Черное солнце
Шрифт:
Мысли в голове Франца путались, он понимал, что у него поднимается температура. Можно было бы воспользоваться какой-нибудь руной, но ему ничего не хотелось делать. Мужчиной завладела апатия. Лень было поднять руку или ногу. Прикрыв глаза, он наблюдал за пляской теней от костра. Ему казалось, что если бы в палатку неожиданно ворвался медведь, то он и пальцем не пошевелил, чтобы спастись.
Жизнь – скучная серая бессмыслица, когда у тебя нет цели, к которой нужно стремиться. Целей много – это бесспорный факт, у всякого человека своя собственная, но если ее нет, то твое плавание по
Францу привиделось, что он плывет вниз по течению в огромном челне. Лежит на самом дне и наблюдает за тем, как огненные волны изредка перехлестывают через борт лодки. Угольки с шипением падают на доски и тут же гаснут. Ему жарко. На руку падают искры и нестерпимо жгут кожу.
Мужчина открыл глаза и в ту же секунду почувствовал, как его волокут по земле. Он дернулся, отталкивая чьи-то руки, и поднялся.
– Сам очнулся! – крикнул торговец. – Наконец-то! Уноси ноги, пока живой!
– А что случилось?
– Не видишь, что ли?! Горим!
Действительно, задняя стена палатки уже пылала. Огонь перекинулся на заготовленные для очага дрова и ящики. Франц подхватил свои вещи и выбежал на улицу. Там он увидел еще двух торговцев, таких пьяных, что они, будучи в невменяемом состоянии, медленно ползали по грязи.
Через десять минут пылал уже весь лагерь. Мастер рун никак не мог взять в толк, отчего мокрая ткань палаток так легко поддалась огню? Пожар продолжался около часа, пока не выгорело все до последней веревки и деревянной опоры. Алое зарево поблекло с наступлением рассвета.
– Это конец, – убитым голосом сказал торговец мазями. – Нам больше никогда не подняться. А все из-за этой скотины! – Он пнул одного из пьяных.
– В каком смысле? Это он причина?
– Все просто как белый день. Дик допился до того, что у него началась белая горячка. Уж не знаю, что ему привиделось, но этот мерзавец облил горючим для ламп все палатки и поджег. Что нам теперь делать? Дела и так шли не слишком весело, а теперь мы остались без крыши над головой и имущества.
– Но вы же спасли товар?
– Частично. – Он махнул рукой. – Моя основная ценность – передвижная лаборатория, доставшаяся мне от отца, осталась внутри. Я слышал, как лопались мои колбы. Знаете, их делают из очень тонкого стекла, поэтому они не переносят высоких температур.
– Да, я встречал такие, – кивнул Франц.
– Самое обидное, что у Дика ни монетки нет за душой, и он не сможет компенсировать наши убытки, даже если мы продадим его в рабство. Какой с него толк? Ну, зараза, вот протрезвеешь, я тебя точно в рудники спишу за долги! – И он отвесил виновнику еще один увесистый пинок.
– Сочувствую, – сказал Франц.
– Ах, что за жизнь! Лучше бы мне сгореть, чем все начинать сначала.
– Не печальтесь. Есть вещи похуже, чем потеря товара.
– Хорошо вам говорить… Вы же не торговец, – горестно покачал головой
– Тут вы правы. Но обошлось без жертв, а значит, есть чему радоваться.
– Вы так крепко спали, что мы никак не могли вас добудиться.
– Неудивительно. Я всегда крепко сплю. Последние три дня выдались очень напряженными.
Мастер закинул мешок за спину. Было достаточно светло, чтобы продолжать путь.
– Могу я попросить вас об услуге? – остановил его погорелец.
– О чем речь?
– Вы же направляетесь в Аурок? Когда будете в городе, найдите градоправителя и расскажите ему, что произошло. Только не говорите, что это дело рук Дика. Пускай причиной пожара будет лучше молния, хорошо?
– Надеетесь, что городское управление компенсирует половину стоимости сгоревшего имущества? Это маловероятно.
– Таков закон, нравится это градоправителю или нет. Это земли Аурока, вот пусть он за нас и отвечает.
– Но ведь причина была не в молнии.
– И что? – удивился торговец. – Немного лжи еще никому не вредило. Для пользы дела.
– Как сказать… – протянул Франц. – Я не могу врать.
– Это еще почему?
Вместо ответа Франц начертил знак болотного тумана, и маленькое серое облачко поползло над землей в сторону леса, пока его не рассеял ветер.
– Хм, впервые вижу такого оборванного мастера рун… – пробормотал торговец, смерив его недоверчивым взглядом. – Да какая разница… так даже лучше. Все, что я хочу, это иметь свой кусок хлеба, вы это понимаете?
– Вполне.
– Тогда передайте градоправителю эту записку. – Он вынул из внутреннего кармана куртки бумагу и написал на ней несколько строк. – Ничего говорить не надо. Просто передайте ее.
Францу было жаль торговца, поэтому он взял листок и, не читая, спрятал его в карман.
– Очень вас прошу, не забудьте. Для меня это важно.
Мастер кивнул и пошел прочь, оставив за спиной дымящуюся груду того, что еще вчера было лагерем. Мужчина чувствовал истончившейся подошвой каждый камешек и мечтал о новых сапогах. Ему вообще не мешало обновить гардероб.
Продавец мазей явно лукавил: он сумел спасти из огня большую часть имущества. Несомненно, чиновнику, когда он прибудет из Аурока, будут переданы завышенные цифры. Убытки велики, но все же не настолько, чтобы сводить счеты с жизнью. Франц был уверен, что основной капитал торговцев был надежно припрятан где-нибудь в лесу неподалеку. Земля – самый лучший тайник. Ему не страшны ни пожары, ни наводнения. Он боится только слабой памяти, когда хозяин клада сам забывает о его месторасположении.
На горизонте показалось нечто серое. Дорога привела Франца к серому камню высотой в два человеческих роста. Это был указатель, поставленный сюда великанами двести лет назад. Во время войны людям удалось взять в плен несколько десятков великанов, и они были задействованы на тяжелых работах, где требовалась большая физическая сила – возведение мостов, постройка замков, рытье каналов. Страх перед ними был так велик, что к одному великану в качестве охраны обязательно были приставлены два мага. Потом они исчезли – умерли от болезней, плохого питания или были убиты по приказу императора, неизвестно.