Черта
Шрифт:
(неистово завопил Дмитрич)
– Не знаю, - едва слышно прошептала я.
– Когда она последний раз с тобой связывалась?
– Минут двадцать назад.
– Где была?
– Не знаю, у холма вроде. Н-но, она точно уже не там. Света меняла курс как раз.
– Чертовы бабы! Да что у вас за маргарин-то в голове???
(тяжелый вздох и отвернулся)
– Дежурный, у нас ЧП – боец не вернулся с поля. Да. До сих пор. Связи нет. Как у Макарченка тоже? А
А давно отзывался? Минут тридцать назад. Ясно…
Ладно, собирай группу и будем…
– О!! СВЕТА ИДЕТ!!!
Жадно прикипели взглядом.
Растрепанные волосы, каска в руках. И едкая ухмылка скривила губы.
– Простите, не успела… добежать вовремя.
(такое впечатление, что от своего безумия она охмелела)
Молчит. Молчит Филатов,… едва дышит.
Глаза округлились, выпучились от шока. Налились бешеной кровью.
Тупая улыбка не слезала с лица Светки. Пристальный, едкий взгляд в глаза Ю. Д.
Несмелое движение – и вдруг, едва слышно, заговорил в рацию.
– Нашлась. И Рамич вернулся? Вот и хорошо.
…
Невнятный, заторможенной реакцией, разворот – повернулся к нам лицом.
– С-стройтесь. Уходим. А я… пока дом запру.
Неспешно пошагал на крыльцо.
Тяжесть мыслей глушила разум – но ни звука, лишнего звука, не сорвалось с его губ.
Боль, отказ верить глазам-ушам-логике… и полная каша безумия в голове.
Погасла лампочка. Щелкнул замок – глухие стуки-шаги по ступенькам – и Филатов встал рядом.
– На ТОС, марш… - попытка скомандовать, но вышло слишком вяло.
Побежали, побежали девчонки по тропинке…
Побежали прочь.
– Света, ты идешь? – несмело позвала я Киряеву.
– Да, конечно.
Неспешно ступила пару шагов
(видимо дожидаясь, пока остальные отдаляться на приличное расстояние) и внезапно застыла, замерла. Обернулась, резкое движение - преграждая путь Юре (тот замер, растерявшись)
и вдруг отчеканила:
– А он, и вправду, зверь. Не то, что ты.
Ядовито хмыкнула. Резкий разворот – и помчала за взводом.
Глава Двадцать Пятая
***
(Света)
Чертова физика. Да кому она вообще тут нужна? Кому?
Статика, динамика, механика – да все… один хрен, и всё по барабану.
Меня учат убивать. И ваша физика… уж никак не вдохновляет на подвиги.
Робкий стук в дверь.
– Да, да. Входите, - спешно отозвалась Оксана Валерьевна.
– Здравствуйте.
– Здравствуй.
– Можно передать сообщение?
– А? Да. Конечно.
– Валерия Клинко здесь же учится?
– Да, - взволновано вскрикнула
– Филатов Юрий Дмитриевич попросил тебя зайти к нему.
– Э-э-э… Срочно? Или на перемене можно, а то у нас тут контрольная… ?
– Наверно, - несмело пожала плечами девушка. – Ладно, я пошла?
– Это все?
– Да.
– Тогда иди, - мило улыбнулась физичка.
…
– Лера?
– А?
– А чего это он тебя вызывает?
– А мне почем знать?
***
– Оксана Валерьевна, я уже дописала работу. Можно сдать и пойти к Филатову? А то нам потом нужно за перемену успеть перебежать в М-корпус. Боюсь, не успеть.
– Да, да. Конечно. Сдавай и можешь быть свободна.
Сжалось. Сжалось все внутри меня от злости.
Это… что тут твориться?
(провожаю Лерку взглядом)
… явно нечисто.
…
Право, я держалась до последнего. Все семь минут пыталась выдушить из себя – сосредоточение на задачах по Динамике.
Черт, да катись оно всё… ПРОПАДОМ!
Вмиг подскочила, подорвалась – листок спешно уложила сверху на Леркин (на учительском столе) и помчала на выход.
– Эй, Киряева!! Это ты куда???
– К ФИЛАТОВУ!!!
***
(Лера)
– Юрий Дмитриевич… Свете очень плохо… из-за ваших ссор.
– Лера. Давай не будем об этом.
И потом, судя по тому, что мы увидели в прошлое воскресенье – не так уж всё и печально. Девушка вполне нашла,… где утопить свою грусть.
– Она лишь… пытается достучаться до Вас.
(промолчал; нервно скривился)
– Я думаю, Света давно уже жалеет о всем том, что сделала или говорила, -
(продолжила я).
– Валерия. Давай тему Киряевой оставим в покое. Мне уже не интересно, что и как с ней происходит. Ясно? Уж лучше… в журнал смотри и диктуй быстрее цифры.
…
– А это что?
– Где?
– Вот, - протянула журнал.
– Черт, - нервно вскрикнул Филатов. – Пожалуйста, Лера. Можешь открыть третий ящик сверху, и посмотреть там номер.
– Хорошо, - подчинилась, подскочила… -
…
Эээ… и тут… черти что написано.
– А, ну, дай, - живо подхватился, подошел ближе.
Взял меня за руки – дабы не дрожали те, не мешали увидеть злополучные закарлючки – и пристально стал рассматривать штрихкод на коробке.
Наклонился, наклонился так близко – что даже неловко стало. Но причем тут?
Мда.
Вдруг выровнялся, выровнялся… блин, черт! так близко его лицо, губы оказались… когда распахнулась дверь и влетела в подсобку Киряева.
– И почему ты её…