Честь горца

Хауэлл Ханна

– Тогда пошли со мной. Я покажу, как проникнуть в ту спальню, и никто тебя не увидит.

– Если это так просто, почему сам не пошел туда?

– Потому что я не такой смелый, каким должен быть. – Он поднялся и отряхнул одежду. – Иногда требуется, чтобы кто-нибудь приставил кинжал к горлу, чтобы я сделал то, что сам считаю правильным.

Пока они шли к лошадям и Жорж садился в седло, Найджел колебался. Все казалось каким-то чересчур простым. Он не только нашел напарника, но также и способ пробраться внутрь, и выйти наружу, и остаться незамеченным. Казалось, это

был ответ на мольбы, которые он бормотал несколько часов. Но это могло оказаться и ловушкой. Вашель должен был знать, что у Жизели есть компаньон, который помогал ей выжить. Он мог отправить Жоржа, чтобы тот отыскал его и заманил в засаду.

Жорж глянул на Найджела и улыбнулся:

– У тебя ведь нет выбора. Я – твоя единственная надежда. Никто не может выбраться отсюда в одиночку. И мне не верится, что ты сумеешь найти еще кого-нибудь, у кого есть хотя бы такое ленивое, как у меня, чувство справедливости.

– Мне все кажется подозрительно легким. – Найджел опустился в седло. – Мы поскачем просто вот так?

– Так и поскачем. Я даже придумал причину, зачем вернулся сам и привел тебя. Кто-нибудь видел тебя вблизи?

– Тех уже нет в живых.

– Мне надо будет сразу уехать, – вздохнул Жорж, – потому что кто-нибудь обязательно вспомнит, что я привез тебя.

– Тогда ты поезжай туда один, а я проберусь сам.

– Ты сумеешь?

– Твое возвращение в замок поможет мне. – Найджел спешился и из седельной сумки вынул небольшой мешочек с монетами. – Скажи им, что хочешь купить лошадь девушки. – Он дал Жоржу несколько монет. – Потом скажи, что должен что-то сделать – все, что угодно – внутри здания. Я последую за тобой. Там ты отведешь меня в это тайное место.

– Нам еще надо выбраться с девушкой наружу.

– Я выведу ее так же легко, как войду туда сам. Только приведи ее лошадь на это место.

– Если тебе ничего не стоит пробраться туда и ускользнуть оттуда, зачем я тебе нужен?

– Я же не знаю, где ее там искать, забыл? Вдобавок, – перешел он на французский, – как только я заговорю по-французски, всякий поймет, что я иностранец.

Жорж изобразил на лице отвращение.

– Мне еще не приходилось слышать, чтобы так уродовали наш язык.

– Отправляйся. Встретимся внутри, – скомандовал Найджел.

Он смотрел вслед Жоржу, который на вид был дружелюбен и правдив. Он казался таким, каким описывал себя, – человеком смелым поневоле, который считает, что не делает ничего дурного и иногда нуждается в принуждении, чтобы сделать правильный поступок.

Если Найджел поймет, что ошибся в нем, Жоржу не удастся отдать его в руки врагов. Потому что тот заплатит первым. Это было совсем маленькое преимущество. Но лучше мало, чем ничего.

То, как легко можно было проникнуть в крепость, даже вызывало сожаление. Найджел не переставал удивляться, почему хозяину замка и его людям так долго удается оставаться в живых. Для прикрытия он воспользовался толпой во дворе замка, ловко смешавшись с людьми, которые торопились закончить свою работу засветло. Проникнуть в сам замок тоже оказалось нетрудно.

Там он спрятался в небольшой темной нише рядом с

лестницей и стал ждать Жоржа. Ко времени, когда тот объявился, Найджел был настолько возбужден ожиданием – и решительных действий, и того, что его обнаружат, – что чуть не наорал на него. То, как Жорж держал себя, только увеличивало шанс, что их раскроют. Он делал вид, что никого не разыскивает, и делал это так усердно, что не мог не вызвать подозрений. Привлекая внимание Жоржа, Найджел тихо свистнул и затащил его в нишу.

– Тебе нужно попрактиковаться, Жорж, – прошептал он. – Ты такой же незаметный, как корова.

– Зато ты – заметный и страшный, как привидение.

– Куда теперь?

– Просто иди следом. Объяснять сложно: сначала – в эту дверь, потом – в другую. Затем спустимся в коридор, поднимемся по лестнице и свернем за угол. – Он вытаращил глаза, когда Найджел зажал ему рот рукой.

– Иди вперед. Я буду сзади.

Они выскользнули из ниши. Сделав несколько шагов, Жорж обернулся и посмотрел через плечо. Найджел чертыхнулся.

– Перестань на меня пялиться, привлечешь к себе внимание.

Когда они миновали несколько залов замка, Найджел решил, что Жорж ничего не преувеличил. Вашель, наверное, ошибался, думая, что никто не знает про его тайную комнату, но и особой опасности для него не существовало. Тот, кто попытался бы добраться до него, с легкостью мог заблудиться или его обнаружили бы. Несколько раз им пришлось воспользоваться темными закоулками, чтобы спрятаться, но у Найджела к этому был настоящий дар. Не хвастаясь, можно было сказать, что таких людей, как он, – считанные единицы.

Было уже совсем темно, когда наконец они проникли в короткий коридор, про который Жорж сказал, что он – последний.

– Когда ты все это успел узнать? – прошептал Найджел. Они медленно пробирались вперед, ощупывая влажные стены.

– Я же говорил, что не бог весть какой храбрый, – зашептал Жорж в ответ. – Поэтому мне нужно было найти какой-нибудь укромный уголок, чтобы прятаться здесь на всякий случай. Однажды, я был тогда совсем мальчишкой, мне пришлось пережить штурм замка. Чтобы спастись, пришлось залечь под мертвецов. Теперь я внимательно обследую каждый замок, в котором бываю. Эти хозяева не мои сеньоры. Я здесь не живу и не собираюсь умирать за дураков.

На это нечего было возразить. В его словах заключался огромный смысл. Жорж был свободным человеком. И предан он был прежде всего самому себе и своей большой семье. Найджел недовольно заворчал, уткнувшись носом ему в спину, и замер, потому что услышал невнятные голоса.

– Пришли? – спросил он.

– Не могу найти щеколду.

– Дай мне.

Отодвинув Жоржа, он стал ощупывать тяжелую дверь, пока не нашел то, что искал. Затаив дыхание, стараясь не издать ни звука, он тихо потянул дверь. Маскироваться не представляло труда, потому что свет из спальни был слабым и освещал небольшое пространство. Жорж двинулся вслед за ним в спальню, но Найджел ткнул его в грудь, чтобы тот оставался на месте. Жорж был неповоротлив, вдобавок ему лучше было не светиться, чтобы потом не попасть под подозрения.