Черный отряд
Шрифт:
— Оставь свое злорадство, Ворон, — сказал я. — Смотри, он что-то делает пальцами. Пальцы Хромого ритмично извивались.
— Ого! — заорал Ворон, смеясь. Он схватил меч, который я отнял у Шелест, и отхватил им пальцы с обеих рук Хромого.
Ворон издевается надо мной за то, что я не описываю в Анналах всей правды. Когда-нибудь он вспомнит об этом и пожалеет. Но сегодня, если откровенно, он выглядел не слишком привлекательно.
Та же проблема возникла и с Шелест, но я избрал другой путь. Я отхватил ей волосы и ими связал все пальцы вместе.
Ворон
— Ворон, в самом деле, хватит. Почему бы тебе не отойти и не оставить его в покое?
У меня не было специальных инструкций насчет того, что мы должны делать, когда захватим Шелест, но я подумал, что Леди сообщит об этом Ловцу, и он появится здесь. Нам просто нужно держать ситуацию под контролем, пока он не прибыл.
Глава 8
Волшебный ковер Ловца Душ свалился с неба через полчаса после того, как я отогнал Ворона от Хромого. Ковер сел в нескольких футах от наших пленников. Ловец сошел на землю, отряхнулся и сверху вниз посмотрел на Шелест.
— У тебя неважный вид, Шелест, — вздохнул он, оглядываясь по сторонам. — Впрочем, ты все время была такой. Да. Мой друг Костоправ нашел запрятанные свертки.
Ее жесткие холодные глаза отыскали меня. В них я увидел только бешенство. Чем смотреть на это, я предпочел отойти в сторонку. Я не стал поправлять Ловца Душ.
Он повернулся к Хромому, грустно покачал головой.
— Нет, это не личные счеты. Ты потерял доверие. Это Она приказала.
Хромой застыл.
— Почему ты не убил его? — спросил Ворона Ловец Душ.
Ворон сидел на стволе дерева, держа на коленях лук и уставившись в землю. Он не ответил.
— Он сообразил, что вы можете придумать что-нибудь получше, — сказал я.
— Я думал об этом по дороге сюда, — засмеялся Ловец Душ. — Ничего не приходит в голову. Поэтому я последую примеру Ворона. Я все рассказал Меняющему Форму, и он скоро будет здесь. Ловец взглянул вниз, на Хромого.
— У тебя неприятности, да?
Потом он обратился ко мне.
— Ты, наверное, думаешь, что человек в таком возрасте, как он, мог быть и чуть-чуть мудрее? Затем повернулся к Ворону.
— Ворон, это он был твоей наградой.
— Благодарю, — пробурчал Ворон. Ну, это я уже понял. Но, кажется, и я должен был что-то получить. Но на данный момент я не увидел еще ничего, даже отдаленно напоминающего хотя бы одну мою мечту.
Ловец Душ опять изобразил свой фокус с чтением мыслей.
— Наверное, что-то изменилось. Ты еще не получил награды, но будь спокоен, Костоправ. Нам еще долго сидеть.
Я подошел к Ворону и уселся рядом. Мы молчали Мне нечего было ему сказать, а он был глубоко погружен в самого себя. Как я и говорил, человек не может жить одной ненавистью.
Ловец Душ еще раз перепроверил надежность пут наших пленников, оттащил свой ковер в тень, а сам взгромоздился на каменную кучу.
Через двадцать минут прибыл
— Он тоже спасовал, — объяснил Ловец Душ. — Никто не хочет брать на себя последнюю ответственность.
— И кому он может это оставить? — удивился я. У Хромого больше не было заклятых врагов. Ловец пожал плечами и вернулся на кучу камней. Оттуда раздалось бормотание дюжины голосов. Он ушел в себя и, казалось, съежился до еще меньших размеров. Думаю, ему нравится находиться здесь не больше, чем мне.
Время тащилось медленно, столбы света наклонялись все больше и таяли один за другим. Я начал подумывать, как бы не оправдались подозрения Ворона. После наступления темноты расправиться с нами будет проще простого.
Поверженным не нужен свет, чтобы видеть.
Я взглянул на Ворона. Что творится у него в голове? На его лице не отражалось ничего, кроме угрюмости. С таким лицом он всегда играет в карты.
Я спрыгнул с бревна и принялся бродить вокруг, следуя недавнему примеру Хромого. Делать больше было нечего. Я сбил шишку с дерева, которое мы с Вороном использовали как укрытие… Там что-то прячется! Еще не осознав, что именно я там увидел, я рванул через всю поляну к этому чертову мечу Шелест.
— Что случилось? — спросил Ловец Душ, когда я . подбежал.
— Потянул мышцу, наверное, — сымпровизировал . я. — Хотел сделать пару пробежек, но что-то с ногой случилось.
Я растирал правую ногу. Кажется, он этим удовлетворился. Бросив еще один взгляд в сторону поваленного дерева, я ничего не заметил.
Но я знал, что там был Немой. И что он будет там, если понадобится.
Немой. Черт, как же он сюда добрался? Так же, как и мы? Может, у него в запасе были фокусы, о которых никто не знал?
Продемонстрировав свое сценическое искусство, я подхромал к Ворону и опять уселся рядом. Жестами я попытался дать ему понять, что нам помогут, если запахнет жареным, но мое сообщение повисло в воздухе. Его мысли были слишком далеко от меня.
Уже темно. Над нами половина луны, которая бросает на поляну мягкий серебристый свет. Ловец Душ все еще восседает на камнях. Мы с Вороном — на дереве. Спина моя уже болит. Нервы — измочалены. Я устал, мне было страшно и хотелось есть. Я •был уже сыт всем этим по горло, но мне недоставало мужества заявить об этом.
Неожиданно Ворон сбросил свое оцепенение. Он проанализировал ситуацию.
— Какого черта мы тут делаем? — спросил он.
— Ждем. Еще немного, — откликнулся Ловец Душ.
— Ждем чего? — раздраженно спросил я. Когда я чувствую поддержку Ворона, у меня прибавляется смелости. Ловец Душ внимательно посмотрел в мою сторону. Я понял, что у себя за спиной, в лесу я слышу какой-то необычный шорох. Ворон зашевелился.
— Ждем чего? — уже слабее переспросил я.
— Меня, доктор.