Черный отряд
Шрифт:
— Ты — несчастный идиот. Ты хоть понимаешь, что натворил?
— Да, наверное, кое-что получше, чем ты. И я бы опять поступил так же, — утомленным голосом откликнулся Ворон.
— И ты еще удивляешься, почему мы тянули кота за хвост и не хотели тебя принимать? — Капитан резко переменил тему. — Ну и что ты собираешься делать с этими людьми, благородный спаситель?
Ворон не задавался таким вопросом. Что бы ни случалось с ним, он всегда жил целиком днем сегодняшним. Прошлое тяготило его, а о будущем он просто не думал.
— Теперь я отвечаю
Глава 4
Капитан отказался от попыток поймать Хромого. Независимые действия казались теперь наименьшим злом.
Осложнения начались четыре дня спустя. Мы только что выиграли первое значительное сражение, разбив превосходящий нас вдвое отряд повстанцев. Это было не так уж трудно. Они были совсем неопытные, да и наши колдуны помогли.
Спаслись немногие.
Поле боя было нашим. Люди принялись грабить убитых. Элмо, я. Капитан и еще несколько были тут же, вполне довольные собой.
Одноглазый и Гоблин отмечали это событие в своей собственной манере.
Они обменивались насмешками и шпильками устами лежавших на земле трупов. Внезапно Гоблин застыл на месте. Его глаза закатились. С губ сорвался жалобный стон. Гоблин согнулся почти пополам.
Одноглазый подбежал к нему, опередив меня на пару шагов, и начал бить Гоблина по щекам. Его обычная враждебность испарилась.
— Пропусти-ка меня! — недовольно сказал я. Я успел только проверить пульс, а Гоблин уже очухался.
— Ловец Душ, — прошептал он, — я вступил с ним в контакт.
В тот момент я поблагодарил судьбу за то, что не обладаю способностями Гоблина. Пустить себе в мозги одного из Поверженных — это еще хуже, чем изнасилование.
— Капитан, — позвал я, — Ловец Душ. Капитан подбежал. Он никогда не бегает, если только мы не начинаем отлынивать от работы.
— В чем дело? Гоблин вздохнул. Открыл глаза.
— Уже исчез.
Кожа и волосы у него были мокрыми от пота. Лицо побледнело. Его начало колотить.
— Исчез? — спросил Капитан. — Что происходит, черт возьми?
Мы помогли Гоблину успокоиться.
— Хромой пошел к Леди вместо того, чтобы во всеоружии двинуться к нам.
Он враждует с Ловцом Душ. И он подумал, что мы пришли сюда, чтобы устроить ему какую-нибудь пакость. Он попытался спутать карты, но Ловец Душ — на коне с тех пор, как прибыл из Берилла, а Хромой — в опале из-за своих просчетов. Леди приказала ему оставить нас в покое. Ловец Душ не добился, чтобы Хромого убрали, но считает, что выиграл этот раунд.
Гоблин замолчал. Одноглазый подал ему флягу с остатками воды. Гоблин мгновенно ее осушил.
— Он хочет, чтобы мы не переходили Хромому дорогу, а то он может попытаться как-нибудь нас подставить. Или даже натравить на нас повстанцев. Ловец Душ хочет, чтобы мы захватили крепость в Диле. Это спутает карты и повстанцам, и Хромому.
— Ему нужна показуха. Почему бы ему не приказать нам переловить Круг Восемнадцати? — пробормотал
Круг — это высшее командование повстанцев. Восемнадцать колдунов, которые думают, что обладают чем-то таким, что дает им возможность противостоять Леди и Поверженным. Кочерга, несущий Хромому возмездие в Форсберге, тоже входил в Круг. У Капитана был задумчивый вид.
— Думаешь, здесь замешана политика? — спросил он Ворона.
— Гвардия — это только инструмент в руках Ловца Душ. И это общеизвестно. Загадка в. том, как он собирается использовать этот инструмент.
— У меня еще в Опале появилось такое чувство. Политика. Империя Леди претендует на то, чтобы быть единой и неделимой. Десять, Которые Были Повержены, затрачивают на это огромные усилия. И еще больше сил тратят на ссоры друг с другом. Как маленькие дети, дерущиеся из-за игрушек или добивающиеся мамочкиной ласки.
— Это все? — угрюмо спросил Капитан Гоблина.
— Все. Он будет держать связь.
И мы пошли и сделали это. Глухой и темной ночью мы взяли эту крепость, она стояла совсем недалеко от Весла. Говорили, что Кочерга и Хромой просто впали в безумство. Представляю себе восторг Ловца Душ.
Глава 5
Одноглазый сбросил карту.
— Кто-то меня подсаживает. Гоблин подцепил эту карту и открыл четыре валета. Снес даму. Он угрюмо усмехнулся. Стало ясно, что на следующем круге он проиграет, не имея на руках ничего приличнее двойки. Одноглазый хлопнул по столу и зашипел. За всю игру он не выиграл ни одного кона.
— Спокойнее, ребята, — сказал Элмо, не обращая внимания на те карты, что снес Гоблин. Наконец он потянул одну из колоды, посмотрел на все, что у него было, держа карты на расстоянии всего нескольких дюймов от лица. Элмо открыл три четверки и снес двойку. Похлопывая по столу оставшейся парой карт, он кисло улыбнулся Гоблину:
— Лучше бы это был туз, толстячок. Шалун, напоровшись на двойку, открыл четыре одной масти и снес тройку. Он уставился на Гоблина совиным взглядом, мечтая, чтобы Гоблин спасовал. Стало ясно, что даже туз не спас бы его.
Хотелось бы мне, чтобы Ворон тоже был здесь. В его присутствии Одноглазый слишком нервничает, чтобы мошенничать. Но Ворон был в морковном патруле, как мы называли еженедельные походы в Весло за продовольствием. И сейчас на его месте сидел Шалун.
Шалун был нашим интендантом. Обычно он ходил в морковный патруль. Но на этот раз из-за расстройства желудка Шалун отмазался.
— Похоже, не везет только мне, — сказал я и еще раз пристально посмотрел на свой безнадежный расклад. Пара семерок, пара восьмерок и девятка, которая бы пошла к восьмерке, но не той масти. Почти все, что могло бы мне пригодиться, лежало в колоде. Я потянул карту. Дерьмо. Опять девятка, но теперь у меня есть три карты одной масти. Я открыл их, выбросил ненужную семерку и стал молиться. Только это и могло мне помочь.