Черные сны

Корнев Павел Николаевич

Так что окончательно в себя я пришел, только когда мы уже миновали площадь перед пропускным пунктом. Пришел в себя и обратил внимание на разложенные у стен домов небесно-голубые цветы – еще не набравшиеся холода «Сердца вьюги».

– Это еще что такое? – дернул я за плечо Олега.

– «Кровавая среда», – спокойно заявил Мстислав.

– Чего?!!

– Да с полгода назад уже демонстрацию уродов разогнали, кого-то затоптали, кого-то подстрелили, вот и носят, – куда более понятно объяснил Олег. – Типа, в память.

– А! – припомнил я ту демонстрацию уродов. Оно и понятно – особым терпением Дружина никогда не отличалась. Да и

Торговый союз наверняка требовал как можно быстрее освободить площадь от уродов.

Мы прошли мимо здания комендатуры, на котором свежей покраской выделялись следы недавнего ремонта, и по проспекту Терешковой вышли на Южный бульвар. Я с интересом вертел головой по сторонам, пытаясь приметить изменения, произошедшие за время моего отсутствия. Да нет – вроде все так и было. Народу разве что, несмотря на позднее время, на улице довольно много, но Южный бульвар – такое место, где никогда безлюдно не бывает. Собрать одних охранников в кучу – уже небольшая толпа получится. Да, по большому счету, и время мало на что влияет: здесь полно заведений, которые помогут вам расстаться с праведно и тем более не очень праведно нажитыми деньгами в любое время суток. Та же «Серебряная подкова» или «Сан-Тропез» круглосуточно работают.

Случайно подняв глаза к небу, я сбился с шагу и чуть не свалился в сугроб: через весь бульвар между двумя столбами тянулась растяжка – «Жилой комплекс класса люкс – Царство Аида. Совершенная магическая защита. Продажа квартир, аренда». И адрес Морга. Вот это размах! Ну Гадес дает! Интересно, почем теперь аренда моей комнатушки встанет? Коммерсант хренов…

Мимо нас пронеслись запряженные тройкой лошадей сани, легко обогнавшие медленно ползший вдоль тротуара уазик с синей полосой по борту. Дружинники на такое неуважение внимания не обратили и, припарковавшись на обочине, принялись шмонать стоявших у входа в приткнувшийся между домами игровой павильон «Captain F.» парней.

Устроившиеся на противоположной стороне дороги у куда более респектабельного заведения – торговавшей чародейскими амулетами лавки «Odin, Thor amp; Со» – уличные музыканты дружинников не испугались и продолжали настраивать инструменты. Мы как раз перебежали через Южный бульвар, когда они начали свое выступление.

Черные сны запоздалой весны,Проклятой сказкой связаны мы.Безлунны ночи, но не беда:Лазурное солнце над нами всегда.

Тоскливый голос тощего вокалиста с выбивавшимися из-под вязаной шапочки длинными лохмами не вызывал особого желания кинуть в раскрытый футляр гитары даже мелкую монетку, но тому, казалось, на это было просто наплевать – с какой-то неестественной отрешенностью он продолжил вытягивать слова припева:

Если забудешь, то не поймешь,Просто не вспомнишь и не найдешь.Четверо мертвых, пятый живой.Ну-ка скажи мне, а ты, брат, – какой?

И музыка, и интонация казались знакомыми и почему-то навевали ассоциации с Новой Зеландией, но загоняться на эту тему я не стал – как ни странно, у пятерых музыкантов нашлись слушатели. И среди подошедших послушать выступление оказались несколько крепкого сложения парней с вышитыми на длинных кожаных куртках

изображениями обвитых колючей проволокой шестерен. Цеховики. Как бы мне так на знакомых не нарваться. Ни к чему оно.

– Пошли быстрее, – поторопил меня настороженно посматривающий по сторонам Мстислав.

– Иду, – подняв воротник фуфайки, я попытался прикрыть лицо. Мне вот что на самом деле интересно – как на таком холоде они на инструментах играть умудряются? Ладно барабан, но у гитариста пальцы давно отвалиться должны, а флейтист – всяко к своей дудке примерзнуть.

Дует ветер, падает снег,По застывшей реке бредет человек.Следом погоня, но тонок лед:Вряд ли догонят, вряд ли дойдет.

Невольно поежившись от бессмысленного в общем-то набора слов, я вслед за Олегом свернул с Южного бульвара на пересекавшую его неширокую улочку. Быстрей бы уже до резиденции сектантов добраться, а то так и кажется, будто все на меня пялятся. Блин, надо будет забиться в нору поглубже и для начала нервишки успокоить. Все остальное – и в первую очередь поиск этого клятого ножа – подождет. Нет, каков Хозяин красавчик! Озадачил темой – «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что»! И хоть несколько переменных из этого уравнения известны, вот так, с наскоку, его не решить. Да для начала вообще надо определиться – а стоит ли решать-то? Вовсе в этом не уверен.

– Смотри, труповозка стоит, – указал Олег приотставшему от нас Мстиславу. – Опять кто-то поножовщину учинил, как думаешь?

– А что, частенько бывает? – заинтересовался я.

– Ну так! – рассмеялся Олег. – То Цех с китайцами схлестнется, то Семёра. Да и промеж собой они тоже, будь здоров, отношения выясняют.

– Южный бульвар пилят? – предположил я и выругался, поскользнувшись на раскатанном тротуаре.

– Не, Южный бульвар Дружина под себя подмяла. Эти – окрестные улицы делят.

– А как у Братства с китайцами?

– Да никак. Желтомазые одно время пытались братьям намекнуть, что уговор дороже денег, и Братству лучше бы поскорее из Форта смыться, – Олег, ухватившись за ограждение дебаркадера какого-то магазинчика, перепрыгнул через кучу лошадиного помета, – да только те им такую кровавую баню устроили, что Триада до сих пор на цыпочках ходит.

– До поры до времени, – высказал свое мнение нагнавший нас Мстислав. – Вот обживутся и снова обнаглеют.

– Неужели так сложно навести порядок на улицах? – впервые за всю дорогу нарушил молчание Генералов. – Самых отмороженных к стенке поставить – остальные сразу себя вести научатся.

– Наведут, к этому все и идет. – Видно было, что через силу, согласился с ним Мстислав. – Но только когда это Дружине и Гимназии выгодно станет. А пока они еще думают, как бы половчее китайскую карту разыграть.

– Как бы их самих не разыграли, – усмехнулся Олег и обошел подогнанную к дому телегу, на которой сидел и курил папиросу работник городского морга.

Четверо дружинников во главе с младшим командиром при нашем приближении насторожились, но узнали сектантов и вновь вернулись к своим делам – опросу выстроенных вдоль стены жильцов соседних домов, а то и просто прихваченных на улице прохожих. Вряд ли кто из попавших в облаву именно в этой халупе обитает – слишком у нее вид нежилой: окон нет, шифер с крыши давно разворовали.