Чёрные сны

Андрижески Дж. С.

Сам Ревик выглядел немного раскаивающимся.

По крайней мере, он не выказывал такой открытой враждебности.

Я видела, как он пытается говорить с Блэком, показывает на достопримечательности, сравнивает их для всех нас с тем, как они выглядели бы на Землях, которые знакомы ему и Блэку — очевидно, они были намного более схожими.

Блэк отвечал в принципе вежливо, но я чувствовала, что он всё ещё выбит из колеи до такой степени, что я чувствовала, что имела в виду Лили, когда говорила, что он ведёт себя куда более ворчливо, чем он есть

на самом деле. В первую очередь я ощущала от Блэка смутную тревогу, большая часть которой, похоже, вращалась вокруг того, что имели в виду Ревик и Элли, когда называли его «Драконом».

Похоже, его не волновал тот факт, что Дракон сделал Элли беременной — или тот факт, что он предположительно изнасиловал её в том другом мире.

То, что беспокоило Блэка, сводилось к чему-то другому.

Когда я подумала об этом, Блэк бросил на меня тяжёлый взгляд, обернувшись через плечо со своего места, где он шагал рядом со своим кровным кузеном. Мы спускались по очередному холму и заходили в один из тех лесов с белыми стволами, направляясь в место, которое в нашем мире было бы финансовым центром Сан-Франциско.

«Конечно, меня это не волнует, — послал Блэк раздражённым мысленным голосом. — Я никого не насиловал. И не я отец этого ребёнка. Я жил на нашей Земле, когда этот ребёнок был зачат. О чём бы они ни говорили, всё это не имеет ни малейшего отношения ко мне».

Ревик, очевидно, это услышал.

Как минимум, отчасти.

— Я прошу прощения за это, — произнёс он низким голосом. Его немецкий акцент усилился, когда он добавил: — Моя жена считает, что ты можешь быть какой-то реинкарнацией.

— Реинкарнацией? — Блэк хмуро посмотрел на него. — Как? Я родился задолго до того, как эта штука напала на твою жену, — его губы поджались ещё сильнее. — Почему просто не признать, что вы ошибаетесь? Если та штука была Драконом, то я явно не Дракон.

Ревик нахмурился, кивнув.

Посмотрев на своего сына, который всё ещё пристально смотрел на Блэка серьёзными синими глазами, Ревик ничего не сказал, но его подбородок заметно напрягся.

Мы довольно быстро добрались до города.

Я уже бывала здесь несколько раз, в основном с Элисон, но осознала, что смотрю на него свежим взглядом, представляя, каким он должен показаться Блэку.

Палатки и киоски образовывали рынок в центре, внутри полукруга многоэтажных зданий с длинными окнами и округлыми каркасами в стиле модерн. Украшенные органической с виду резьбой, стены и колонны создавались таким образом, чтобы походить на всевозможные явления природного мира: деревья, лианы, цветы, листья, волны, корни, булыжники, водопады, ноги, когти, крылья, ступни, пальчики на ногах, руки, ладони, оперение, лапы, пасти, хвосты, зубы… даже волосы и уши.

Большинство очертаний было вырезано прямо в камне и земляных стенах, напоминавших необожжённый кирпич.

Из-за собрания городские рынки больше обычного походили на зоопарк.

Люди принесли с собой домашних

животных в город — некоторых на продажу, некоторых для демонстрации на различных соревнованиях. Вместе с этим они принесли предметы искусства и одежду ручной работы, товары для дома, ювелирные украшения, оружие, миллион разных видов продуктов, сладостей, тортов, даже утвари и органических машин, предназначение большинства из которых я бы в жизни не угадала.

Судя по одному другому собранию, которое я здесь посетила, они во многом напоминали областные ярмарки в сочетании с городскими рынками, как те, на которые я в детстве ходила в Сан-Франциско.

Ревик извинился и пошёл искать вещи, которые нужны ему для дома.

Я заметила, что он забрал с собой сына.

Элли оставила нас через несколько минут, забрав с собой Лили. Она сказала, что пошлёт мне сигнал, когда найдёт Зарата, и когда будет знать, где и когда видящие Совета захотят встретиться с нами.

Поэтому мы с Блэком остались бродить в одиночестве.

Я взяла его ладонь и сжала, пока он не перевёл взгляд.

— Ты в порядке? — спросила я, всматриваясь в его лицо.

Я видела, как он колеблется, раздумывая над вопросом.

Затем он кивнул.

— Думаю, да, — посмотрев на меня, он крепче сжал мою ладонь и привлёк меня поближе к себе. — Вся эта история с Драконом…

— Это выбило тебя из колеи, — сказала я. — Знаю. Но что это значит?

Выдохнув с некоторым раздражением, Блэк провёл свободной рукой по своим волосам.

— Наверное, мне надо было объяснить тебе, — пробормотал он. — Просто это не казалось важным. И в отличие от твоего дяди меня вовсе не тянет воссоздавать каждую чёртову деталь Старой Земли на нашей версии.

Я кивнула, теперь держа его ладонь обеими руками.

Я понимала это. Правда, понимала.

— Так вот, эти создания, — сказал Блэк, выдохнув. — Они должны быть предками современных видящих. Их — целая раса, — крепче сжав мои ладони, он повёл меня между прилавками с едой и поделками. — Но есть ещё и что-то вроде «семьи» из них, — добавил он. — Об этом говорила Мост, когда упоминала «Пантеон». Эта группа должна иметь особенные роли в истории. Согласно мифам, они возвращаются раз за разом всякий раз, когда есть необходимость в этих ролях.

Он взглянул на меня, нахмурившись.

— Честно? Я всегда считал это дерьмом собачьим.

Я кивнула, ничуть не удивившись. Я бы наверняка посчитала так же, если бы выросла в его мире. Это звучало очень похожим на религиозные мифы.

— И всё же ты называешь Элли Мостом, — сказала я, слегка улыбаясь.

Я поддразнивала его, но Блэк ответил мне серьёзно.

— Ага, — сказал он, посмотрев на меня. — Мост — жена Меча, даже в мифах. Пожалуй, это два самых известных существа в Пантеоне. Они должны привести эволюцию целой волны жизни… которая часто заканчивается уничтожением планеты. Но в Пантеоне есть куча других существ. Одно из них называется «Дракон».