы, через расстояния...
Шрифт:
Едва датчики показали, что мужчина погрузился в беспамятство, ванна мягко провалилась в пол и неслышно заскользила к огромной холодильной камере, где покоились пассажиры более дешёвого класса, не оплатившие роскошь в виде пробуждения и уик-энда в отдельной каюте.
Космический лайнер внеземной цивилизации медленно разворачивался, направляясь к одной из многих точек «входа» в подпространство. Критическая скорость, необходимая, чтобы тебя «признали» достойным входа в один из многих созданных природой межзвездных порталов,
Астероид-бродяга, вероятность встречи с которым и без того равнялась не более одной десятимиллионной, каким-то образом ухитрился разогнаться до необходимого минимума и преодолеть барьер. Огромную глыбу, покрытую толстым слоем метанового льда, засосало в гиперпространственный тоннель в сорока парсеках от корабля и, выскочив, она в считанные доли секунды превратила гигантский звездолёт в груду обломков.
Дабы создать иллюзию безопасности, конструкторы постарались предусмотреть всё, и даже более чем всё. Каждая анабиозная камера представляла собой автономный комплекс, способный поддерживать жизнедеятельность в течении нескольких лет.
Несомненно, преимущество такого бонуса весьма относительны, так как, согласно теории вероятности, найти иголку в стоге сена весьма непросто. В открытом же космосе, шансы настолько удручающе малы, что достоинства как-то сами собой превращались в недостатки. Ибо быть «заживо погребённым» — удовольствие ниже среднего.
Не говоря уже о том, что миниатюрная, по сравнению с набитым автоматикой кораблём, капсула, лишена противометеоритных радаров и маневренных двигателей, способных помочь даже в самой немудрящей ситуации.
Единственным утешением мог служить радиопередатчик. Да и то, в случае, если основной компьютер успевал отправить сигнал бедствия, и компания высылала в район катастрофы поисковые партии. В то, что пылинку, дрейфующую в бескрайних просторах, заметят рейсовые суда, не верили даже детишки, не говоря уже о профессионалах.
Удар пришёлся по касательной, так, что километровый диск развернуло, придав автоматически отстреливаемым спасательным капсулам дополнительное ускорение. Семь челноков, волею случая не сбросивших скорость вошли в приветливо раскрывшийся портал а то, что осталось от лайнера, некогда бывшего гордостью одной из транс галактических компаний, продолжало мчаться в обычном пространстве.
Спустя несколько лет, удалившиеся на много миллионов километров фрагменты попадут в сферу притяжения одной из мёртвых систем, начав многовековой путь по всё более сужающейся орбите. К тому времени, как обломки упадут на остывающую звезду, вряд ли кто-то сможет узнать в деформированных и изъеденных космической пылью телах творения разума.
Чревоточина, позволяющая мгновенно переместиться практически в любую точку, извивалась причудливой змеёй, охватывая многие солнца. Войти в подпространство мог любой объект. Всё, что требовалось — достижение нужной скорости. И, разумеется, знание того, куда хочешь попасть. Ибо вовремя «затормозить» — искусством гораздо большее,
«Ветки» причудливо вились, то проходя почти вплотную то, наоборот, удаляясь на многие световые годы. Но никогда не пересекались, что не мешало существам, наделённым разумом с лёгкостью путешествовать между десятками и сотнями населённых миров, раскинувшихся на просторах Вселенной.
Проведя в подпространстве несколько часов, капсулы постепенно начали терять скорость и по одной начали вываливаться в реальный мир. Четыре замедлились слишком рано и навсегда сгинули. Об участи той, что продолжила бег по чёрному зеву миллиардокилометрового туннеля, мы тоже останемся в неведении.
А два бота, снабжённые системой жизнеобеспечения термоизоляцией, способной выдержать температуру абсолютного ноля и имевшие «страховой полис» в виде небольших антигравов, дающих, пусть и гипотетическую, но всё возможность, выжить при попадании в поле тяготения планеты, вынырнули вблизи ярко жёлтой звезды.
Жителям Солнечной системы, освоившим, помимо её материнской уже целых три планеты, было невдомёк, что дверь в другие миры находится совсем рядом. Стоит лишь протянуть руку и постучаться. А пара нежданных гостей стремительно, немного превышая скорость убегания планеты, начала приближаться к зелёно-голубому шарику, укутанному атмосферой.
Глава 6
Как всегда, предстартовую ночь я провёл в обществе леди. Само-собой — Боже упаси! — никакого алкоголя или, тем более, наркотиков. Это я правило уяснил ещё со времён стараниями демона-искусителя весьма кратковременной (всего один, последний курс) учёбы в лётной академии. Как не безукоризненна техника середины двадцать второго века, а «первую космическую» никто не отменял. Равно, как и сопутствующие выходу на орбиту перегрузки.
В принципе, пока я молод и здоров, как бык — можно иногда позволить себе маленькие слабости. Кстати, многие так и делают. Не злоупотребляя, естественно, но и не отказываясь от невинных удовольствий.
К счастью, весьма недолго проработав пилотом, прекрасно понял, что за всё, рано или поздно приходится расплачиваться, и потому предпочитаю соблюдать осторожность. Сердце не казённое. И, несмотря на поразительные успехи медицины, летать с кардиостимулятором опасались даже мультимиллионеры, способные раскошелится на билет в каюте экстракласса снабжённой такими наворотами, что бедным извозчикам и не снились.
В общем, предпочитаю снимать стресс несколько иным, хотя, тоже довольно традиционным способом. Благо, внешними данными — спасибо маме с папой — не обижен. А от закомплексованного мальчишки, то есть, меня-прошлого Сергея Ольшанина, ухитрившегося захлебнуться в присутствии дамы сердца не осталось и следа. Всё же, я сумел побывать по ту сторону вечности. И выйти из передряги живым.
Да и не так уж всё и страшно оказалось. Вон, в далёком теперь двадцатом веке один американец более сорока лет жил под чужой личиной, и ничего.