Черные пески
Шрифт:
– Ну и сволочь. Митька, не смей, понял?
– Пусть они не мешают нам, - попросил княжич Дин, и дух кивнул понимающе. Посоветовал Марку:
– Придерживай своего дружка. А ты, парень, не дергайся, я ведь могу и по-быстрому.
– Сжал кулак, и Темка судорожно сглотнул, закашлялся.
Дух вытащил меч.
– Ты мне поддашься, - повторил он.
– И не надейся убить меня, я все равно успею раньше, - мотнул головой в Темкину сторону.
– Митька, ты сдурел?
– Княжич Торн вскочил, Но по единственному жесту духа снова рухнул на песок,
– Ты мне не нужен, - отрезал дух. Наклонился к песку, пошарил и вытащил меч. Протянул Митьке: - Убери свою шпагу, бой будет честным.
– Хороша честность!
– возмутился Темка, и Марк ухватил его за плечо, не давая встать.
Митька несколько раз взмахнул мечом, опробовал стойку. Не по руке, и шпага привычнее. Впрочем, какая разница?
– Хорошо. Я буду с тобой драться. Дам победить. Но ты пообещаешь, что отпустишь их, - Митька показал на друзей.
– И не причинишь княжичу Торну вреда.
– Митька, - тихо позвал Темка.
– Не надо. Не заставляй меня тебя хоронить.
– Я все равно жив только милостью чужого покровителя, - Митька не повернулся.
– Думаешь, я тебя хоронить хочу? Все, давайте начинать бой. Вы согласны на мои условия?
– Согласен. Только это должен быть хороший бой.
– Насмешка исказила лицо духа, когда он крикнул: - Мой покровитель - со мной и за меня!
Княжич Дин до боли стиснул зубы, потяжелел меч в его руке.
Воздух пошел рябью, сгустилось марево над золотым песком. Мягким, неслышным прыжком вырвался из сгустка жара огромный шакал. Переступил лапами, вздыбил на загривке седую шерсть.
– Создатель!
– выдохнул Марк.
– А ты как хотел?
– зло сказал Темка.
– Чтобы у такого… другой покровитель?
– Зато у княжича Дина вообще нет, - улыбнулся дух.
Митька слабел, Темка видел это по движениям побратима. Слабел слишком быстро, чтобы можно было списать на жару и песок под ногами. Зато глаза Шакала горели все ярче, он скреб лапами песок, облизывался и урчал. Шакал походил на кота перед миской сметаны, и страшно было думать, что же на самом деле лакал покровитель, увиваясь вокруг Митьки. Княжич Дин только защищался, отступая с бронзы к золоту. Седой хвост Шакала уже мел золотистые пылинки, и задние лапы приплясывали на зыбучих песках. Дух торжествующе ухмыльнулся. Митька опустил меч и глянул на побратима.
Создатель, не надо! Темка рванулся - что угодно сделать, хоть самому под клинок, лишь бы…
– Прекратить бой!
Порыв ветра раскидал противников, Темку и Марка прижало к земле. Песок застучал по спине, посыпался за шиворот.
– Прекратить!
– снова крикнул громовой голос и ветер стих.
Темка сел, отплевываясь и протирая глаза. Рядом зашевелился Марк, еле слышно присвистнул. Митька и дух лежали на песке, между ними стояли трое: девушка с длинными золотыми косами, парень с мечом на поясе и крылатый зверь, похожий на коня, но голова у него была - коршуна.
– Ну и погань ты,
Девушка подошла к Митьке. Шакал зашипел на нее по-змеиному, попятился, та лишь отмахнулась. Погладила Митьку по голове и возмутилась:
– Да он почти всю силу выскреб. Говорила я - торопиться надо.
– Успели же, - возразил парень. Сказал Митьке: - Ты извини, но уж больно охота было глянуть, как эта падаль станет драться.
– Ну и как вам бой, Родмир?
– спокойно поинтересовался княжич Дин, поднимаясь.
Глупый смешок щекотнул Темку под ребрами. Это уж слишком!
– Покровитель Роддара - Родмир, - представил друзьям Митька. Повернулся к девушке: - А вы, наверное, Мира?
– Она самая, - подтвердил Родмир.
– Дарек, Мира и Родмир. Легенда не окончена?
– Совершенно верно. Правда, эта падаль хотела завершить ее по-своему, но его обман дал нам право вмешаться.
– Ты сядь, - Мира надавила ладонью на Митькино плечо.
– Из тебя Шакал силу скреб. Не мутит?
– Есть немного.
– Убирайся отсюда, - Родмир шагнул к Дареку.
– Пшел вон!
– Все равно Дин обещал. Он должен будет вернуться и закончить бой, - процедил Дарек, махнул рукой в сторону Темки.
Свело судорогой горло, Темка закашлялся. А когда поднял голову, ни Дарека, ни Шакала не было.
– Поговорим, - сказал Родмир, тоже опускаясь на песок.
– Легенду о нас вы знаете. Но тут есть еще и вторая - о покровительнице Дарра. Полной дуре!
– Родмир!
– одернула брата Мира.
– Чего «Родмир»? Дура же она. Нет чтобы правду рассказать, сказочками про источник забавлялась. Слезы ее, видите ли! Она и при жизни дурой была. Ну, решила собой ради города пожертвовать, так что с того, умнеют, что ли?
Мира поджала губы, не соглашаясь с братом.
– Ладно, - вроде как уступил тот. Задрал голову, зажмурился и крикнул: - Даррена, шакал тебя за подол, ты явишься или нет?
– Как был хамом, так и остался!
– возмутился серебряный голосок.
Хранительница Дарра оказалась красавицей. Совсем юная, будь она человеком, Темка счел бы ее ровесницей. Длинные черные волосы заплетены во множество тонких косичек, у каждой на конце - крохотная монетка, и когда возмущенная Даррена тряхнула головой, поплыл звон, такой же серебряный, как ее голос. На смуглых щеках горел румянец, черные глаза полыхали гневом. Темка не удивился бы, если б Даррена выхватила из складок белого многослойного платья кинжал и бросилась на обидчика.
Родмир сказал пренебрежительно:
– Хватит представление разыгрывать. Твоя же вина. И глупость твоя, что прошлая, что нынешняя.
Даррена фыркнула, резким движением отбросила косы (снова серебряно зазвенело).
– Так мне говорить? Или сама будешь?
– Да уж говори, если тебя змея в язык укусила, - ядовито разрешила Даррена.
– Ну, ты видишь?
– повернулся дух Роддара к сестре. Даррена снова фыркнула, но, как показалось Темке, больше для порядка.