Через лабиринт
Шрифт:
Поезд вдруг сильно качнуло, и Валерию пришлось, прервав размышления, открыть глаза. Парень в стеганке устроился впереди. Кепку свою он швырнул на узкую багажную полку. Рядом с кепкой на полке лежал новенький чемодан с блестящими ремнями. "Интересно, чей это?
– подумал Валерий, потому что рядом с парнем никто не сидел.
– Может, хозяин вышел покурить? Кажется, чемодан уже был на полке, когда Валерий вошел в вагон. Был или не был?"
Станция мелькала за станцией, в вагоне выключили электричество, ехать оставалось немного, а Брусков сидел и
Рельсы за окном разбежались в разные стороны, начали двоиться, множиться. Мимо окна потянулись товарные вагоны. Поезд входил на большую станцию. Отсюда до города оставался один перегон. Но попасть в тот день домой Валерию так и не удалось.
Как всегда перед остановкой, в вагоне началось движение. Люди собирали вещи, некоторые заранее столпились у входа. Поднялся и парень в стеганке. Он поднял руку и... взял с полки чемодан. Валерий оглянулся по сторонам, но на парня никто не обратил внимания. А тот поставил чемодан на соседнее кресло и снова сел. Но перед тем как сесть, косанул по вагону настороженным взглядом.
"Вор", - решил Валерий и испугался.
Испугался потому, что вора нужно было задержать, а этого ему никогда не приходилось. Что же делать? Конечно же, выйти следом и сообщить милиционеру. На вокзале обязательно должен быть милиционер. А вдруг чемодан принадлежит самому парню? Валерий понимал, что мысль эта предательская и если он поверит в нее, то никогда не простит себе трусости.
Люди заспешили к выходу, но парень не торопился. "Может быть, он и не думает брать чемодан?
– еще раз понадеялся Валерий.
– Он же только переложил его с полки в кресло. Буду выходить - скажу проводнику - и все". Но тут парень двинулся, подхватив чемодан в опущенной руке так, что и не видно было, что он несет по проходу.
Валерий встал и пошел за парнем. Тот рассчитал правильно - оказался у выхода последним, но еще до того, как в вагон хлынули встречные пассажиры. Валерий, однако, успел выскочить следом и окончательно растерялся милиционера нигде не было видно. А вор (Валерий уже не сомневался, что парень в кепке - вор) быстро пересек ближний свободный путь и перешел на соседнюю платформу. Брусков шел за ним, все еще оглядываясь в поисках милиционера, но парень шагал широко и вот-вот мог скрыться из виду. Да и время шло. "Стоянка поезда - двенадцать минут".
И тут Валерий не то что решился, а как будто бросился впервые с вышки в воду. Раз - и все!
– Послушай, друг. Постой.
Сказал - и не узнал своего голоса: такой он получился жидкий и противный. Брусков подумал даже, что вор и не обернется на такой голос, но тот сразу остановился, потому что давно заметил Валерия:
– Тебе что?
– Да вот чемодан вроде бы...
Лицо вора было совсем рядом. Он оказался не таким уж молодым, торчащие скулы были обтянуты желтоватой, нездоровой кожей, а узкие
– Что "вроде бы"? Твой это чемодан?
По свободному пути, медленно пыхтя белым паром, приближался паровоз. Вор скосил на него прозрачные глаза.
– Твой говорю, чемодан?
– Не мой, но...
– Так чего ж ты к человеку привязался, падло?
И прежде чем Валерий успел сообразить, что происходит, вор резко ударил его тяжелым ботинком по ноге, в самую кость, так что Брусков даже присел от боли. А парень, не оглядываясь, как кошка, кинулся под самый нос паровоза и перемахнул путь, едва не попав под колеса. Пыхтящий состав отрезал его от Валерия.
"Ушел", - подумал Валерий и почувствовал себя таким несчастным, что даже боль стала тише. Но тут мимо броском пролетел человек в сером пиджаке, схватился за поручни проходящего товарного вагона, перескочил на ходу через площадку и спрыгнул с той стороны.
"Держи этого в стеганке!" - услыхал Валерий. И вслед за криком свисток. Он поднялся и заковылял по платформе туда, где кричали.
А позади Брускова уже набирал скорость пассажирский поезд. Валерий увидел, как покатился по рельсам и его вагон, но бежать за ним был не в силах. Боль становилась мучительной. Он махнул рукой и остановился, совсем расстроившись. Что с ногой? Как он доберется теперь домой? Да и его собственная сумка осталась в вагоне.
– Молодой человек! Вы что, идти не можете?
Перед ним стоял тот самый, в пиджаке, что бросился за вором. Под пиджаком был тонкий спортивный свитер.
– До железнодорожного отделения дойти сможете? Знакомого своего повидать?
– Задержали его?
– Взяли. Старшина как раз оказался. Помог. За что это он вас?
– Чемодан у него?
– Есть и чемодан.
– Краденый. Да вы, собственно, кто такой?
– Кучеренок, капитан милиции. В Минск из отпуска возвращаюсь.
– Значит, и вы отстали?
– Что поделаешь. С нами и похуже бывает.
Брусков как-то сразу успокоился.
– А я журналист. Здорово вы подоспели.
– И поковылял за капитаном в отделение.
Там за видавшим виды двухтумбовым столом сидел старший лейтенант, а напротив его, на скамейке, - задержанный парень. Немолодой уже старшина снял фуражку и вытирал платком лоб. Чемодан вор все еще держал в руках. Увидев хромающего Брускова, он скривил губы в ухмылке и отвернулся.
– Ага, пришли, - обрадовался старший лейтенант.
– Так что там произошло?
– Вот товарищ журналист видел, как этот парень украл чемодан, пояснил капитан.
– А больше ваш товарищ ничего не видел? Он же спал всю дорогу. Мало ли что во сне увидеть можно.
– Замолчите, - перебил старший лейтенант.
– Как ваша фамилия?
– Музыченко.
– Покажите документы.
– Я их с собой не ношу: потерять боюсь.
– Зачем сюда приехали?
– Приехал - и все. Что, ездить нельзя, что ли?
– Чемодан ваш, вы говорите?
– А то чей, Пушкина?