Черные щиты
Шрифт:
— Глупец! — дрожащим голосом воскликнула она. — Зачем ты явился?
— Разве ты не догадываешься? Чтобы убить твоего мужа. Где он?
Лерисса быстро взяла себя в руки:
— Ты стал еще безумнее, чем прежде, Гейл. Неужто ты и впрямь решил, будто можешь убить Гассема?
— Не только решил, но и сделаю это, если только найду его. — Он встряхнул Денияз за плечи. — Ты, кажется, ты говорила, что он здесь!
— Как я могла что-либо сказать, когда ты приставил мне к горлу копье?
Гейл отпустил женщину.
— Освободи Шаззад. И поживее!
— Если
— Где Гассем? — требовательно спросил Гейл и поднес копье к лицу королевы. Однако во взгляде Лериссы не было страха.
— Ты никогда не смог бы убить меня, Гейл. Некогда ты был в меня влюблен, и этого довольно, чтобы я чувствовала себя в безопасности. В тебе нет и десятой доли решимости, которой обладает Гассем.
— О, Гейл! — в нетерпении воскликнула Шаззад. — Дай мне копье!
Руки принцессы были свободны, хотя лодыжки еще скрепляла короткая цепь. Она вырвала у Гейла из-за пояса кинжал и, схватив Денияз за волосы, вынудила ту опуститься на колени. Приставив лезвие кинжала к горлу женщины, Шаззад наконец дала волю гневу.
— Где он? Отвечай, шлюха! Ты ведь знаешь, я не такая добрая, как Гейл. Если не заговоришь, я изрежу тебя на куски!
— Не знаю! — взвыла Денияз.
— Тогда я просто постараюсь получить удовольствие. И начну, пожалуй, с левого уха.
Принцесса, и правда, рассекла мочку уха Денияз, и не столько боль, сколько страх перед решимостью Шаззад, заставили ее кузину подать голос:
— Он в доках — следит за погрузкой кораблей.
Она хотела сказать что-то еще, но осеклась, подавившись рыданиями.
Гейл обернулся к Лериссе.
— Это правда? Гассем бежит из города? Ему наскучило властвовать на материке?
— Не болтай чепухи! — воскликнула королева. — Ты же прекрасно знаешь, что шессины не живут в городах, поэтому мы просто уходим отсюда. Было славно пожить здесь некоторое время, но теперь пора двигаться дальше. Так всегда поступали шессины.
— Прекрасно, значит, вперед — в доки! — Опустившись на колени, король быстрым движением мощных рук разорвал бронзовые звенья цепи, соединявшей ножные кандалы Шаззад. — Думаю, тебе стоит что-нибудь накинуть на себя, принцесса, — заметил он. — Иначе кто-нибудь может принять тебя за пленницу.
— Судя по тому, как одевается королева дикарей, во всем дворце не найдется приличного платья! — С этими словами Шаззад стащила с ложа роскошное покрывало и набросила его на плечи. — Пока сойдет и это…
— Есть ли короткий путь из дворца? — спросил Гейл.
— За той дверью — терраса, — указала принцесса. — Лестница ведет в конюшни. Я однажды попыталась бежать этим путем. Из конюшен мы можем попасть на одну из улиц, что ведет к гавани. Мы будем там уже через пару минут.
— Тогда пойдем, — велел Гейл. — Что может быть естественнее, чем королева, которая спускается взглянуть, как идут дела в порту, в сопровождении своих прислужниц и телохранителя-шессина? — Он поднял Денияз на ноги и подтолкнул Лериссу. — Ну, поднимайся!
Королева
— Прежде я вспоминала о тебе не без теплоты, Гейл, но раз уж ты так уж настаиваешь, я с удовольствием полюбуюсь, как мой муж прикончит тебя.
Шаззад кончиком кинжала ткнула Лериссу в поясницу.
— Может, король Гейл и не способен убить тебя, мерзавка, но я-то сделаю это с наслаждением. Так что попробуй только позвать на помощь! Это, кстати, относится и к тебе, Денияз.
— Зачем? — фыркнула ее кузина, к которой также вернулось самообладание. — Король Гассем и без моей помощи расправится с этим выродком!
Они беспрепятственно покинули дворец и стали спускаться по кривой улочке к гавани. Встречные, узнав королеву, с поклонами уступали дорогу маленькой процессии.
— Где сейчас король? — спросил Гейл у шессина, наблюдавшего за погрузкой корабля.
Протянув руку, тот ткнул копьем в сторону деревянного помоста, где стояла группа людей. Держа в руках разноцветные фонари, они управляли перемещениями десятков кораблей и лодок у причалов.
Происходившее в порту больше всего походило на спешное бегство. Войска, оружие и трофеи грузили на бывшие невванские суда и корабли, построенные по воле Гассема. В тусклом свете луны, выглянувшей из-за низких облаков, взору открылась вся гавань, которую покидали тяжело груженые суда и бесчисленные лодки и каноэ.
Женщины первыми приблизились к помосту. Впервые за все эти годы Гейл смог увидеть Гассема в деле. Король островитян находился в своей стихии. Более всего на свете он любил надзирать за тысячами людей, покорными его приказам.
Гейл обернулся к Шаззад и негромко велел:
— Затеряйся в толпе или найди где-нибудь поблизости укрытие и спрячься там. Армия твоего отца займет город с первыми лучами солнца. Ступай!
Принцесса без единого слова шагнула в сторону и исчезла среди людской суеты.
Узкая лесенка вела на помост, и Гейл подтолкнул туда заложниц, улавливая боковым зрением, что ворота порта начали закрываться. Гассем, почувствовав за спиной движение, обернулся.
— А, моя королева… Я ждал, когда же ты наконец придешь. Не правда ли, это… — Он вознамерился широким жестом указать на происходящее в гавани, но вдруг осекся, нахмурившись. — Нет! Не может быть…
Теперь обернулись и прочие шессины, стоявшие на помосте.
— Да, это я, Гассем, — сказал Гейл. — Неужели у тебя не найдется добрых слов, чтобы поприветствовать своего молочного брата?
Он выступил вперед, придерживая копье в обычной, обманчиво небрежной манере шессинов. Владыка Равнинных Земель был насторожен и напряжен, словно ночной кот перед прыжком.
— Конечно, найдется, — процедил Гассем. — Я и так слишком долго это откладывал. — Он повернулся к своим людям. — Убейте его!
Но прежде чем те успели сделать хоть шаг, Гейл вскинул копье.
— Гассем! — выкрикнул он звучным голосом, перекрыв стоявший в порту шум. — По праву старшего воина шессинов, я вызываю тебя на поединок!