Черная радуга
Шрифт:
— Минуточку, — пропищал динамик.
Скоро я услышала его голос:
— Да, Таня. Вы хотите обсудить условия?
— Не помешало бы.
— Можно, я приглашу вас поужинать?
— А почему бы и нет.
Директор выдержал паузу.
— Сегодня с одиннадцати вечера я свободен.
— Хорошо, — я решила, что могу позволить себе выбрать заведение, — ресторан «Скарабей».
— Я закажу столик. До свидания.
Он отключился. Я даже не успела попрощаться. Как заносчив. Послать бы наглеца подальше. Вряд ли я беднее или
Так. Где же мои шустрые подружки? Я уже собиралась уходить, когда наконец приплыли баржа и маленькая лодочка. Подруги сухо поздоровались, шустро уселись и заняли выжидательную позицию. Обе были бледны и не слишком горели желанием откровенничать.
Ничего, никуда не денутся. В дерьме они в серьезном.
Рисковала ли я, приглашая их побеседовать? Несомненно. Наркотики приносят хорошие деньги. Если дилерши сообщили о возникшей проблеме наверх, то очень вероятно, что со мной попытаются провести воспитательную работу, причем очень скоро.
Могло статься, что, сидя с ними за одним столиком, я сильно рисковала собственным здоровьем.
С другой стороны, в первый раз, что ли?
— Я была сегодня в гостях у Лены, матери Саши. Она очень плоха.
К чему ходить вокруг да около?.. Мне важна была их реакция.
— Мы не хотели, — рванулась оправдываться Катя, — она сама просила, очень просила. Что нам оставалось?
— Конечно, надо как-то зарабатывать деньги.
— Мы не делали ничего противозаконного, — открыла рот Света, — она платила — мы продавали.
— И много у вас таких клиентов, которые, имея явный дефицит веса, просят еще попичкать их этим дерьмом? Я всего лишь частный сыщик и хочу сказать вам, что нанял меня Алексей, законный супруг Лены. Он горит желанием найти тех, кто высосал из матери его ребенка все жизненные соки. — Я понимала, что нужно немножечко припугнуть этих кобыл, а то больно уж все у них складно получается. — Кстати, вы хорошо сыграли. Я ведь вначале поверила, что вы совершенно не знаете мальчишку, но он, когда заходил в квартиру, поздоровался с вами. У меня сразу же возникла масса вопросов. — На самом деле ничего подобного не было. Но сейчас это неважно, главное — потрепать им нервы. Глядишь, расскажут побольше. — Сколько человек вы уже довели до больницы?
— Послушайте, — глаза у Кати были на мокром месте, — мы всего лишь продаем препарат, удаляющий шлаки из организма и сжигающий лишний жир. У нас и в мыслях не было травить людей.
— Но вы же видели, что Лена сохнет день ото дня.
— Она увлекалась спиртным, — попыталась возразить баржа, — мы однажды застали ее пьяной и затем настоятельно посоветовали бросить пить, но она не слушала…
— И давала вам деньги. Вы вроде бы обеспеченные бабы, зачем вам сводить человека в могилу?
— Одно время я приносила в дом примерно столько же, сколько и муж, это не могло не радовать меня. — Катя судорожно вытащила косметичку и стала
— Ну да, и дома можно держать хвост трубой. Борьба за независимость. Понимаю.
Я их уела.
— Вы же не пойдете…
— Нет, не пойду, — оборвала я Свету, — но вы мне поможете.
Они согласились без колебаний, из чего следовало, что я крепко взяла их за… талии.
Приехав домой, уперлась рогами в зеркало и пару минут любовалась собой.
Прическа на голове отсутствовала. Сорочка Светы была мне явно велика и висела мешком. Потертые светло-синие джинсы несли на себе информацию о всех закоулках злополучного подвала, по которому я носилась за Сашкой. Неудивительно, что отец мальчишки отнесся ко мне с некоторым пренебрежением.
Хорошо, что остается возможность взять реванш.
Душ, релаксация, макияж, ногти в порядок, вьющиеся локоны, серьги, пара колец, цепочка на шею, браслет, отменные духи, черные чулочки, шикарное платье, туфельки, крохотная сумочка. И мы готовы!
Черную «Волгу» я заметила сразу. Припарковалась рядом, благо было свободное место.
Моя «девяточка» рядом с гостиной на колесах казалась маленькой испуганной девочкой.
Почему испуганной? Я сама несколько нервничала, очень уж позднее свидание. И зачем я надела платье, хватило бы делового костюма.
Я быстро нашла его. Мимо такого не пройдешь. Он сидел ко мне лицом и пил, судя по бутылке на столе, минералку.
Мне нравится нравиться. Он рассматривал меня, словно дорогую картину. Уже одно приближение к нему должно было получить высшую оценку.
Я подошла к краю столика, расположенного почти в центре зала, и замерла.
Блондин поставил рюмку на стол и медленно — снизу вверх — рассмотрел меня, затем молча поднялся, отодвинул стул и усадил даму. Сел сам, наклонил голову набок, пристально рассматривал возникший перед ним объект некоторое время и наконец произнес:
— Мне хотелось провести с вами вечер и убедить самого себя, что, кроме грязных джинсов и рубашек не по размеру, вы носите и другие одеяния.
Значит, личико и фигурка его вполне устраивают.
— Бегать за вашим сыном удобнее всего в брюках, — натянуто сообщила я и дала понять, что скучаю.
— Что будете пить?
— Шампанское… сладкое.
Вернувшись домой во втором часу ночи, я разделась и повалилась спать, ощущая себя победительницей. Таких мужчин, как Кондратьев, встречаешь нечасто. Он нашел в себе силы признать, что мог бы с самого начала вести себя со мной повежливее, принес свои извинения, после чего накормил до отвала икрой, омарами, молочной телятиной, утопил в шампанском и завалил ананасами. В этот вечер понятие «деньги» отошло для него на второй план.